Чтение онлайн

Предварительное изучение сохранившихся под водою руин показало, что во второй половине II тысячелетия городок состоял из многих кварталов. Главная улица (№ 1), тянувшаяся с юго-запада на северо-восток, имела в среднем ширину в 3 м. Под прямым углом к ней подходили улицы № 2 и 4. В южном конце улица № 1 делает изгиб, и здесь под углом в 30° к ней подходит улица № 3, частично мощеная [393] . В других частях городища прослеживаются следы еще нескольких улиц. Таким образом, городок состоял из четко обозначенных кварталов.

Дома были сложены из солидных стен шириною до 0,60 м, причем мастера так хорошо подбирали камень, что нет никакой разницы между кладкой внутренних и внешних стен.

Здания стоят довольно свободно, при двух домах (II и VIII) имеются дворы, обнесенные каменной оградой.

Жители ахейского Павлопетри заботились об удобном жилье — хотя дома здесь не имели строго прямоугольного плана, однако они были пространные (в 225, 192, 130, 220, 140, 160 кв. м.) и многокомнатные. В некоторых случаях заметно, как по мере надобности к дому пристраивали новые помещения. Примечательно, что мегаронная планировка здесь почти отсутствует (лишь здание VII имеет помещение, сходное с мегароном). Все 13 домов изучаемого времени сходны по характеру, что указывает на примерно одинаковый уровень благосостояния их владельцев. Здания Павлопетри значительно крупнее, чем дома того же времени в поселении Кораку, где большинство жилищ имело 2—3 комнаты и лишь дом ? насчитывал 6 помещений [394] . Очевидно, это зависело от разницы в материальном достатке сельчан и горожан.

Даже беглое знакомство с планировкой столь небольшого городка, как ахейский Павлопетри, показывает, что тогдашние градостроители с успехом применяли свои знания для создания наиболее благоприятных условий не только в столицах, но и в скромных центрах, заселенных ремесленниками, моряками и отчасти земледельцами. Вместе с тем характер жилищ в этом окраинном городке резко отличается от более строгих очертаний частных домов столичных городов, таких, например, как Микены [395] .

В эпоху Поздней бронзы ряд необитаемых ранее мест был заселен ахеянами. Выше названы такие пункты в Мессении. И на островах происходили аналогичные процессы. Например, новое поселение возникло с XIV в. на сстрове Итака у современного Трис Лангадас [396] .

Итак, изучаемый период был наполнен напряженной созидательной деятельностью. В XXIII—XIII вв. значительно продвинулись вперед познания в одних областях производства, а в других — возникли совершенно новые отрасли знаний. Отмеченный процесс нашел яркое отражение в мировоззрении ранних греков. Впервые в истории человеческой мысли они сформулировали идею о том, что человек добивается знаний и овладевает стихийными силами природы лишь своей силою и смелым дерзанием. Образ Прометея, давшего людям познание и мастерство ценою собственных мучений, выражает глубокую веру греков эпохи бронзы в могущество разума и труда.

Предыстория ахейской грамотности уходит в эпоху неолита на Балканском полуострове. Еще в раннем неолите в Фессалии вошли в употребление печати из камня [397] или глины преимущественно с геометрическими рисунками [398] . Узоры этих штампов, называемых пинтадерами, являлись условными знаками. В среднем неолите в Фессалии известны нанесенные на посуду отдельные символические знаки, например знак трезубца. А в Сескло была найдена [399] четырехсторонняя глиняная табличка с вырезанными на ней различными знаками (черточки, крестики и др.).

В IV тысячелетии в соседних с Грецией землях население стало шире употреблять знаки, вырезанные или оттиснутые на сырой глине. Например, в поздненеолитическом поселении Ситагры (Македония) были найдены глиняные штампы — цилиндры с нарезным орнаментом [400] . Уже в середине или во второй половине IV тысячелетия племена, населявшие северо-западные области современной Болгарии, имели пиктографическую письменность, знаки которой являлись точными или схематичными рисунками предметов, означавших отдельные понятия. Свидетельством этому является глиняная табличка с четырехстрочной надписью, найденная в 1969 г. в халколитическом слое селища Градешница во Врачанском округе в Болгарии [401] . Табличка из Градешницы хорошо датирована временем между 3500 и 3000 гг. Она открыла важнейший факт в Древнейшей истории культуры — оказалось, что на Балканском полуострове письменность возникла много раньше, чем на Крите, где пиктографическое письмо известно лишь со второй трети III тысячелетия [402] . Весьма важно и то, что, как отметил В. Георгиев, некоторые знаки таблички Градешницы имеют аналогии в более позднем критском пиктографическом письме.

Племенной мир Балканского полуострова в конце IV — начале III тысячелетия пользовался пиктографическими знаками довольно часто, как свидетельствуют знаки, вырезанные на сосудах, относящихся к культуре Винча — Тордош (Югославия — Румыния — Болгария), и на найденной недавно печати из Караново (Болгария) [403] Три таблички из Тэртэрии [404] , датируемые второй половиной III тысячелетия, дополняют картину. Примечательно разнообразие знаков на табличках, указывающее на сильную традицию пиктографии в землях Семиградья.

Перечисленные находки показывают, что балканский массив индоевропейских племен создавал свою самостоятельную письменность почти в то же самое время, что и шумеры в Месопотамии, у которых древнейшее письмо известно в середине IV тысячелетия. Что касается египетской пиктографической системы, созданной во второй половине IV тысячелетия, то она одновременна с балканской пиктографией. Тем самым окончательно устраняется давно уже устаревшая гипотеза о появлении письменности в Греции под воздействием Египта. Более правдоподобно, что письмо эпохи Ранней бронзы возникло в Элладе на основе пиктографии, созданной племенами Балканского полуострова еще в эпоху халколита.

Bill тысячелетии употребление разных меток и пиктограмм засвидетельствовано во многих местах. Интересным примером монументального рисуночного письма являются петроглифы, открытые на Наксосе. Там на выходе мраморных скал около XXIV—XXIII вв. были выбиты молотком рисунки, рассказывающие об охоте на дикого козла, о танцах охотников и плавании на судне [405] .

О постепенном усложнении письменности говорят памятники глиптики эпохи Ранней бронзы. Первоначально печати имели геометрические узоры, в которых преобладали мотивы меандра, спирали, петли, лабиринта. Весьма показательна серия 150 оттисков печатей из «Дома черепиц» в Лерне [406] , которая свидетельствует о высоком мастерстве резчиков печатей. Они искусно использовали небольшое число геометрических мотивов для создания многообразных тонких рисунков [407] . На Крите в Раннеминойском-III периоде (в XXV—XXIII вв.) на печатях начали вырезать фигуры людей и животных, что означало дальнейшее распространение системы идеографического письма, при котором рисунок — идеограмма — передавал определенное понятие. Уже в XXI—XX вв. на критских печатях можно видеть сложные композиции из рисуночных знаков. Тогда же продолжали употреблять и совершенно условные знаки типа трезубца, креста, звезды [408] . Со временем пиктограммы писали все более схематично, так что знаки упростились и приобрели весьма суммарные очертания. Такие схематические пиктограммы, состоящие только из линий, А. Эванс назвал линейными [409] . Линейное пиктографическое письмо отражает активную деятельность использовавшего его общества, направленную на совершенствование этого вида связи. Теперь были изобретены вспомогательные знаки, обычно черточки и крестики, которые указывали начало или направление письма, а также отмечали использование пиктографического знака в значении только идеограммы [410] .

Тогда же была выработана очень стройная система числовых знаков, основанная на десятиричном счислении. Счет единицам, десяткам, сотням и тысячам велся при помощи удобных и ясных знаков. Видимо, в конце III — начале II тысячелетия население Эллады придавало большое значение точности и быстроте числовых записей. Отмеченная тенденция вполне соответствует тем процессам внутри общества, которые находили выражение в росте протогородов периода Ранней бронзы и возвышении некоторых царств.

Письменность применялась не только высшими слоями общества, но и представителями ремесленного населения. Например, в раннекикладском городе Филакопи I на Мелосе в XXIII — XXII вв. изготовители обиходной посуды оттискивали на сосудах разнообразные знаки-метки и числовые обозначения [411] .

Появление ранних государств сначала в островной, а затем и в материковой Греции привело к дальнейшему усовершенствованию грамоты. Письменность была упорядочена и приведена в систему, причем ввели новый принцип употребления знаков: пиктограммы, обозначавшие раньше целые отдельные слова (понятия), приобрели значение только начальных слогов этих слов. Например, как показал А. Эванс [412] , знак секиры

означал гласный звук а, так как по-гречески секира называлась ?????. Таким образом возникло слоговое письмо, называемое обычно силлабарием. Наряду со слоговыми знаками в письме было сохранено несколько десятков идеограмм, особенно полезных в счетных записях. Так как очертания самих знаков приобрели теперь весьма схематический характер, то, как уже говорилось, А. Эванс и назвал этот вид письмен линейной письменностью, выделив более раннюю ступень — линейное письмо А и более позднюю — линейное письмо Б. Как силлабарий А явно ведет свое происхождение из пиктографической письменности [413] , так и более позднее, линейное письмо Б родственно линейному А [414] . Создававшееся в период активного взаимопроникновения ранних греческого и пеласгского языков [415] , линейное письмо А представляет большие трудности для его понимания. До сих пор лингвисты не смогли установить фонетического значения многих из главных 85 слоговых знаков этого письма. Часть силлабограмм находит убедительное объяснение при помощи греческого языка [416] , некоторые знаки получили объяснение в параллелях из индоевропейского языка, на котором говорили лувийцы [417] . Следует помнить, что слоговая письменность А была создана в очень ранний период сложения греческой народности [418] , когда существовали архаические языковые формы, позднее полностью исчезнувшие. К тому же употребление силлабария А на обширной территории — на Крите, других островах [419] и в материковой Греции [420] — должно было породить множество локальных особенностей.