Чтение онлайн

– Нет? Это невозможно! – воскликнула донна Криста.

– Все его файлы поддерживаются ансиблом. Они существуют в межмировом пространстве. Все его записи, финансы, все. Каждое послание, обращенное к нему. Вы понимаете?

– И он до сих пор имеет доступ к ним… – сказал дон Кристиан.

– Он невидим для Конгресса Межзвездных Путей. Если они установят эмбарго на все данные, входящие и выходящие из Луситании, его файлы все равно окажутся доступны ему, потому что компьютеры не воспринимают его информацию как данные. Для них его данные такой же родной источник, как и их хранилища, они не чужеродны им, так как не расположены в памяти Луситании.

– Вы хотите предложить, – сказал епископ Перегрино, – чтобы мы преобразовали наиболее важную и секретную информацию в качестве сообщений ему, этому неверующему чудовищу?

– Я хочу сказать, что уже сделано это. Преобразование наиболее жизненно необходимых правительственных файлов уже завершено. Я произвела преобразование с высшим приоритетом на сверхскорости, поэтому оно прошло быстрее, чем копирование Конгресса. Я предлагаю вам воспользоваться своим правом высшего приоритета и временного подавления фоновых задач. Если вы не хотите, прекрасно – я использую свое право для перекодирования остальной порции правительственных файлов.

– Но он может ознакомиться с нашими файлами, – сказал епископ.

– Да, естественно.

Дон Кристиан покачал головой.

– Он не будет делать этого, если его попросить.

– Вы наивны, как дитя, – продолжил епископ. – Его даже вряд ли можно заставить вернуть нам данные обратно.

Боскуинха кивнула.

– Да, это правда. Он будет владеть всей нашей самой важной информацией, он может вернуть ее или нет, как пожелает. Но я верю, как и дон Кристиан, что он хороший человек и поможет нам в трудное время.

Донна Криста встала.

– Извините меня, мне хотелось бы начать экспериментальное преобразование прямо сейчас.

Боскуинха повернулась к терминалу и установила наивысший приоритет мэра.

– Теперь выберите классы файлов, которые вы хотите послать Говорящему Эндрю в качестве сообщений. Я думаю вы уже обозначили их, когда печатали информацию.

– Сколько у нас времени? – спросил дон Кристиан, в то время как донна Криста лихорадочно помечала и преобразовывала информацию.

– Наше доступное время отражается здесь, наверху, на счетчике. Боскуинха показала пальцем на маленькое цифровое табло в верхнем углу изображения.

– Не переводи то, что мы уже распечатали, – сказал дон Кристиан. – Мы всегда сможем восстановить это. Хотя этого действительно мало.

Боскуинха повернулась к Епископу.

– Я знала, что вам будет трудно решиться.

Епископ иронически усмехнулся.

– Трудно.

– Я надеюсь, вы все тщательно взвесите, прежде чем отвергать это предложение…

– Отвергать! – воскликнул епископ, – вы считаете меня глупцом. Я могу ненавидеть псевдорелигию Говорящих, но сейчас Бог посылает нам единственный шанс спасти жизненно важные записи Церкви, и я превращусь в слугу Дьявола, если не воспользуюсь им. Наши файлы еще не отобраны, но это займет несколько минут. Я думаю Дети Разума оставят нам достаточно времени, чтобы провести преобразования.

– Как вы думаете, сколько времени вам понадобится? – спросил дон Кристиан.

– Немного. Десять минут от силы.

Боскуинха была удивлена и в тоже время благодарна. Она опасалась, что епископ будет настаивать на скорейшем преобразование в первую очередь его информации, воспользовавшись своим верховным положением по церковной иерархии.

– Благодарю вас, – произнес дон Кристиан, целуя протянутую руку епископа.

Епископ холодно посмотрел на Боскуинху.

– Не стоит удивляться. Дети Разума работают и используют знания, накопленные межмировым опытом. Они больше зависят от межмировых компьютеров. Материнская Церковь проповедует творения Духа, поэтому мы используем память компьютеров только для служебных, административных целей. А что касается Библии – в этом мы не отстали от люда и скопили в хранилище Собора достаточно печатной литературы. Конгресс Звездных Путей никогда не сможет добраться до нашего собрания Учения Господа. – Он улыбнулся. Ехидно, естественно. В ответ Боскуинха послала самую радушную улыбку.

– Маленькая загвоздка, – сказал дон Кристиан. – После того, как мы восстановим информацию обратно из файлов Говорящего, что помешает Конгрессу повторить свою акцию снова? А потом еще и еще раз?

– Это трудный вопрос, – сказала Боскуинха. – Все зависит от того, какие цели преследует Конгресс. Может, они вообще не намерены разрушать нашу информацию. Может, они заново восстановят ее, продемонстрировав нам свою силу. Я не имею понятия, чем вызвано подобное наказание, поэтому не могу предположить, как далеко зайдет их акция. Если они оставят нам возможность действовать в рамках закона, тогда мы не будем ничего предпринимать и подождем отмены наказания.

– Но если существует веская причина и они решили покарать нас, как повстанцев?

– Хорошо, если произойдет худшее, мы скопируем все в локальную память, а затем отключим ансибл.

– Господь поможет нам, – произнесла донна Криста, – мы будем в полной изоляции.

На лице епископа Перегрино появилась досада.

– Что за абсурд, Сестра Дитестай о Пекадо. Или вы думаете – Христос зависит от ансибла? Или у Конгресса достаточно сил, чтобы заставить замолчать Святых?

Донна Криста покраснела и вернулась к свой работе. Секретарь епископа протянул ему бумагу со списком файлов.

– Вы можете исключить из списка мою личную корреспонденцию, – сказал епископ, – я уже отослал свои сообщения. Пусть Христос решает, стоит ли хранить мои письма. Для меня они не имеют значения.

– Епископ, мы закончили, – сказал дон Кристиан. Сразу же его жена встала из-за терминала, а секретарь занял ее место.

– Между прочим, – сказала Боскуинха, – я думаю, вам будет интересно.

– Говорящий объявил, что сегодня вечером, на прассе, он будет Говорить от имени смерти Махроса Рибейры. – Боскуинха взглянула на часы. – Уже Очень скоро, правда?

– Почему, – сказал епископ с обидой, – вы думаете это волнует меня?

– Я полагаю, вам следует послать представителя.

– Спасибо, что предупредили, – сказал дон Кристиан, – я думаю лично присутствовать. Я хочу услышать Речь человека, которые Говорил от имени смерти Сан Анджело. – Он повернулся к епископу. – Если вы хотите, мы запротоколируем каждое его слово.

Епископ откинулся назад и скупо улыбнулся.

– Спасибо, один из моих секретарей будет присутствовать.

Боскуинха вышла из офиса епископа, спустилась по ступеням и вышла за ворота Собора. Она шла к себе домой, поскольку, что бы не замышлял Конгресс, она первая получит их сообщение.

Она не стала обсуждать свои догадки с религиозными лидерами, это не входило в сферу их деятельности. Но она была уверена в главном, она почти знала, почему Конгресс предпринял подобную акцию. Пункты, по которым Конгресс мог объявить Луситанию мятежной колонией были тесно связаны с ограничением контак-тов со свиноподобными.

Вероятно, зенологи допустили грубейшую оплошность. Хотя Боскуинха не знала ни о каких нарушениях, это должно было быть что-то очень крупное, очевидность которого была обнаружена сателлитами. Только их подробные отчеты шли прямо в Конгресс и не попадали в руки Боскуинхи. Боскуинха пыталась предположить, что же сделали Майро с Аундой – разожгли пожар?