Чтение онлайн

— Но я не могу, Ваше Превосходительство, — жалобно выдавил Дамиан, едва сдерживая слезы. — Кардинал Ерихон велел принести ему воды.

— Пусть сам принесет, — Симеон Юэзби улыбнулся и, приподняв длинные полы храмового одеяния, пнул ведро.

Дамиан в ужасе глядел на разлившуюся лужу, представляя, сколько еще ударов тростью он получит за невыполненный приказ. Возможно его вообще высекут плетью. Однако ничего из этого не случилось. С того дня он стал послушником инквизиторского сана. А инквизиторы подчинялись только Падре Сервусу. Кардинал Ерихон остался в прошлом. Единственное, что напоминало теперь о нем — шрам, пересекающий три пальца на правой руке.

От одного взгляда на его трость Дамиан покрылся липким морозным потом.

— Это так ты явился к своему королю? Словно навозная псина, фу, — утонченная белая рука взлетела вверх, прикрывая сморщенный нос.

— Я упал.

— В дерьмо? — Горлойс посмотрел на Дамиана так, будто тот был немного придурковатым. — Знамя вашего ордена впору поменять на свинью, какая уж тут псина.

Это волк.

Дамиан до боли прикусил язык, лишь бы не огрызнуться вслух.

— Господин, — криво ухмыляясь, проронил Ерихон и наклонился к королю. Волосы его давно откочевали на юг — спасались с лысой макушки и заселили густой лес косматой черной бороды. — Может быть, вы расскажете инквизитору новость?

— Пожалуй, — Горлойс пожал плечами и указал Симеону на свободный стул. — Присаживайтесь, Ваше Превосходительство. Разговор предстоит непростой.

Дамиану никто сесть не предложил. На время о нем как будто совершенно забыли, и он остался стоять с повисшим на нем Иродом.

— Ваше Высочество, Дамиан доложил о том, что скоро должен прибыть труп вёльвы. Мы сразу же начнем вскрытие. Возможно, на этот раз нам удастся обнаружить орган, отвечающий за переработку силы, поступающей от граната.

Горлойс рыгнул и лишь отмахнулся:

— Вы сами знаете вашу работу, Ваше Превосходительство. Сегодня о другом. Я женюсь.

Симеон мгновение молчал, барабаня пальцами по подлокотнику стула. Свет от огня лизал пятнистую кожу на его руке и поджигал разноцветные всполохи внутри белого опала, инкрустированного в кольцо Падре Сервуса.

— Что ж, Ваше Величество, Князь да благословит сей союз…

— Ой, да хватит, Симеон. Ты воспитывал меня с двенадцати лет, и у тебя не найдется пары теплых слов? — Горлойс поморщился, на некоторое время приобретя немного человеческого несовершенства и живости, и отхлебнул вина.

— Кто же ваша избранница, мой господин?

Дамиан перевел взгляд на брата, но зацепился за кривую ухмылку Ерихона. Он буквально выглядел так, словно узнал какой-то огромный секрет, и теперь старался донести его и не расплескать по дороге. Плохое предчувствие полоснуло желудок Дамиана, и он отвлекся только тогда, когда Ирод отпустил его и поплелся в угол комнаты, где стоял стол с разложенными бумагами.

— Ее Величество королева Каталина де ла зур Туаза Трастамарская.

В опочивальне повисла гробовая тишина. Дамиан только спустя некоторое время осознал, что таращится на сводного брата, как на лилитскую вёльву, наглотавшуюся пригоршни граната прямо перед алтарем Князя.

Да уж, резки повороты у горного ручья.

Симеон прочистил горло под насмешливым взглядом Ерихона, который едва не приплясывал от радости. Дамиан не знал, что творится в голове наставника и не видел его лица, но затянувшаяся пауза говорила красноречивее слов.

