Чтение онлайн

В магазине становилось всё более людно – это Николаю было на руку. Он, коренастый, не то чтобы красивый, но привлекательный и интересный, харизматичный молодой человек с жилистыми руками, сразу запал в душу юной продавщице, и она крутилась вокруг него, заигрывала. Николай и сам был не против пофлиртовать с девушкой – не мог устоять перед прекрасным полом.

– Вот. Посмотрите, пожалуйста. Стоит две тысячи рублей. – Продавщица вынесла тот самый японский магнитофон, о котором спрашивал Николай. Если говорить точнее, его интересовала целая партия таких магнитофонов.

– Да… – с ноткой досады произнес Николай. – Сразу видно – марка! Красавец!

– Нравится вам?

– Вы о себе или о товаре? – улыбаясь, уточнил Николай.

Девушка-продавец, ничего не сказав в ответ интересному незнакомцу, покраснела от смущения. Николай, обещая подумать над всеми предложенными вариантами магнитофонов и вскоре вернуться, удалился из магазина. По сути, он, хитрый и дерзкий парень, всё уже заранее знал и понимал: просторный магазин являлся большой пристройкой к жилому дому; вход на склад имелся только один – изнутри и через решетку; снаружи никаких дверей не было, лишь глухая стена. Вот она и не давала покоя Николаю. Он обошел весь дом, к которому примыкал магазин, направился через дворы к машине. Нужно было скоротать время: выходить этой ночью «на дело» Николай не хотел, ведь продавщица могла бы что-то заподозрить, поэтому он решил повременить и отложить ограбление на следующую ночь.

Делать было нечего: сильно клонило в сон. Откинув спинку сиденья назад, он удобно улегся, мысленно прокручивая весь план на завтрашнюю ночь. Постепенно усталость взяла свое и погрузила его в сон. Проснулся Николай ближе к вечеру. Стрелки наручных часов показывали без пятнадцати восемь. Ему дико хотелось есть и курить, поэтому он направился в ближайший гастроном.

– Три килограмма сарделек молочных дайте, – обратился к продавщице Николай, а затем задал вопрос: – Свежие?

– Сегодня только получила. Ничего, если немного больше трех? Девять рублей с вас.

– Подождите, посчитайте еще окорочков два кило, десяток яиц, банку тушенки, буханку хлеба, чай и сахар.

Продавщица начала суетиться, бегать от одного прилавка к другому.

– Чай… Сахар… Что еще?

– Давайте еще два пива, пару бутылок лимонада и коробку конфет, вон ту, красную.

– «Ассорти»?

– Вкусные? Если честно, я в конфетах не разбираюсь, карамелек еще каких-то дайте хороших и пачку сигарет.

***

4. Долгожданная встреча. Дом Феликса, г. Ленинакан, 12 мая

– Феликс, дети опять голодными ложатся спать.

– Маш, скоро зарплата будет… Потерпи. Что, вообще есть нечего?

– Кашу последнюю сварила, осталось немного айрана.

– Налей им по стакану.

– Там и стакана не будет. Может, ты шабашку какую-то возьмешь? Или я на работу выйду…

– Маш, какая работа? Тебе мало того, что я пропадаю на работе, так еще и ты будешь? Дети не будут видеть ни отца, ни матери? Ты в своем уме? – закричал Феликс.

– Нам жить не на что! – всхлипывала женщина. – Что мы будем завтра есть? Ладно мы, а дети? Дети что будут есть? Чем мне их кормить?

– Да найду я тебе деньги! Сколько ни дай – мало!

Дети Феликса и Маши, две прекрасные доченьки, слышали сквозь приоткрытые двери спальни, как родители снова ругаются из-за навалившейся на них беспросветной бедности.

– Папа опять кричит на маму…

– Потому что мама кушать хочет, и я тоже.

– И я, – повторила другая девочка.

– Мама сказала по секрету, что купит нам по кукле.

– По кукле?

– Да! По кукле-цыганке, с черными кудрявыми волосами и большими-большими серьгами.

Мама девочек увидела в «Детском мире» пару одинаковых куколок: это были цыганочки в длинных пышных платьях с блестящими серьгами-кольцами в ушах и черными волосами с синеватым отливом. Куклы покорили сердце женщины, и она пообещала себе обязательно купить их своим девочкам.

– Добрый день, сколько стоит одна такая цыганочка? – спросила женщина, указывая пальцем на сидящую на полке куклу.

– Двенадцать рублей.

«Двадцать четыре… Сумасшедшие деньги…» – подумалось.

– Хорошо, отложите мне их, пожалуйста!

– Но не больше чем на неделю, – прикусив губу и немного скривившись, ответила продавщица. – Сами понимаете…

– Скоро у мужа зарплата, я куплю.

Продавщица подошла к стеллажу и сняла с него тех кукол, что приглянулись Маше.

Когда она была маленькой, родители еле-еле сводили концы с концами. На продукты не хватало, не то что на игрушки.

«Пусть хотя бы у моих дочерей будет детство!» – решительно сказала сама себе мама двух малышек.

Грустные мысли Маши о никчемной жизни в нищете прервал скрип калитки – во дворе послышались быстрые шаги. Маша вышла в коридор и открыла дверь, в которую назойливо тарабанили.

– Здравствуйте, – сказал незнакомец, поправив немного растрепанные волосы, – мне бы Феликса…

– Здравствуйте, проходите.

Николай вошел в дом. Выцветшие обои, местами изрядно подранные, где-то разрисованные детскими каракулями; деревянные доски, покрашенные красной «пожарной» краской, бессовестно поскрипывали под ногами.

– Феликс, к тебе пришли! – крикнула Маша.

– Я не вовремя? – спросил Николай, взглянув на явно расстроенную Машу. Она была такая маленькая и худенькая, с грустными покрасневшими глазами и ввалившимися щеками.

– Нет-нет, всё хорошо. Мы очень рады гостям.

В коридоре появился Феликс и застыл.

– Ну привет, Чингачгук Великий Змей! – выкрикнул гость и крепко обнял хозяина дома.

– Брат, – прошептал Феликс, похлопав Николая по плечам. – Сколько лет, сколько зим? Знакомься, – Феликс указал на супругу, – моя жена Маша.

– Поверить не могу! – удивился Николай. – Феликс женился, да еще и на такой красавице.

Маша покраснела от удовольствия, а затем, повеселев, предложила пройти на кухню – выпить чаю.

– Я тут купил такое, по мелочам, не знаю – угадал или нет. – Гость передал хозяину квартиры сетку с гостинцами. – Ну, рассказывай, братик, как ты поживаешь, что у тебя нового, хорошего? Кстати, рад за вас! Семья – это хорошо.

– Феликс дворником работает – получает немного, но жить можно, да и по-честному, самое главное, – начала разговор Маша. – Я не работаю, девочками занимаюсь.

– Девочками? – переспросил Николай.

– Да, – в разговор вклинился Феликс, который как раз выкладывал конфеты на стол, – доченьки у меня.