Чтение онлайн

– Неделя до чего?
– послышался голос.

Пи Джей и Боб повернули головы к двери. На пороге стояла Флора Дэвис с тарелкой свежеиспеченного бананово-орехового хлеба.

– Неделя до чего?
– переспросила она.

Боб, взглянув на Ни Джей, сделал глоток из своей кружки. Объясняться предстояло ей.

– Ни до чего, мама, - отрезала она.
– Тебя это не касается.

– Пока я живу в твоем доме, меня все касается, - заметила мать и, поставив тарелку на стол, вытерла руки о передник.
– Если ты собираешься куда-то поехать, то я должна знать, чтобы успеть собрать твои вещи.

– Мама, прошу тебя...
– начала она, но мать не дала ей договорить.

Усевшись на стул между Ни Джей и Бобом, она продолжала:

– По-моему, это просто замечательная идея. Тебе давно пора развеяться. Так куда ты собираешься?

Пи Джей с негодованием глянула на Боба. "Господи, ну кто его просил орать на всю квартиру!
– сердито подумала она.
– Почему он хотел, чтобы мать что-то заподозрила? Сам он явно не хотел, чтобы я поехала на встречу.

Может быть, он специально подстроил? Сообразил, что если мать узнает, то непременно закатит скандал, а вдвоем они сумеют меня отговорить".

– Никуда, мама, - ответила она.
– Я никуда не собираюсь.

Боб взял с тарелки кусок теплого хлеба и отщипнул маленький кусочек. Флора внимательно взглянула на Пи Джей. Та, в свою очередь, не сводила глаз со своей кружки.

– Ну, извини, я только хотела помочь, - обиженно проговорила она.

– Мама, не сердись, - попросила Пи Джей.

– Я не сержусь.

– Нет, сердишься! Ты вечно изображаешь из себя обиженную! Может, папа и мирился с этим, но я не собираюсь.

Поджав губы, Флора взяла с тарелки кусочек хлеба, намазанного маслом, откусила и принялась жевать, глядя прямо перед собой. Потом положила хлеб на стол, взяла лежавшую на коленях салфетку и вытерла губы.

Пи Джей не выдержала и, оттолкнув от себя кружку, в сердцах закричала:

– Черт подери, мама! Ну хорошо! Если хочешь знать, Боб спрашивал, поеду ли я в следующую субботу на встречу. На встречу со своим сыном!
– Она прихлопнула ладонью по столу.
– Ты слышишь, мама! С моим сыном!

Помнишь его?

Флора, отодвинув стул, встала. Положив салфетку на стол, она взяла свою кружку с кофе и, не проронив ни слова, ушла на кухню.

Пи Джей, наклонив голову, провела рукой по своим редеющим волосам.

– Ну что, добился своего?
– бросила она Бобу.

– Я не заставлял тебя ничего ей говорить, - отозвался тот.
– Но может, это и к лучшему, нужно же вам когда-то поговорить друг с другом начистоту, а то замкнулись каждая в себе...

Пи Джей вскочила, не дослушав.

– Я еду в больницу.

– Подожди секундочку.

Боб поспешно сунул в рот оставшийся кусочек ароматного хлеба и запил его кофе.

– Нет, - бросила Пи Джей.
– Сегодня я еду одна.

– Пи Джей...

Но она уже выбежала за дверь.

***

Она сидела на холодном стуле в процедурной и смотрела, как из капельницы медленно-медленно капает лекарство и, стекая по трубке, попадает через иглу в руку.

– Скоро закончим, - сказала медсестра, одарив ее деревянной улыбкой.

– На сегодня, - уточнила Пи Джей.

Еще одна неделя неприятных процедур закончилась, и она была этому рада. Однако домой идти не было никакого желания; там ее ждала мать, по-прежнему упрямая и несгибаемая. Они, естественно, не станут разговаривать ни о встрече, ни о сыне. Уж в чем, в чем, а в этом Пи Джей могла быть абсолютно уверена. Мать, как и двадцать лет назад, была убеждена, что о прошедшем лучше всего забыть, как она сама забыла о своем ребенке, которого отдала куда-то на воспитание.

Неужели мать ни разу не вспомнила о нем? А она сама?

Думала когда-нибудь о своем сыне? Разве что в последние несколько недель... Будто раньше ей кто-то запрещал о нем думать, а теперь запрет сняли. Думай, если желаешь.

Но самого главного Пи Джей еще не решила - ехать на встречу или нет, знала лишь одно - нужно наконец решить, и чем скорее, тем лучше, времени осталось мало.

– Ну вот и все, - проговорила медсестра и, сняв со штатива капельницу, медленно вытащила иголку из руки Пи Джей.

Боль была терпимой, Пи Джей стала к ней привыкать.

– В следующий раз дадите мне другую руку, - сказала медсестра.

– Жду не дождусь следующего раза, - улыбнулась Пи Джей.
– Ну, до понедельника.

Быстро накинув кофту и заправив ее в джинсы, она схватила спортивную курточку, вышла из комнаты.

В коридоре Пи Джей бессильно прислонилась к стене, "Еще одна неделя прошла", - подумала она. И, поправив на голове берет, медленно пошла по коридору восьмого этажа. Дойдя до лифта, нажала на кнопку вызова и принялась читать надписи на указателе расположения отделений.

Внезапно ей бросилось в глаза: "Родильное отделение. 6 этаж".

Пи Джей не могла оторвать глаз от этой надписи. Подошел лифт, двери распахнулись, она вошла в кабинку и нажала на кнопку первого этажа. Но едва закрылись двери и лифт начал спускаться вниз, как Пи Джей передумала и поспешно нажала на другую кнопку, лифт повез ее наверх, на шестой этаж.

***

Пи Джей не представляла, что увидит здесь. Она медленно шла по длинному коридору, сердце билось ровно, настолько, что даже чувствовалось легкое головокружение.

За спиной послышался какой-то грохот и приглушенный детский плач. Пи Джей остановилась и обернулась.

К ней приближалась медсестра, толкая перед собой каталку в виде столика на колесиках, накрытого стеклянным колпаком.

– Простите, но мы очень спешим, - проговорила она.
– Едем в детскую.

Под стеклянным колпаком лежал крошечный младенец, завернутый в маленькое голубое одеяльце. Глазки его были закрыты, красное личико сморщено, темные шелковистые волосики взъерошены. Пи Джей затаила дыхание.