Чтение онлайн

Иен бесится из-за, что у него не получается быть услышанным Генрихом. А моего супруга раздражает столь явственная прямолинейность его собеседника.

– Благодарю вас за участие, маркиз Маскотт. У нас с супругой другое видение ситуации, – холодно отзывается Генри, хотя я ощущаю сквозь полуприкрытую дверь его бурлящие, готовые вот-вот взорвать эмоции.

И вот, что действительно интересно! Нам с Генрихом ни разу не приходило в голову оправдываться и заметать следы. Вины за собой мы не чувствуем.

– Какое видение ситуации? Вы только делаете еще хуже! Зачем вы позволили Диане появиться на автодроме! Вы только разжигаете слухи! Маркизе не место в гоночном болиде.

Слышу и мои губы поджимаются от обиды. Глупой, детской обиды. Как Иен может быть столь категоричен? Он увидел терзания на моем лице, но не захотел заглянуть глубже. Это же не прописано ни в каких правилах!

Вдобавок, его последняя фраза заставляет меня окончательно удостовериться в том, что он раскусил еще в Абу-Сахари мою игру масок и пытался манипулировать мной, рассказывая гадости о муже.

– Послушайте, маркиз! – не теряется Генрих, – Заведите себе жену-маркизу, и указывайте, как ей жить. А мы с Дианой в состоянии разобраться сами!

– Вы не заслуживаете такую женщину, как Диана, с нее надо пылинки сдувать! А вы! Вы мало того, что подвергаете ее жизнь опасности, так еще и потворствуете дурным, недостойным увлечениям! – бросает напоследок Иен.

Он резкими шагами направляется к двери, а я прячусь за нее, прижимаясь спиной к стене. Дверь распахивается, замирает в нескольких сантиметрах от моего носа и с громких хлопком закрывается, заставляя меня чуть ли не подпрыгнуть на месте. Стою, размеренно дыша, и наблюдаю за удаляющейся спиной мужчины.

Плечи ровные, спина прямая, голова гордо вскинута вверх. Походка волевая, решительная. Красавец-мужчина. Еще и богатый. И маркиз. И мысли у него правильные. По-аристократически правильные. Идеальный представитель современного высшее общества с его предрассудками и моральным кодексом чести.

Вот только я от этих мыслей, правил и предрассудков счастливее не становлюсь. Иен не плохой, он по-своему волнуется за мое благополучие, но со своими громоздкими прямоугольными рамками и ограничениями не вписывается в мою жизнь. Мы просто не подходим друг другу. И жизнь маркизы Маскотт совсем не для меня, чего не скажешь о маркизе Истербрук. Вот это точно я, самая настоящая, истинная и неподдельная.

Дверь мягко отворяется и передо мной возникает мощная фигура Генри.

– Как ты узнал, что я за дверью? – поднимаю на него удивленный взгляд.

– Почувствовал, родная, – проводит пальцем по моей щеке, а я восторженно замираю и распахиваю глаза шире.

– Ты что у меня тоже эмпат? – спрашиваю с придыханием, чувствую себя так, будто стою на пороге важного открытия.

Генри смеется грудным немного хриплым смехом:

– Нет, Ди, я просто видел в дверную щель, как ты подошла и встала у двери. Вот и весь секрет, – целует меня в кончик носа и отстраняется, заглядывает в глаза и спрашивает серьезным тоном: – Ты же слышала, что сказал Иен? Может, он прав?

Замираю, не в силах понять, чем вызваны нотки сомнения в голосе моего супруга. Генрих Истербрук слишком самодостаточен, чтобы прислушиваться к суждениям посторонних людей. Что же изменилось? С чем связаны его сомнения? Может, он подобно Иену посчитал, что мне не место на гоночном треке? Слишком опасно, слишком непредсказуема реакция окружающих.

Опускаю голову, не в силах перечить мужу.

– Если ты считаешь это правильным решением, то я ничего не смею возразить, – отзываюсь глухо.

– Ой, к черту Иена, – отмахивается Генри, подхватывая меня под руку и уводя по коридору к гостям, – Наш план гениален, дорогая! И не терпится его воплотить в жизнь!

Прикрываю глаза и вдыхаю полной грудью. Улыбка ложится на мои губы не сходит вплоть до самого окончания вечера.

С самого утра отправляемся на автодром вместе с мужем. Я так же как и вчера выпрыгиваю на втором этаже и по аварийной лестнице добегаю до раздевалки.

Быстро переодеваюсь и устраиваем очередной разбор полетов перед стартом.

– Диди, выбирай, кто тебя будет вести? Я или Лука? – заискивающе посматривает на меня Марк. На двух прошлых соревнованиях меня координировал Рауль Скорсезе, но сегодня он в числе участников.

Перевожу взгляд с одного брата на другого и отрицательно качаю головой.

– Может, Эрин захочет быть моим навигатором? – устремляю взор на девушку, которая стоит с перебинтованной рукой в углу комнаты и тихо готовит себе кофе.

– Что? Я? – теряется она под взглядом десятков глаз и не замечает, как кипяток проливается из стакана, обжигая ее руку.

– Ну, да, у тебя большой опыт, ты знаешь, на что следует обратить внимание, – подхожу к ней и осторожно касаясь ладони, отставляя огненный стакан.

Эрин растеряна и ей все еще стыдно за свою прошлую выходку. Подвожу ее к аптечке и достаю мазь от ожогов.

– Правда, Эрин, мне будет спокойнее, если ты меня поведешь.

– Я никогда никого не координировала, – ворчит себе под нос, – Не хочу тебя подводить.

И действительно не хочет, читаю ее эмоции как открытую книгу. Хочет помочь, но боится не справиться с возложенными на нее обязанностями.

– Ты же знаешь, как я люблю рисковать, – подмигиваю ей, – Давай, будет весело.

Эрин неуверенно кивает, а Марк и Лука печально вздыхают. Еще бы, видела сегодня утром, как они о чем-то сговаривались с Генрихом, явно мой супруг подуськивал их быть не только навигаторами, но и моими персональными няньками. С Эрин в этом плане мне будет гораздо проще.

Выхожу из раздевалки, и в коридоре меня ловит Леди Аберкорн. Чопорная, ледяная и холодная, вот только глаза ее горят бешеным пламенем.

– Не ожидала тебя увидеть здесь, – обнимаю подругу, – Не думала, что ты приедешь.

– Дедушка сказал, что тебе понадобится поддержка, – шепчет блондинка и нервно оглядывается по сторонам.

– Это раздевалка только для нашей команды, – зачем-то поясняю я, и Элджи слегка успокаивается, а я, наоборот, удивляюсь: – Твой дедушка? Герцог Маскотт?

– Да, он настоял, чтобы мы приехали. Не знаю, какая вожжа ему попала под хвост, – разводит руками в стороны подруга, – В общем, мы держим за тебя кулачки.