— Храм не сможет дать благословение Князя, Ваше Величество, — наконец произнес Симеон. Голос его был тверд, и это подкрепило внутренний стержень самообладания Дамиана. — Вы же понимаете, господин, Каталина Трастамарская — дщерь Лилит.

Горлойс, сидевший с оскорбленным видом, вдруг расхохотался. Его смех тут же подхватил Ерихон и — Дамиан вздрогнул — злорадным хихиканьем Ирод, который, скорее всего, вообще не понимал причину веселья.

— Пожалуй, хватит комедии, — Горлойс довольно хлопнул руками по подлокотникам кресла и снова хохотнул. — Шутка удалась, ты бы видел свое лицо, Симеон. Ладно, а теперь к сути. На самом деле, на ней женится он.

Горлойс посмотрел на Дамиана. Тот похолодел и нервно распрямил спину, будто произнесенное местоимение — команда приготовиться. Симеон обернулся, и в его глазах Дамиан прочитал то же недоумение, что отразилось и на его собственном лице.

— Это невозможно. Храмовники дают обет безбрачия, — Симеон снова посмотрел на Горлойса. — Господин, что вы задумали?

— Пока вы, уважаемый Падре Сервус, занимались прополкой сорняков, мы решили одним ударом уничтожить матку шершневого гнезда. — Ерихон ударил тростью по полу, привлекая к себе внимание. — Мы договорились с трастамарцами о дипломатической встрече, на которой буквально вчера заверили документы о помолвке. Через месяц состоится встреча на нейтральной территории, где наши князесловы проверят девичество королевы. Если все будет подтверждено с нашей стороны, на следующий день состоится бракосочетание.

Симеон и Дамиан практически синхронно перевели взгляды на Горлойса, вскинувшего руку и прервавшего речь Ерихона. Наверняка, он желал сам подать самую суть истории и насладиться окончательной реакцией слушателей.

— Ваше благословение и не понадобится, Симеон, потому что свадьба сия будет липовая. Меня на этом балагане будет играть ваш храмовый пес, а свадьба закончится резней: мы заблаговременно рассыплем на поляне порошок омелы, а затем, когда все отвлекутся на церемонию, отряд храмовников нападет на вёльв. Мы покончим с трастамарской шлюхой и ее Триумвиратом одним ударом. После чего заключим союз с Варденом. Я женюсь на их принцессе Хилдегэйрд, и ее отец, Вилфрид Скупой, помимо приданного добавит свои войска к нашим. Мы нападем на Трастамару с двух сторон и разделим земли пополам.

— Широко мыслишь, Горлойс, — сказал Симеон, обойдясь на этот раз без титула, что было ему крайне несвойственно. Король расплылся в веселой улыбке. — Однако широкие мысли, точно глубокая рана, — уязвима для любой отравы.

Улыбка сползла с лица короля, словно змеиная шкура. На лице отразилось уязвленное самолюбие.

— Полагаю, эту идею тебе подкинул сам Вилфред?

Горлойс пожал плечами:

— И что с того?

— А то, что Вилфреду выгодно нашими же руками разрушить Инир, заключить дипломатические отношения с Трастамарой и распространить ересь дальше по северным герцогствам. Мы — оплот веры на континенте. Падет Храм, и вёльвы запустят свои отравляющие пальцы повсюду. Мы уже потеряли три отряда храмовников, и это наверняка их рук дело.

— У них все обстоит еще хуже, — фыркнул Горлойс. — Мне передали, что почва Трастамары сохнет. Эти шлюхи сами истощают свою землю.

— Не сегодня, так завтра они отправятся экспансией на новые земли, — вмешался Ерихон. — И первыми будем мы, как их извечные враги. Нельзя давать им первыми нанести удар.

Симеон покачал головой.

— Вёльвы не так глупы, как вы считаете, мой господин. Они наверняка подготовят свое покушение на вашу жизнь… на жизнь Дамиана. Я не могу позволить потерять нашего лучшего инквизитора.