Чтение онлайн

Стандартная операция по принуждению к миру обернулась побоищем. Дорья, командующий всей кампаний, приказал разбить территорию противника на отдельные очаги сопротивления. Так называемые «котлы». Затем, боевые группы принялись дробить эти «котлы» так мелко, как только могли. И раздробили… По одной боевой группе на самую маленькую, самую никчемную планетку.

Учитывая уровень технологий и вооружения трианиев, едва ли они могли помешать высадке десанта. А дальше…

Жизнь солдата и гражданина Доминиона всегда в приоритете. Невинная жизнь на территории Доминиона — охраняется и защищается любыми средствами.

Но Пространство Триании… Это поле боя. Там царят другие законы.

Блокирование ретранслятора привело к тому, что до максимального раздробления правительство отправило директиву о запрете капитуляций. Пресловутый приказ «Победа или смерть», как его окрестили в группировке Дорьи… Всего пара часов с момента получения последних рапортов и уже придумано название…

Каждая боевая группа выполняла поставленную задачу автономно. Никто даже не задумался о том, чтобы запросить дополнительные указания в штабе. Каждый командир, клон и неклон просто выполняли свою задачу… Враг должен быть разбит. Когда враг не сдается — Доминион уничтожает его. Любой, кто ведет огонь по солдатам и населению Доминиона — враг.

Простые директивы, которые позволяли Доминиону эффективно бороться с противником, привели катастрофе.

Дорья — формалист до мозга костей. Ему поставлена задача, он выполняет ее в строгом предписании с правилами. И, как командующий флотом, он и подобрал себе таких же исполнительных формалистов…

Каждый командир боевой группы не задумывался о судьбе трианиев в целом. Каждый уничтожал врага… И, когда все рапорты достигли штаба Дорьи, когда произошел подсчет контролируемых трианиями ранее планет и отождествление названий со скупыми строками рапортов командиров боевых групп… Не выдержал даже хладнокровный Дорья…

— Целая раса… просто перестала существовать… просто потому, что никто даже не подумал, что они все настолько уперты… А ведь мы могли просто взять их планеты в блокаду. Могли придать таким планетам статус резерваций и…

— И сохранить расу? — спросила Фина.

— Сохранить жизни, — прошептал Пеллеон. — Фина… Мы же не Империя… Мы не уничтожаем цивилизаций. Мы не истребляем детей… Мы сражаемся с солдатами и только с ними…

Девушка едва заметно выдохнула.

Пусть ее саму потряхивало от осознания масштабов, но…

— Траун уже уничтожал целые миры и виды, — напомнила она, выдернув из хватки мужа бутылку. Поискав глазами ящик с приборами, завладела штопором из него. — Корбос, Стенос. По его приказу истребили стеносов, если ты не забыл. Мужчин, женщин, стариков и детей.

— Это другое… Стенаксы были чудовищами. Их опасно было оставлять в живых. А Корбос… Все его население было мертво, когда сбросили антиматериальную бомбу. Не сделай мы этого, то левиафаны могли бы вырваться в галактику…

Девушка поняла что произошло.

Сражения с солдатами не так ранит, как тот факт, что война уносит жизни невинных. Каждый воин сам выбирает свою стезю. Невинные не выбирают, выбор делают за них. И, если взрослый, осознающий себя и мир вокруг, еще может отказаться или сопротивляться навязанному ему выбору, то ребенок…

Сотни и тысячи смертей детей трианиев, убитых собственными родителями в угоду мелочной гордыне и желанию недалеких правителей… Да, это сломает любого. Особнно того, кто на войне чаще чем дома.

Война меняет сознание. Обесценивает жизни разумных. Убей или будешь убит. Так мыслят солдаты. Но ни один солдат, ни один командир не останется равнодушным к тому, что произошло в Пространстве Трианиев.

Накопившееся за месяцы постоянных сражений напряжение, прорвало стену психологической устойчивости, заронив семена сомнения и глубокого личностного кризиса. Отсюда и до саморазрушения — очень короткий путь. Который в эмоционально неустойчивом состоянии разумные делают настолько быстро, что едва ли сами осознают возможность альтернативы.

— Может и другое, — девушка откупорила бутылку под растерянный взгляд супруга. Затем наполнила стакан. — Левиафаны — созданы чтобы уничтожать. Страшные боевые животные. Стенаксы — разумные, но вели себя как животные. Убивать, пытать, насиловать — и так по кругу. Триании… Они разумны. И они сознательно пошли на этот шаг. Из гордости или глупости — не важно. Умереть и убить своих детей — это был их осознанный выбор. Иного не дано. Я поддержу тебя всегда и в любой ситуации. Однако, я не считаю, — девушка насильно вложила в руку мужа стакан, — что отец нашего ребенка должен корить себя за чье-то идиотское поведение.

Пеллеон с недоверием и заторможенностью посмотрел на стакан. Потом на сидящую перед ним молодую супругу.

Он уже потерял так много… Мимолетные романы. Продолжительные романы. Сына-имперца… И сейчас он на грани потери самого себя, веры в правильность своих действий…

К сожалению, весь ее опыт и знания не давали ей правильного ответа на очевидный вопрос: как вытащить мужа из эмоциональной ямы, которую он и его соратники сами для себя вырыли, взяв на себя ответственность за чужую глупость.

Все, что она могла — лишь проявить женское коварство и переключить мысли мужчины на диаметрально противоположное направление.

— Отец? — наконец-то дошло до него.

Девушка в напряжении смотрела на лицо любимого человека.

И в тот самый момент, когда на его губах дернулась и пропала улыбка, она позволила себе немного выдохнуть… Сработало.

— Ты же не думал, что я пролетела половину Доминиона, чтобы застать тебя дома, ради пустяковой новости? — подпустила она строгости в голос. — Разумеется, у меня была крайне важная и совершенно секретная для всей галактики новость. Поэтому, предупреждаю сразу, — она поднялась из-за стола. — Если ты намерен копаться в себе и разваливаться на куски из-за чужого идиотизма — я подаю на развод. Кто бы ни был — сын или дочь — но отец должен быть примером мужского поведения. А мужчина не имеет права страдать из-за чужих ошибок…

— Отец! — вскричал Пеллеон, с радостной улыбкой оставив стакан и подхватив молодую жену. — Я — отец! Хатт побери! Это… это…

— Дорогой, — Фина не уклонялась от сыпавшихся на нее поцелуев, но старалась говорить в короткие перерывы между ними. — Если хочешь им стать… желательно не раз… будь немного понежнее… Прекрати… меня поднимать! Ай! Ладно, эта люстра мне никогда не нравилась…

С шумом сработавших вентиляционных каналов в шлюзовую камеру хлынула атмосфера. Несколько секунд — и появилась возможность снять шлемы. Как раз вовремя — запас кислорода начал заканчиваться.

— Удобно иметь своего астромеха на подхвате, — заявил Альфа, когда внутренние створки шлюза открылись. Кросс и Бароса первыми проникли на борт корабля и осмотрелись.

Пусть и не предполагалось, что местные пираты могут проникнуть на борт нашего корабля-невидимки, однако, эта вселенная знаменита своими шуткам с теорией вероятности. Именно по этим причинам каждое убийство противника должно было быть доведено до конца. С подтвержденным поражением цели.

— Альфа, помести тело в стазис-капсулу, — клон открепил труп, взвалил его на спину и понес в трюм.