Чтение онлайн

Его кресло ушло вниз, и он оказался в грузо-пассажирском отсеке шаттла, где отряд из дюжины его бойцов-коммандос уже готовились к десантированию прямиком на движущуюся цель.

Передняя рамка оказалась опущенной, и навстречу кораблю появились бластерные выстрелы — противник заметил их, понял намерения и дожидался открытия створа, чтобы проредить десант.

Ему это удалось — двое соратником Мартока рухнули с простреленными нагрудиками.

Но деваронский отряд уже было не остановить.

Одиннадцать бойцов, включая самого командира, с душераздирающими криками спрыгнули на повозку-реактор.

Приземлились лишь десять.

Успешно — восемь.

Остальные сверзились с двадцатиметровой высоты на землю, став жертвами громадных колес, повозки, явно переделанной из списанной ранней модели «Джаггернаута».

Марток видел гибель своих товарищей, соскользнувших с брони, но тут же выбросил негативные мысли из своей головы.

Он ничем не мог помочь им, а потому единственное, что его сейчас волновало — успех их миссии.

Первый же боец противника — рослый родианец с бластерной винтовкой наперевес — получил проникающее ранение вибромечом деваронца, прошившего своего неприятеля насквозь.

Столкнув тело через металлическую ограду на корпусе реактора, командир подразделения бросился вперед.

Еще одного вынырнувшего из-за охлаждающего контура противника он обезглавил, несмотря на то, что тот попытался подстрелить его из бластерного пистолета.

Заряд ожег щеку, но Мартоку было плевать.

Он видел, что вторая болванка уже находится на головном АТ-ТЕ всего этого каравана, а потому понимал, что следует торопиться, если он не собирается допустить следующего выстрела.

Третьему противнику, вынырнувшему из рубки управления реактором деваронец ударил кулаком в горло. После чего ударом ноги спихнул с платформы вниз.

Донеслось приглушенное расстоянием и звуком трансмиссии чавканье, сопровождающееся легким подпрыгиванием платформы.

Оказавшись на мостке, который вел от реакторной платформы ко второму АТ-ТЕ, Марток едва не рухнул вниз, когда водитель решил устроить небольшое маневрирование.

Спасло его лишь то, что он схватился за переброшенный между машинами мостик.

Пальцы вцепились в край металла так, словно представляли из себя струбцины, которым поручено зафиксировать положение любой ценой.

Увидев возле полосы металла на корме второй машины нескольких противников, деваронец выпустил из руки свой вибромеч, после чего перехватился второй конечностью за мостик и перебирая руками продвинулся вперед.

Он успел.

Почти.

Противники сбросили мостик тогда, когда он находился всего в одном месте от задней части второго АТ-ТЕ.

Но падения на землю не произошло — он раскачался и в последнее мгновение бросил свое тело на бронемашину.

Руки схватились за выступ на броне.

Мышцы в руках напряглись, и он подтянулся.

Наклонная броня перед ним была практически голой, а поручни располагались в двух метрах над головой.

И там находились противники.

Из-за спины послышались звуки стрельбы.

Один из противников упал, второй отступил, что позволило Мартоку сделать прыжок вперед и вверх, зацепившись за поручень.

Металл предательски поддался и деваронец едва не полетел вниз, но успел перехватиться за вертикальную стойку.

Несмотря на то, что тоже была сделана не самым качественным образом и начала гнуться под его весом, лейтенант сумел подтянуться и хватиться пальцами за решетчатый палубный настил.

Металл врезался в пальцы, но ему было все равно.

Он бросил взгляд назад и увидел, что из его подразделения выжили всего несколько бойцов.

Они-то как раз и вели огонь на подавление противника, не позволяя тем высунуться из-за импровизированных укреплений.

Оказавшись на палубе, Марток понял, что при нем остались лишь три боевых ножа.

Два из них тут же встретились с ладонями обоих рук и деваронец бросился к ближайшей опорной точке противника.

Удар ножом сзади сверху перерезал спинной мозг тви’лека, перезаряжающего свой бластер, и лейтенант закончил работу за него.

Справа открывался проход в рубку управления машиной, поверх которой протягивался кабель питания к орудийной платформе, которая уже заканчивала цикл перезарядки.

Марток бросился в кабину, увернулся от удара рослого человека, притаившегося за углом, но потерял выбитый из руки трофейный бластер.

Впрочем, он ему только мешал.

Новый удар — ботинком в грудь, Марток просто проигнорировал, позволив его тяжесть принять на себя нагруднику.

Боль, конечно была, но и неприятель тоже ее почувствовал — как и услышал треск сломавшихся костей пальцев ноги.

Этого замешательства деваронцу хватило для того, чтобы всадить боевой нож в подмышечную впадину левой руки противника, оттолкнуть его туловище в сторону и пробраться в кабину.

Водитель-иторианец загудел обоими своими ртами, но, получив удар кулаком в висок, завалился в сторону.

Его руки зацепили рычаги управления, и АТ-ТЕ повело вправо от курса.

Массивный кабель питания установки натянулся.

Марток перевел рычаги в крайнее правое положение, все больше увеличивая натяжение на кабеле.

Слишком толстый и слишком прочный, чтобы разорваться словно веревка под натяжением.

Поэтому деваронец выбрался на волю, прикинул, что направляющая, по которой передавали снаряд тоже сброшена, чтобы осложнить ему жизнь.

Но кабель все еще цел.

Более того — он натянулся ка струна, потому как второй АТ-ТЕ двигался вправо от первого.

Даже будь у деваронца под рукой вибромеч, он не смог бы рассечь его и прекратить подачу энергии.

Но он мог остановить артиллеристов.

Всего-то нужно преодолеть десять метров, разделяющих оба шагохода.

Прыжок — верная смерть.

И лишь одно соединяет обе машины.

— Хороший деваронец в цирке по канатам не ходит, — пробурчал Марток, выбираясь из кабины на ее крышу.

Кабель проходил под его ногами.

Как бы машины не расходились, но оторвать его с одной или другой стороны не получалось.