Чтение онлайн

– Конечно, заинтересованы, – торопливо вмешался Элестер. – Мы и будем помогать. Но, бога ради, мистер Монк, чего вы от нас хотите? Совершенно не пред-с-тавляю!

– Может быть, начнем с того, что каждый из вас как можно точнее опишет тот день, когда здесь была мисс Лэттерли, – ответил сыщик. – Это, по крайней мере, поможет уточнить, в какой момент она получила возможность засунуть брошь себе в сумку или добраться до аптечки. – Лишь произнеся эти слова, он понял, что почти выдал себя. Лицо его вспыхнуло, а в груди похолодело.

На минуту над столом повисло молчание.

Элестер, нахмурившись, взглянул на Уну и снова обратился к Уильяму:

– А что заставляет вас думать, мистер Монк, что она проделала то или другое здесь, в доме?

Все взгляды устремились на него. Дейрдра ожидала ответа с любопытством, Айлиш – с волнением, Квинлен – презрительно, Байярд – со сдержанным интересом, а Уна – насмешливо и едва ли не с сочувствием.

Мысль детектива работала с бешеной скоростью. Как выбраться из ловушки, в которую он сам себя загнал? Никакая спасительная ложь не приходила ему в голову. Его собеседники ждали. Необходимо было что-то ответить.

– А вы полагаете, что она действовала спонтанно? – медленно проговорил сыщик. – Но что она сделала сперва – украла брошь или подмешала яд?

Дейрдра вздрогнула, а у Айлиш вырвалось горестное восклицание.

Квинлен с улыбкой обратился к Уильяму:

– После ваших слов моя бестактность выглядит всего лишь милой шуткой.

Миссис Файф закрыла лицо руками, а Байярд бросил на ее мужа ненавидящий взгляд.

– Мне думается, мистер Монк поступает так с определенной целью, а не просто по злобе, – спокойно заметила Дейрдра.

– Безусловно, – согласился сыщик. – Как вы себе представляете случившееся? – Он невольно взглянул на Уну. Хотя главой семьи был Элестер, а хозяйкой дома – Дейрдра, он чувствовал, что именно миссис Макайвор – самый сильный здесь человек и именно она будет теперь играть ту роль, которая прежде, по его представлениям, принадлежала Мэри.

– Я… Должна сознаться, что не думала об этом, – неуверенно проговорила Уна. – Мне не слишком приятно размышлять на эту тему.

– А это в самом деле необходимо, мистер Монк? – Элестер недовольно поморщился. – В таком случае, может быть, мы обсудим это позже в моем кабинете, в отсутствие дам?

Уильям не разделял свойственных джентльмену заблуждений о женской чувствительности. В его памяти с поразительной четкостью ожили встречавшиеся ему в прошлом женщины, чье мужество и выносливость помогли их близким пережить болезни, нищету, лишения, крушение общественного положения и финансовый крах, женщины, которые, стиснув зубы и не моргнув глазом, не сдавались, столкнувшись с любыми слабостями или крайностями человеческой натуры. Перед лицом реальной жизни они оказывались куда менее ранимыми, чем мужчины.

– Я предпочел бы обсудить это вместе с дамами, – криво улыбнувшись главе семейства, сказал детектив. – Опыт подсказывает мне, что они гораздо наблюдательнее – особенно в том, что касается других женщин, – и обладают великолепной памятью. Я нисколько не удивлюсь, если о мисс Лэттерли они вспомнят намного больше, чем, к примеру, вы.

Элестер задумчиво посмотрел на него.

– Пожалуй, вы правы, – признал он после минутного размышления. – Так и поступим. Но не сегодня. Сейчас мне необходимо просмотреть некоторые документы. Не согласитесь ли вы позавтракать с нами в воскресенье после богослужения? За это время вы могли бы провести другие изыскания, которые планируете здесь. Полагаю, вы намерены осмотреть дом? И, конечно, познакомиться с прислугой.

– Благодарю. Вы очень любезны, – согласился Уильям. – С вашего разрешения, я сделаю и то и другое. Может быть, завтра. Мне бы хотелось также побеседовать с семейным врачом. И я с удовольствием принимаю ваше приглашение на воскресенье. Какое время вас устроит?

– Без четверти час, – ответил Элестер. – Ну, а теперь поговорим о чем-нибудь более приятном. Вы бывали прежде в Эдинбурге, мистер Монк?

Сыщик возвратился на Грассмаркет в глубокой задумчивости. Он пытался разобраться в тех отношениях между обитателями дома на Эйнслай-плейс, которые коротко описала ему Эстер, и разглядеть в них нечто большее, чем вполне обычную процветающую буржуазную семью. Совершенно очевидно, что Квинлен и Байярд Макайвор не любят друг друга. За этим может скрываться что-то отвратительное, хотя столь же вероятно, что это всего лишь взаимная антипатия двух людей с одинаковыми недостатками – высокомерных, вспыльчивых и самолюбивых – и одновременно столь непохожих в таких положительных качествах, как чувство юмора или терпимость.

Однако после бессонной ночи в поезде и ошеломляющих событий предыдущего дня Уильям чувствовал себя слишком усталым. Сейчас всякие попытки рассуждать были бесплодными. Он понаблюдает за этими людьми в воскресенье. У него достаточно времени для выработки различных версий. Завтра он начнет со встречи с семейным врачом, чье имя ему назвал Элестер, и с аптекарями. Потом нужно будет заняться другими источниками важной информации: облюбованными мужской прислугой ближайшими к дому общественными заведениями, мальчишками-посыльными, уличными торговцами и подметальщиками – людьми зоркими, а за несколько пенсов и достаточно разговорчивыми.

– Ну да, – неуверенно проговорил врач, глядя на Монка с откровенным подозрением. – Я лечил миссис Фэррелайн. Прекрасная была дама. Но вы, надеюсь, понимаете, что я не могу распространяться на тему ее здоровья?

– Разумеется, – с трудом сдерживая раздражение, кивнул детектив. – Меня интересует только точная дозировка того сердечного лекарства, которое вы ей прописали…

– Зачем? Какое вам до этого дело, мистер Монк? Вы же сказали, что представляете обвинение против этой негодяйки-сиделки, которая ее убила? Я слыхал, она дала ей двойную дозу, разве не так? – Он, прищурившись, взглянул на сыщика.

– Так. – Уильям прилагал все силы, чтобы его голос звучал ровно. – Но в суде это потребуется неопровержимо доказать. Следует предусмотреть все мелочи. Поэтому будьте любезны, доктор Кроуфорд, точно назовите мне прописанную вами дозу. Была ли она такой же, как обычно? И еще скажите, какой аптекарь готовил лекарство?

Схватив перо, медик несколько секунд что-то яростно строчил на клочке бумаги, а потом протянул его Монку:

– Вот, молодой человек. Это – точный рецепт, но воспользоваться им вы не сможете, поскольку я его не подписал. А это – имя и адрес аптекаря, который обычно готовил микстуру. Полагаю, они всегда обращались в одну аптеку.

– Насколько необычно, что двойная доза оказалась смертельной?

– Ничего необычного. Лекарство нужно отмерять очень тщательно. – Врач сделал пальцами жест, демонстрирующий толщину волоса. – Поэтому его и разливают по флакончикам. Одна доза на флакон. Ошибиться невозможно.

Прикинув в уме, стоит ли попытаться выудить из него что-либо о других членах семьи, сыщик пришел к выводу, что этого делать не следует.

Кроуфорд следил за ним настороженным взглядом, одновременно подозрительным и насмешливым.