Чтение онлайн

Основой д?ятельности соціалъ-демократіи, конечно, всегда будетъ классовая борьба пролетаріата. Это, само собой разум?ется, не значитъ, что соціалъ-демократія не можетъ разсчитывать на притокъ силъ изъ другихъ классовъ. Но т? лица, которыя приходятъ къ ней изъ непролетарскихъ слоевъ населенія, привлекаются именно т?мъ, что она отстаиваетъ интересы пролетаріата. Сюда относятся, съ одной стороны, т? элементы, которые чувствуютъ близость собственной пролетаризаціи и этимъ заинтересованы въ улучшеніи положенія пролетаріата, съ другой стороны — лица, становящіяся сторонниками д?ла рабочаго класса изъ идеальныхъ побужденій. Во всякомъ случа? силу и вліяніе соціалъ-демократіи создаютъ и опред?ляютъ не какія-нибудь конструкціи будущаго, а вполн? опред?ленные пролетарскіе интересы.

Однако, сила соціалъ-демократіи основывается не только на томъ, что она защищаетъ ближайшіе интересы рабочаго класса, но въ равной м?р? зиждется и на ея отдаленныхъ ц?ляхъ, на ея идеалахъ, которые, конечно, такъ же, какъ и ближайшія задачи, отв?чаютъ очень реальнымъ потребностямъ и соображеніямъ. Н?тъ ничего ошибочн?е воззр?нія, которое теперь часто высказывается, будто соціалъ-демократія выросла и окр?пла единственно благодаря своему участію въ повседневной классовой борьб?, будто ея идеалы очень красивая, но совершенно лишенная практическаго значенія декорація. Наоборотъ, большая, лучшая часть ея силы заключается въ томъ, что изъ вс?хъ современныхъ партій она одна им?етъ идеалы, великія ц?ли, лежащія далеко за пред?лами современнаго общественнаго строя. Это не трудно обнаружить даже самымъ краткимъ изсл?дованіемъ.

Антагонизма между пролетаріатомъ и капиталомъ уничтожить нельзя; онъ долженъ все бол?е обостряться. Однако, политическая поб?да пролетаріата безусловно исключаетъ возможность продолженія существованія капиталистическаго способа производства. Когда эта поб?да станетъ неизб?жна, гибель капитализма будетъ вн? сомн?нія. Поэтому пролетаріатъ, борющійся за политическую диктатуру, т?мъ опред?ленн?е долженъ поставить себ? ц?лью введеніе новаго способа производства, построеннаго на пріобр?теніяхъ стараго и отв?чающаго пролетарскимъ интересамъ, ч?мъ глубже онъ понялъ условія своего существованія и ч?мъ тверже онъ ув?ренъ въ самомъ себ? и въ своемъ д?л?. Его соціалистическіе идеалы настолько же вытекаютъ изъ его ув?ренности въ поб?д?, насколько она въ свою очередь поддерживается и питается ими. Его идеальныя, или, если угодно, революціонныя ц?ли — въ данномъ случа? это одно и то же, — являются также и самыми т?сными узами, сплачивающими въ единый, сильный организмъ обособленные слои рабочихъ, им?ющихъ различные ближайшіе интересы. Отнимите у борющагося пролетаріата его соціалистическіе идеалы — вы лишите его активнаго энтузіазма, лишите его сплоченности.

