Чтение онлайн

Отлично. Сексизм бытовой, патриархат махровый. Ладно, если Стивен так уж настаивает, пусть идет со мной порталом. И мужиками покомандует, и в случае чего с продавцами в лавках разберется. Хочет помочь – вперед, пусть помогает.

Мы быстро покончили с завтраком.

Оба были одеты для похода по магазинам. Осталось только накинуть верхнюю одежду и обуться.

И уже через несколько минут мы стояли за дверью поместья.

Крестьяне выполнили мой приказ. Трое крепких широкоплечих мужчин лет сорока уже ждали нас. Они поклонились, приветствуя нас со Стивеном.

Я открыла портал.

И мы вышли возле купеческих кварталов. Именно там и продавалась оптом вся продукция. А мне сейчас нужен был опт.

И первым делом мы направились в швейные лавки. Я отдавала себе отчет в том, что покупаю товары только для дома, что платья «на выход» мне будет шить другая портниха. И все равно набирала тюками, делая хозяину кассу одним своим появлением.

Едва зайдя в лавку, я сразу же устремилась к ярким рулонам ткани, аккуратно выстроенным вдоль дальней стены. Я медленно прошла мимо каждого, останавливаясь, чтобы провести пальцами по шелку и бархату, оценивая их качество и представляя, как каждый материал оживет в виде платья, блузы или юбки. Я брала все, что подворачивалось под руку, зная, что каждый купленный мной рулон пригодится в дальнейшем.

Затем я подошла к стойке с фурнитурой, где моё внимание привлекли блестящие пуговицы и изящные застёжки. Я выбирала пуговицы, различные по форме и цвету, чтобы добавить индивидуальности каждому наряду. Мотки ниток, которые я откладывала для покупки, были подобраны так, чтобы идеально сочетаться с тканями, а куча оборок должна была добавить игривости юбкам.

Продавщицы, две молоденькие шатенки, сначала смотрели на меня с удивлением, потом – с недоверием, затем – с надеждой. Когда я купила больше пятнадцати рулонов разной ткани, около двух сотен пуговиц, сорок-пятьдесят мотков ниток, кучу оборок и прочего товара, шатенки готовы были носить меня на руках.

«Сумасшедшая», – сказал мне глазами Стивен. Он все время стоял рядом с моими крестьянами с невозмутимым выражением на лице.

Я мысленно пожала плечами. Да, может, и сумасшедшая. И что? Имею полное право. Мне еще в поместье жить и гостей встречать. Переезжать в столичный дом я однозначно не собиралась.

Я расплатилась двумя золотыми, осчастливив продавщиц и ополовинив их лавку, а затем повернулась к крестьянам.

– Сейчас откроется портал в холл поместья, – сообщила я. – Вы перетащите эти тюки туда, да, прямо в холл, и сразу же вернетесь. Все ясно?

– Да, госпожа, – прогудел один из крестьян.

Я удовлетворенно улыбнулась и активировала портал.

Тюки были аккуратно перенесены. Можно было двигаться дальше.

Следующей я выбрала лавку с посудой. Именно там нужно было купить несколько сервизов и кастрюли, сковороды и прочую утварь.

Стивен шел все так же молча. Но в глазах его уже горело понимание. Да-да, милый, я собралась скупать все, что мне было нужно, в очень большом количестве. Мне очень не хотелось повторить ситуацию с зимовкой и сбором припасов по крупицам. А потому я собиралась до конца осени сделать все, чтобы зимовать в более комфортных условиях. В поместье, конечно же. Столичный дом меня по-прежнему не интересовал.

Мы с молчавшим Стивеном зашли в первую попавшуюся лавку с посудой. Крестьяне остались за дверями.

Две высоких и плотных продавщицы, одетые в серую форму и чепцы на головах, смотрели на нас настороженно, пока я не сообщила:

– Мне нужны пять праздничных сервизов на двадцать персон, несколько кастрюль и сковородок. А также половники, столовые приборы, ковши, миски, бидоны… В общем, вся кухонная утварь, которая у вас есть, в трех-четырех экземплярах.

Продавщицы посмотрели на меня с недоверием и обожанием и бросились выполнять приказ, пока я не передумала.

Они быстро и умело начали собирать необходимые вещи, время от времени консультируясь со мной по поводу качества и дизайна. Я выбирала только лучшее.

С каждым новым сервизом, кастрюлей и столовым прибором мои тюки заполнялись все больше и больше. Продавщицы работали слаженно, и вскоре передо мной предстала гора блестящей утвари. Они упаковали все с таким искусством, что даже самые хрупкие предметы выглядели надежно защищенными.

Минут через двадцать-тридцать крестьяне перетаскивали в холл поместья новые тюки. Сервизы взял на себя Стивен. И тут я не спорила. Он все же отнесет аккуратнее наших деревенских грузчиков.

Я расплатилась десятком золотых монет, избавив владельца лавки примерно от половины товаров. И мы отправились дальше, вглубь купеческих кварталов.

– Здесь есть продуктовые лавки? С тем, что может храниться по полгода? – попыталась я объяснить Стивену значение слова «консервы».

Он взглянул на меня чуть насмешливо и ответил.

– Нет, здесь каждая семья сама готовит припасы. Но всегда можно купить амулеты, увеличивающие срок хранения продуктов. Да и запастись той же мукой, или солью, не мешает. Насколько я помню, крупных мельниц в ваших окрестностях не имеется. Лишь несколько мелких мельников.

Вот, кстати. Мельница. Мне точно нужно мельница. Крупная. Хотя бы одна. Благо реки, подходящие для этого, имеются. А пока действительно следовало закупить муку, сахар, крупы… Да все, что здесь есть.

Подобные лавки были расположены неподалеку от посудных. И там я потратила больше двадцати золотых монет, купив муку, специи, соль, сахар, подсолнечное масло литрами, крупу… В общем, обнесла сразу две лавки. Выбрала все, что было. До единой крупинки купила. И покорно ждала, пока мои крестьяне все перетаскают в поместье.

Затем, по совету Стивена, я зашла в лавку рядом и купила несколько магических амулетов. Причем выбирала не я, нет. Стивен. Он и покупал, и торговался. В общем, показал себя человеком, которому можно доверять в этом деле.

После этого я оторвалась в книжном, решив купить как можно больше книг, в основном информационного характера. Те же справочники мне очень пригодились бы. Ну, конечно, и несколько художественных книжек положила сверху. Надо же чем-то отвлекаться.

На моих землях, по словам Алека, кузнецов почти не было. Двое на все деревушки. И то оба уже старые, с удовольствием ушедшие бы на покой, если бы было, кому дело передать. Но никто из молодежи не стремился учиться кузнечному делу. Во-первых, потому что большая часть работоспособных крестьян весной уходила на заработки в город и возвращалась перед самой зимой. А во-вторых, потому что кузнецов считали кем-то вроде пособников ведьм и колдунов. Их побаивались. А они, в свою очередь, важничали и брали в ученики далеко не всех желающих.

Именно по этим причинам в моих деревнях всегда были проблемы с товарами из железа. И поэтому же, появившись в столице, я отправилась в лавку к кузнецу. Она была одной на всю столицу. Местный кузнец, отличавшийся крутым нравом, не терпел конкурентов.

В магазинчике при кузнице, небольшом светлом помещении, меня встретили двое учеников кузнеца. Высокие широкоплечие парни в штанах, рубахах и передниках, они почтительно склонили головы, осознав, что видят перед собой аристократку.

Я положила на прилавок десять золотых монет и приказала: