Грехи волка
Шрифт:
Уильям видел по лицу Эстер, что она понимает это и тоже испытывает сомнения и страх, причем, будучи женщиной, – куда более глубокий страх. Но вместе с тем в ней жило твердое убеждение, что, несмотря ни на что, они вполне доверяют друг другу, и доверие это – слишком давнее и прочное, чтобы что-то могло его нарушить. Связывающее их чувство нельзя было назвать любовью, хотя оно допускало и любовь, и ссоры, и взаимный гнев. Имя этому чувству – истинная дружба.
Монка испугало, что она уже поняла: эта дружба для него дороже всего на свете. Он поспешно отвернулся и опять взглянул в мертвое лицо Уны. Протянув руку, детектив закрыл ей глаза – не из сострадания, а чтобы соблюсти приличия.
– Грехи волка возвратились в свое обиталище, – проговорил он негромко. – Продажность, подлог и страшнейший из всех – предательство.