Кром? того, соціалистическое движеніе утратитъ, благодаря этому, большую часть своей притягательной силы, вербовавшей ему сторонниковъ какъ въ низшихъ, такъ и въ высшихъ слояхъ общества; съ одной стороны, уменьшится его агитаціонная сила въ т?хъ слояхъ пролетаріата, которые едва могутъ разсчитывать на усп?хъ въ будничной борьб? за лучшее положеніе, которыхъ только надежда на коренной переворотъ существующихъ отношеній можетъ вырвать изъ гнетущихъ объятій апатичнаго отчаянія; а съ другой стороны, рабочая партія, отказывающаяся отъ соціалистическихъ идеаловъ и ограничивающая свою д?ятельность борьбой за заработную плату и законодательную охрану труда и другими задачами повседневной жизни, теряетъ вм?ст? съ т?мъ способность привлечь на свою сторону лучшіе элементы буржуазной «интеллигенціи», скор?е всего присоединяющіеся къ пролетаріату. Пролетаріату нужны опытные, образованные мыслители, которые возвышаютъ его интеллектуально и придаютъ его движеніямъ ц?лесообразность и единство; ихъ онъ беретъ изъ рядовъ буржуазной «интеллигенціи», такъ какъ самъ можетъ выдвинуть ихъ лишь съ большимъ трудомъ. Для такихъ высокоразвитыхъ въ умственномъ отношеніи и самоотверженныхъ умовъ буржуазіи пролетарское движеніе будетъ т?мъ привлекательн?е, ч?мъ оно идеалистичн?е, т.-е., ч?мъ выше т? ц?ли, которыя оно себ? ставитъ. Наибол?е выдающіеся великіе утописты, эти лучшіе, глубочайшіе мыслители буржуазіи, не могли уяснить себ? значенія повседневной пролетарской борьбы; ихъ увлекало лишь самое уничтоженіе пролетаріата, какъ такового, уничтоженіе существующаго способа производства: великая борьба за мелкія, сомнительныя поб?ды отталкивала ихъ. Безсмертная заслуга Маркса и Энгельса состоитъ именно въ томъ, что они примирили это противор?чіе, выяснили значеніе будничной борьбы пролетаріата для его освобожденія и сообщили посл?днему такимъ путемъ непоб?димую движущую силу. Но и Марксъ и Энгельсъ, такъ же, какъ и Лассаль и почти вс? вышедшіе изъ буржуазіи элементы нашей партіи, пришли къ пролетаріату какъ идеалисты и революціонеры, въ качеств? борцовъ противъ существующаго общественнаго и государственнаго строя, а не поборниками т?хъ или иныхъ рабочелюбивыхъ м?ръ. Если изъ теоретическихъ соображеній не сл?дуетъ заслонять ц?ль движеніемъ, то т?мъ бол?е этого не позволяютъ сд?лать практическія соображенія пропаганды.

Однако, соціалистическая пропаганда такъ же мало, какъ и развитіе соціалистической теоріи, нуждается въ конструированіи и подробной обрисовк? государства будущаго. Для того, чтобы познать ц?ли освободительной борьбы пролетаріата настолько, насколько это необходимо для удовлетворенія практическихъ потребностей нашего покол?нія, достаточно изсл?довать современность, открыть въ ней зародыши и тенденціи, могущіе впосл?дствіи развиться въ факторы, опред?ляющіе будущность. Но массы людей воодушевляются не голыми абстракціями, а лишь конкретными перспективами. Отсюда вытекаетъ пропагандистская сила соціалистическихъ утопій. Нельзя объяснять случайностью того, что изъ двухъ наибол?е распространенныхъ произведеній соціалистической литературы посл?дняго десятил?тія, — «За сто л?тъ» Беллами и «Женщина и соціализмъ» Бебеля, — первое является романтическимъ описаніемъ будущаго, а второе отличается обиліемъ и наглядностью предположеній о будущемъ.

Есть еще одинъ мотивъ пропагандистскаго характера, поддерживающій стремленіе къ наглядному, осязательному изображенію будущаго строя. Въ противов?съ утопіямъ соціалистовъ, противники посл?днихъ обнаруживаютъ склонность изобразить будущее и показать, какія посл?дствія повлечетъ за собой, по ихъ мн?нію, поб?да пролетаріата. Желаніе опровергнуть подобныя анти-утопіи побуждаетъ даже такихъ соціалистовъ, которые вовсе не обладаютъ художественной фантазіей, пуститься, — иногда правда робко и уклончиво, — въ эту область. Такой апологическій характеръ носитъ трудъ, предлагаемый вниманію читателей.

Наши противники обыкновенно выдвигаютъ противъ осуществленія соціалистическихъ идей главнымъ образомъ два довода: во-первыхъ, то, что соціализмъ противор?читъ «природ? челов?ка», а во-вторыхъ, что соціалистическое равенство есть равенство нищеты.

Допустимъ, что первый доводъ основателенъ: т?мъ не мен?е онъ еще ровно ничего не говоритъ противъ возможности осуществленія соціализма. Р?шающимъ факторомъ является вопросъ о неизб?жности поб?ды пролетаріата и пораженія капитализма; если и то и другое неизб?жно, то соціализмъ станетъ общественной необходимостью. Разв? при настоящихъ условіяхъ мыслимъ какой-нибудь иной, не соціалистическій и не капиталистическій, способъ производства?

