Грамматические вольности современной поэзии, 1950-2020
Шрифт:
В тех случаях, когда современная норма предполагает контекстуальную зависимость субстантивного или адъективного грамматического значения, десубстантивация осуществляется и поддерживается нестандартной референцией:
166
Бобышев 2003: 121.
167
Чейгин 2007-а: 28.
168
Чейгин 2007-а: 37.
169
Юрьев 2004: 97.
170
Миронов 1993: 21.
Существительное может вернуться к статусу прилагательного в результате его сочетания с наречием степени:
человек оглянулся и увидел себя в себе.это было давно, в очень прошлом было давно.человек был другой, и другой был тоже другой171
Чейгин 2007-б: 13.
172
Кедров-Челищев 2014: 275.
На полпути от прилагательных к существительным находятся случаи эллипсиса словосочетаний с устранением легко подразумеваемого существительного по словообразовательной модели столовая комната – > столовая (это морфолого-синтаксический способ словообразования).
В современной поэзии с ее повышенной компрессией речи встречается много примеров включения лексического, а затем и грамматического значения определяемого существительного в само определение-прилагательное, которое в результате субстантивируется:
– Дорогой автоответчик, ты прости меня за ложь,(ты потом на человечий сам меня переведешь).Ни английский я не знаю, ни на русском не пою,я на ломаном туманном тут с тобою говорю.завёрнутая в одеялокастрюля варёнойзадохшимся жаром пылаетза дверью слегка притворённойждёт после работыещё носоглотки леченье над паромещё с боковою застёжкою ботысырым тротуаромноябрьским и день рожденьяи левитановы обращеньякартофельный бело-рассыпчатый сонжизнь я потрясён173
Воденников 2018: 211.
174
Гандельсман 2015: 414–415.
175
Гандельсман 2015: 245–246.
176
Кудрявцев 2004: 70.
177
Паташинский 2006: 44.
Эти примеры показывают, что степень ясности, какое именно существительное подразумевается, может быть разной. Иногда оно сразу очевидно, как в первом примере с предварительным перечислением языков, иногда уточняется в последующем контексте, как во втором примере, иногда определяемое существительное остается в подтексте, но легко угадывается (с белым [светом]), (острый [нож]). Последний пример в большей степени загадочен, потому что вся первая строка состоит из жаргонных слов: лимончик – ‘миллион рублей’, прособачишь – ‘бессмысленно потратишь’, однорукие – ‘игровые автоматы, которые называют однорукими бандитами’.
178
Бауэр 2000: 15.
Итак, именной синкретизм проявляет себя в современной поэзии многими нетривиальными способами:
• дефразеологизацией грамматических реликтов типа у сера моря, из сыра-бора;
• помещением слов в такие контексты, в которых их частеречная принадлежность может пониматься по-разному – типа нелюдим, седовлас;
• преобразованием прилагательного в существительное редеривацией – типа звездная желта, солнца желт;
• употреблением слов типа светло, темно, сухо в позиции подлежащего или дополнения;
• созданием неологизмов типа птицая, клюквым, жирафые, воспроизводящим исторический способ образования полных прилагательных;
• образованием сравнительной степени существительных типа дровее, весней, морей;