Чтение онлайн

Он замолчал и бросил на Женю быстрый взгляд и Женя моментально понял, что в его глазах вопрос.

– Наверно, ты прав, Рома, нам незачем с ним общаться, ведь прошло столько лет… – тихо пробормотал Женя, ему показалось, что Роман ощутимо обрадовался, он удовлетворенно кивнул головой, показывая, что услышал его слова.

– Знаешь, я никак не могу понять, зачем это ему, он прекрасно знал о твоем существовании, но объявиться решил только сейчас, почему? – задумчиво процедил он, устремив на Женю тяжелый взгляд исподлобья. – Видимо, очередной каприз богатого мальчика, привыкшего покупать за деньги все, что хочется… Когда он удовлетворит свое любопытство и уедет навсегда, мы просто будем считать, что его никогда и не было. Постарайся пересекаться с ним поменьше, тебе понятно?

Женя хмуро кивнул и Роман ощутимо повеселел, и отпустив пару привычных язвительных шуток, уехал на работу. Женя остался на кухне, он не знал, что ему делать, чтобы как-то занять себя он принялся протирать плиту, хотя мыл ее буквально два дня назад. Почему-то ему было ужасно обидно, конечно, он знал, что где-то у него есть родственники по линии отца – дед, бабушка и дядя, но разговаривать о них было не принято. Женя несколько раз спрашивал о них у Романа, тот сразу закипал и начинал говорить что-то язвительно-резкое, поэтому Женя не знал о них практически ничего. Кроме того, что его дед был настоящим тираном, он выгнал его отца из дома, когда тот посмел жениться на его матери без его позволения, с тех пор отношения были потеряны. Когда отца убили, его дед и бабушка не захотели забрать Женю к себе и он попал в детский дом, где тяжело заболел и чуть не умер. Ему было тогда шесть лет. Его забрал к себе Роман, лучший друг его отца и вырастил как своего сына. В принципе, Женя считал Романа своим отцом, правда, называл его только по имени. В детстве он часто забывался и называл его папой, но Роман все время поправлял его и говорил, чтобы он называл его просто Ромой. Женя давно привык, что вся их жизнь строилась по правилам, которые установил Рома, это так было естественно, что Женя не задумывался о том, что может быть как-то иначе. Все в их жизни было поделено на то, что делать позволено, и на то, что нет. Например, у них не позволено было и разговаривать о матери, Роман сразу начинал нервничать и говорить что-то язвительными резкими фразами, поэтому Женя вскоре перестал что-то спрашивать. Роман скупо объяснял ему, что она умерла при родах, но Женя знал, что это не так.

Она бросила отца и его, когда ему было три года и начала новую жизнь с богатым мужчиной. Она много лет пыталась построить личную жизнь. Все это Женя знал от нее самой, она очень редко навещала его. Пожалуй, это была единственная тайна, которую он хранил от Романа, она просто ужасно боялась его и говорила, что он непременно убьет ее, если узнает, что она видится с сыном. В принципе, Женя отчасти разделял ее мнение, он знал, что Роман излишне горяч, не склонен к компромиссам и не умеет прощать, поэтому он ничего не говорил ему о редких встречах с матерью. Последний раз он видел ее около года назад, она, наконец, нашла свое счастье, вышла замуж и теперь собиралась уехать с мужем в Израиль. Она была беременна двойней и говорила, что у Жени скоро появятся братья или сестренки. Она звала его поехать с собой, но Женя отказался, он не хотел оставлять Рому. Мать Женя не осуждал, хотя где-то в глубине души при мысли о ней он ощущал жгучую обиду. Поэтому он старался пореже об этом вспоминать, так было намного проще.

Появление этого откуда ни возьмись свалившегося на голову родственника выбило его из колеи. Когда ему было лет десять, они в школе в классе учили русские пословицы, его одноклассник старательно выговаривал у доски «человек без рода как дерево без корней», эта пословица буквально выстегнула его, весь урок он старался не зареветь, вытирая покрасневшие глаза кулачками. Давняя тяжелая тоска вдруг накрыла его с головой, он попытался улыбнуться, но почему-то сейчас это не помогало, его черные глаза сразу глядели печально, Роман часто говорил ему, что по его лицу можно читать, как по открытой книге. Вот и сейчас Николай сразу заметил, что что-то не так, в обеденный перерыв, он поинтересовался, что случилось, Женя вкратце поведал ему сегодняшний разговор с Романом. Николай мучительно наморщил лоб, тема была очень деликатной, он пару раз интересовался у Жени, есть ли у того кровные родственники, но каждый раз Женя не мог ему ответить ничего внятного и Николай замолкал. Он по себе знал, каково это не знать ничего о родных, он сам вырос без отца, который бросил их с матерью, братом и сестрой много лет назад, поэтому для себя Коля считал, что его отец умер. Так было понятнее. Так было легче. И все же он осторожно поинтересовался про дядю, Женя лишь пожал плечами:

– Я ничего о нем не знаю, Коля, – тихо проговорил он, в его глазах была такая печаль, что Коле стало ужасно жаль его, он подсел к Жене ближе и обнял: – Рома говорит, что ему около тридцати. Его родители, мои дед с бабушкой, умерли недавно и он остался один. И решил на меня посмотреть. От скуки. Рома говорит, что на самом деле я не нужен ему…

Коля задумался и негромко засопел:

– Не знаю, Жень, – задумчиво ответил он, – посуди сам – он тоже остался совсем один, без родителей, без братьев и сестер и прочей родни. Ты самый близкий ему родственник. Может быть, он действительно хочет как-то наладить с тобой связь…

Он умолк не знал, что еще сказать, Женя тоже молчал, больше сказать тут было нечего, внезапно сердце пронзила тупая боль, словно на миг он снова очутился там, в детском доме, в холодной обшарпанной палате больницы с ужасающем ощущением собственной ненужности, одиночества и безысходной тоски. Эти сны снились ему иногда, раньше чаще, теперь реже, но все равно это не уходило из его сознания. Он украдкой вытер глаза рукой и вернулся на свое рабочее место.

Глава 2. Встреча

Когда Роман приехал домой с работы, Жени не было, и Роман понял, что тот вернется домой поздно, он помнил его грустный взгляд утром. Возможно, он был излишне резок, но в некоторых вопросах нельзя проявлять слабость, а Женя был еще слишком маленький и доверчивый. Роман стал быстро готовить ужин, он механически разделывал мясо для отбивных, шинковал салат, тушил овощи, думая о предстоящей встрече. Он еле успевал приготовить ужин, когда нужно было выезжать в аэропорт, он ненавидел опаздывать и поспешно выключил плиту. Время поджимало, поэтому он посильнее нажимал на педаль газа, ему повезло, пробок на дорогах пока практически не было, и в аэропорт он прибыл вовремя, самолет уже шел на посадку и Роман неторопливо прогуливался у входа. Зверски хотелось закурить, и Роман усилием воли отвернулся от табачного ларька. Вся эта ситуация была до невозможности глупой и это его страшно нервировало.

Два месяца назад он встречался с Адольфом, тот приезжал в Москву обсудить условия предстоящей встречи, как выразился он. Роман помнил Адольфа совсем маленьким, ему было тогда лет тринадцать, он с матерью приезжал к Ване в Москву. Худенький черноволосый мальчик с пронзительными темно-серыми почти черными глазами, он еле кивнул ему и спрятался на груди у брата, Роман помнил, что он очень любил брата… Два месяца назад Роман с трудом его узнал, он вырос и превратился из худенького нескладного мальчика в молодого мужчину, ослепительного блондина в дорогих фирменных шмотках и с развязной улыбкой на губах. Он держался слишком уверенно, слишком нагло, даже пытался поиграть с ним в гляделки, нагло зыркая своими черными глазищами, но потом с улыбкой опустил глаза вниз, не выдержав тяжелого взгляда Романа.

– Просто хочу увидеть Женю, – с легкой улыбкой говорил Адольф, внимательно изучая лицо Романа своими наглыми, Женькиными глазами, – он мой самый близкий родственник, а мы даже с ним не знакомы…

Роман угрюмо молчал:

– Просто хочешь увидеть… как ты не понимаешь, что разбитую чашку уже не склеишь, – скупо цедил он, – вся эта дружба и прочие отношения завязываются в детстве, Женька не знает тебя. И не примет.

– И все же я настаиваю, – улыбался Адольф, – как ты понимаешь, я спрашиваю твоего разрешения увидеть Женю лишь из уважения к тебе и к тому, что ты для него сделал. Женя уже совершеннолетний, поэтому твое разрешение это простая формальность… но я не хочу начинать наши отношения со ссор и недопонимания. Было бы здорово, если бы ты пригласил меня к себе на пару недель в гости. Посмотрим, что из этого выйдет… Но если ты будешь против, что ж, я буду решать эту проблему сам…

Они еще долго спорили тогда и Роман скрепя сердце решил, что будет лучше, если их встреча пройдет у него дома и под его контролем, хотя он просто страшно не любил чужаков у себя. Два месяца он не знал, как сказать Жене о дяде, страшно бесясь и нервничая… Появились первые пассажиры, Роман вглядывался в толпу, но никого не увидел. Поток пассажиров уже начал редеть, когда за его спиной раздался негромкий мелодичный голос:

– Добрый вечер.

Роман обернулся и после секундного колебания пожал протянутую ему руку. Адольф улыбался ему открытой легкой улыбкой, на нем была белая кожаная куртка и потертые светлые джинсы, простые вещи, но Роман с первого взгляда определил, даже скорее почувствовал, что они стоят уйму бабла, хотя совсем не разбирался во всех этих шмотках. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга, потом Роман скупо процедил:

– Пошли, что ли. Добро пожаловать в столицу, – кивнул он головой и направился в сторону выхода, Адольф молча последовал за ним.

– Женя не приехал меня встречать, я так и думал, – проговорил он, уже сидя в машине, – кажется, наше знакомство будет проходить несколько сложнее, чем я предполагал…

Роман равнодушно пожал плечами и завел машину, его лицо было угрюмо и мрачно. Адольф снова улыбнулся:

– Ты знаешь, я оказывается, ужасно нервничаю, – как бы про себя негромко проговорил он.
– Волнуюсь, как он меня примет. Такая ситуация у меня впервые. Ты рассказывал ему обо мне?