Разъ соціализмъ сд?лается общественно-необходимымъ, то изъ вс?хъ столкновеній между нимъ и «челов?ческой природой» онъ долженъ будетъ выходить поб?дителемъ, а она поб?жденной, такъ какъ общество всегда оказывается сильн?е «челов?ческой природы», т. е. индивидуума. Самую ясную иллюстрацію этого даетъ намъ современное общество, которое уже давно должно было бы рухнуть и погибнуть, если бы его могли сокрушить конфликты челов?ка съ природой. Изв?стно, что голодъ и любовь — два главныхъ фактора, постоянно поддерживающіе въ движеніи весь механизмъ природы, а сл?довательно, и челов?ческую натуру. Кажется, что первенствуютъ они. Но что мы видимъ въ д?йствительности? Передъ витринами переполненныхъ всевозможными продуктами булочныхъ, мясныхъ и самыхъ разнообразныхъ торговыхъ заведеній стоятъ толпы людей, которые голодаютъ, — н?тъ, хуже! — которые видятъ, какъ голодъ терзаетъ ихъ собственныхъ д?тей, и которые все-таки противятся вел?ніямъ голода, ничего не берутъ изъ обильныхъ запасовъ, лежащихъ передъ ихъ глазами. Ихъ сдерживаетъ не только страхъ передъ неумолимой строгостью карающаго закона, но еще гораздо бол?е властное, глубоко укоренившееся въ нихъ уваженіе къ собственности. Общественная норма, созданная общественными потребностями, оказывается сильн?е голода.

А любовь? Общество запрещаетъ д?вушкамъ, — по крайней м?р?, д?вушкамъ имущихъ классовъ, — наслажденія вн? брачной любви; но «законный бракъ» становится все мен?е доступенъ непрерывно увеличивающемуся числу д?вушекъ. Милліоны ихъ отказываются всл?дствіе этого отъ всякой любви; он? готовы скор?е остаться старыми д?вами, ч?мъ искать счастья во вн?брачной любви; ихъ принуждаетъ къ этому не только давленіе вн?шнихъ условій, но главнымъ образомъ то, что законъ общества для нихъ выше ихъ собственной «челов?ческой природы».

Если бы соціализмъ д?йствительно противор?чилъ н?которымъ особеннымъ свойствамъ челов?ческой натуры, то въ этомъ нельзя было бы усматривать доказательство его неосуществимости, а лишь то, что и онъ не водворитъ рая на земл?. Отсюда, однако, вовсе не сл?дуетъ выводить заключеніе, что онъ будетъ им?ть хоть отдаленное сходство съ т?мъ адомъ, какимъ современное общество является для большинства своихъ членовъ. Конечно, совершенно излишне ломать голову надъ размышленіями о степени счастья, которое воцарится въ обществ? при соціалистическомъ стро?; розовыя мечты одной стороны доказываютъ такъ же мало, какъ и мрачныя предположенія другой; споръ объ этомъ — споръ о призракахъ.

Хотя мы и не можемъ ручаться за то, что соціалистическое общество доставитъ вс?мъ опред?ленную м?ру счастья, т?мъ не мен?е мы им?емъ полное основаніе относиться къ будущему безъ всякаго пессимизма. Изъ двухъ наибол?е сильныхъ естественныхъ потребностей одна, именно голодъ, несомн?нно, получитъ полное удовлетвореніе. Не такъ просто р?шается вопросъ относительно второй, — любви. Соціалистическое общество будетъ первымъ соціальнымъ строемъ, въ которомъ создадутся условія, допускающія осуществленіе индивидуальной половой любви и экономической самостоятельности женщины безъ проституціи. Въ первобытныя времена проституціи не было, но не было также и индивидуальной любви. На этой почв? въ будущемъ могутъ возникнуть очень жестокіе конфликты, особенно тягостные для «мужской природы», которая въ наше время ни съ какими коллизіями незнакома. Но во всякомъ случа? можно предположить, что не только для женщинъ, но и для большинства мужчинъ соціализмъ можетъ создать бол?е удовлетворительныя формы половой жизни, ч?мъ современныя общественныя отношенія.