Чтение онлайн

способных впоследствии принять на себя основной репертуар, неверно. Работа с

творческой молодежью не должна

95 ЦАОПИМ. Ф. 701. Оп. 1. Д. 12. Л. 147.

96 ЦАОПИМ. Ф. 701. Оп. 1. Д. 11. Л. 76.

ставиться своего рода «выведением» молодых кадров за пределы общей

деятельности художественного коллектива»97.

В ноябре 1984 г. на имя секретаря ЦК КПСС М. В. Зимя-нина была направлена

справка о «малых сценах» г. Москвы, составленная по оперативным материалам

Комитета государственной безопасности. В этом документе серьезной критике была

подвергнута работа Главного управления культуры исполкома Моссовета, а также

союзного и республиканского министерств культуры: ««Из-за отсутствия должного

контроля со стороны ГУК Моссовета, Министерства культуры СССР и РСФСР, - го-

ворилось в документе, - на «малых сценах» г. Москвы и других городов под видом

эксперимента стали появляться слабые в художественном отношении спектакли,

имеющие подчас и серьезные идейные просчеты: «Ящерица» А. Володина

(Маяковского), «Премьера» Л. Расеба (Моссовета), «Отец и сын» Ф. Кафка и «Бал при

свечах» М. Булгаков (МХАТ). Имеются факты, когда некоторые театры показывают на

«малых сценах» пьесы без соответствующего разрешения Главлита. Органы культуры

пока по-настоящему не занялись работой «малых сцен». Не определен порядок

открытия и функционирования этих сценических площадок. В большинстве случаев

они возникают стихийно, по инициативе отдельных режиссеров и актеров. Многие

руководители театральных коллективов не выработали четкую идейную

художественную программу своих «малых сцен», которая бы помогла создать

70

репертуар, отвечающий современным зада-чам»98. После беседы в отделе культуры

ЦК с заместителем министра культуры СССР Зайцевым, министром культуры РСФСР

Мелентьевым, секретарем МГК КПСС Рогановым 18 декабря 1984 г. на Коллегии

министерства культуры СССР был рассмотрен вопрос о работе «малых сцен» и

доложено в ЦК о принятых мерах. В декабре 1984 г. министерство утвердило новое

положение «О порядке формирования репертуара и контроля за качеством спектаклей

драматических, музыкально-драматических театров, театров юного зрителя и театра

кукол». Этим документом был установлен единый порядок формирования и рассмот-

рения репертуарных планов, а также приема спектаклей как на основных, так и на

«малых сценах» театров.

Иногда «запущенный в прокат» спектакль подвергался критике со стороны

организаций, не имеющих прямого отношения к культуре. В 1973 г. Московский театр

Сатиры поставил спектакль по пьесе украинского драматурга А. Макаенка «Таблетка

под язык». Следует сказать, что эта комедия о проблемах современной деревни была не

только разрешена, но и рекомендована к постановке министерством культуры РСФСР.

Более того, А. Макаенок за эту пьесу был премирован министерством культуры СССР в

качестве одного из лучших драматургов 1971 г.99 Тем не менее партийное руководство

министерства сельского хозяйства бурно протестовало и против пьесы, и против

спектакля, о чем ставило в известность ЦК КПСС100.

О том, что именно не устраивало курирующие инстанции в готовых спектаклях, дает

представление доклад Е. А. Фурце-вой на партийном активе министерства культуры

СССР в марте 1969 г.: «Нас волнует пьеса «Банкет» Арканова и Горина, поставленная в

театре Сатиры. Это мелкотравчатая, пошлая вещь с двусмысленными намеками и

остротами»101.

Интересно, что инспекторы управлений, курировавшие тот или иной театр и

осуществлявшие плановые просмотры уже давно идущих спектаклей, нередко

продолжали предъявлять претензии к концептуальным аспектам постановки. Так, в

ноябре 1970 г. инспектор Управления музыкальных учреждений министерства

культуры СССР, побывав в Государственном академическом Большом театре Союза

ССР на опере «Борис Годунов», указал в отчете, помимо всего прочего, и свое

несогласие с идейной основой этой сценической редакции: «В постановке 1948 г. в

соответствии с замыслом Модеста Мусоргского сцена «Под Кромами» исполнялась в

конце спектакля, что делало правильный акцент в финале спектакля. В настоящее

время опера кончается сценой «Смерти Бориса», т. е. акценты смещены в сторону

личной драмы Бориса, а это резко снижает социальное

РГАЛИ. Ф. 2329. Оп. 25. Д. 455. Л. 68.

0 РГАНИ. Ф. 5. Оп. 66. Д. 229. Л. 92, 98.

1 ЦАОПИМ. Ф. 957. Оп. 1. Д. 226. Л. 161.

звучание спектакля»102. В декабре этого же года другой инспектор писал по поводу

просмотра балета «Ромео и Джульетта» Сергея Прокофьева: «Образ Джульетты,

созданный Плисецкой, кажется весьма спорным. Она подчеркивает страстность Джуль-

етты, ее чувственность. В сочетании с не очень благодарными для воплощения юной

Джульетты внешними данными артистки это приводит к нежелательным «смещениям»

в образе»103.

Такое же положение с прокатом спектаклей сохранялось и в начале 1980-х гг. В

докладе начальника ГУК В. И. Шадрина на партийном собрании ГУК

Мосгорисполкома 15 июля 1983 г. приводились примеры, когда ГУК приходилось

изымать из проката спорные постановки: «Неверная практика, сложившаяся в течение

ряда лет - включение в репертуар незавершенных, а иногда идеологически неверных

пьес и программ. Мы вынуждены признавать свою недоработку в этом вопросе. В

71

результате уже из проката мы вынуждены были исключить спектакли «Похороны в

Калифорнии» в театре Моссовета и «Самоубийца» в театре Сатиры»104.