Гранд-адмирал. Том четвертый
Шрифт:
— Это самая отвратительная рода в загробном мире, — прохрипел Марток, закашлявшись.
— Просто ты еще не сдох, рогатый, — ответил ему Хедж Спар. — Сломаны руки, ноги, отбиты легкие, разорван кишечник, осколочные ранения, лицевой скелет треснут, два позвонка сломаны без смещения, столько же — со смещением, на трех трещины, ребра — как обглоданные кости ископаемого, сотрясение мозга, инородное тело в левом глазу, гортань пробита…
— Шикарно, — прохрипел Марток. — Проживу и без них.
— Я поражаюсь тому, что ты вообще выжил, — покачал головой мандалоррец. — Устроить сбой и замыкание масс-драйвера в момент выстрела, находиться у самого эпицентра взрыва, отлететь на полсотни метров в лес, провисеть полчаса на пробившем тебя суку и выжить… бакты, конечно, уйдет немало, но ты явно выживешь.
— От дерьмо, — простонал Марток, приподняв голову и посмотрев на свое тело, с которого была срезана вся одежда. Зато бинтов, фиксаторов и капельниц — предостаточно. — А я уж надеялся, что отмучался.
— Ты ситски везучий сукин сын, Марток, — без тени юмора произнес лидер мандалорцев. — Я и мои люди в долгу перед тобой и твоим парнями.
— Там выжил кто-нибудь? — спросил лейтенант.
— Прости, но никого живого из твоих нет, — сказал мандалорец. — И врагов — тоже. Прежде чем мы прибыли противник подвел мобильную группу, сбившую шаттл. Твои парни полегли в сражении с ними. Сами погибли и их прикончили.
Деваронец посмотрел на небо.
Сквозь тяжелые облака он видел пробивающиеся корветы лоялистов, доставляющие несомненно что-то важное на поверхность планеты.
Наверное — мандалорцев.
Но главное другое — вслед за ними на поверхность пробивались ласковые, полные тепла лучи местного светила.
— Неплохой день, чтобы погеройствовать, — закашлявшись, произнес он.
— Это точно, — кивнул Спар. — Тебя быстро поставят на ноги, друг. Но пока что придется поплавать в бакте.
— «Роттаран» жив? — спросил деваронец.
— Сильно поврежден, но еще не развалился, — не кривя душой сказал Хедж. — Корма — одна большая дыра, ангар вышибло.
— У них болванки метрового диаметра, — произнес Марток. — Могли и вывернуть наизнанку.
— Мы спасли людей и неплохо размялись на местных боевиках, оставшихся прикрывать отступление, — произнес Спар. — Жаль, корабль, но его придется утилизировать — проще новый построить, чем этот восстановить.
— Мне отдай, — схватил мандалорца за руку Марток.
Их взгляды встретились.
— Коллекционируешь металлолом? — уточнил предводитель мандалорцев.
— Хочу себе линкор, — признался деваронец. — Большой, сильный и красивый. Чтобы летать куда захочу. И давать по соплям кому захочу.
— А если серьезно? — хмыкнул Спар.
— У сектора никогда не было тяжелых кораблей с тех пор, как наши крейсера погибли при Хасте, — вздохнул Марток. — Нужно же чем-то весомым защищаться от врагов…
— Все еще не верю, — засмеялся мандалорец. — Вояки из вас так себе, а крупные корабли так и вовсе противопоказаны. Еще есть версия?
— Есть, — похоже ему ввели немало стимуляторов, да еще и подлатали пока лейтенант был без сознания, раз несмотря на его повреждения, он мог говорить почти без проблем. — У каждого должна быть мечта. Моя — иметь собственный линейный корабль.
— Обсудим, когда выздоровеешь, — пообещал мандалорец.
— Ну и хатт с тобой, — совершенно не обиделся на слова Хеджа деваронец. — Люмин-эль есть?
— Есть кое-что получше, — заверил его Спар, вложив в руки металлическую фляжку. — Вирренское выдержанное. Нашли у местных командиров — те прихватили себе несколько ящиков, когда командование сбежало. Решил, что ты не будешь против получить такую замену любимому люмин-элю.
— Отрава для аристократов, — улыбнулся деваронец. — Всегда мечтал попробовать на вкус.
— У тебя еще будет время, — пообещал мандалорец, взяв фляжку и сделав глоток. — Божественный вкус.
Деваронец посмотрел на него уничтожающим взглядом.
— Не волнуйся, для тебя отложили пару бутылок, — заверил его Спар. — Мандалорцы помнят о тех, кто им помог.
— Это хорошо, значит за выпивку можно не волноваться, — расплылся в улыбке деваронец.
— Ни о чем не волнуйся, друг, — произнес мандалорец, но его голос уже доносился словно сквозь вату. — Мы тебе жизнью обязаны…
Первые сутки вражеского нападения на Доминион подходили к своему завершению.
Осталось всего несколько минут и начнутся новые.
Но это не значит, что пора прекратить умственную работу.
Наоборот — сейчас самое время.
Сведения, поступившие с Талассии, не могут не радовать и подкидывать пищи для размышления одновременно.
То, что план по выманиванию пиратов из их норы сработал и значительная часть работорговцев и их сподвижников как в космосе, так и на планете уничтожены, не может не радовать.
Мы решили серьезную проблему — разгромили пиратов, захватили и освободим их рабов, а так же уничтожили львиную долю радикалов на самой планете.
Несомненно, никто и не задумывал дальнейшую наземную операцию против Талассии, направленную на тотальную зачистку.
Мы уже раз попробовали — противник ушел в подземелья.
Коих на планете великое множество.
Повторим идею с высадкой — вновь столкнемся с недружелюбными местными жителями.
Нет, Талассия не подвергнется ни орбитальным ударам, ни тотальной зачистке — по крайней мере в настоящее время.
Но это не значит, что этот форпост будет нами брошен или забыт.
Планета окажется заблокированной для любого посещения.
Минные поля останутся и будут дополнены таким образом, чтобы перекрывать любую попытку проскользнуть на планету.
Ценных ресурсов на Талассии в большом объеме нет.
Плодородные земли там имеются, а следовательно у местного населения будет возможность себя прокормить.
Да, жестоко, поскольку это обречет местное население сперва на голод, а затем на операции по восстановлению сельского хозяйства и обеспечению функционирования объектов, которые прежде контролировались и управлялись рабами.