Чтение онлайн

— Хочешь кофе, детка? — спрашивает он, целуя меня в макушку.

После согласия у меня не осталось выбора, кроме как найти место и встретиться лицом к лицу с Джианной.

— Доброе утро, — шепчу я, все еще смущенная тем, что она сидела здесь и ждала, пока мы... Господи Иисусе.

— Доброе утро, милая. Когда нам со Стефаносом было по семнадцать, он пригласил меня на самый романтичный пикник, — говорит она, повергая меня в смятение. — Все было прекрасно, пока не спустились тучи и не начался один из самых сильных ливней, которые я только могу вспомнить.

— Он отвез нас к своим родителям и заехал в гараж. Как только шум дождя утих, он отодвинул кресло и затащил меня к себе на колени.

— Мама, — простонал Алекс из кухни.

— О, тише, мальчик. Мы промокли насквозь, а машина давно распарилась изнутри, и это помогло нам забыть, где мы находимся. Реальность быстро рухнула, когда его мать постучала в окно, давая нам понять, что ей известно о нашем возвращении домой и что она прекрасно знает, чем мы занимаемся.

— По сей день я не знаю, насколько сильно эти запотевшие окна скрывали нас от ее глаз. Знаю только, что с нашей стороны ее лицо было довольно четким.

— Если ты скажешь, что именно в эту ночь мы с Ди были зачаты, мне конец, — предупреждает Алекс.

Джианна смеется.

— Нет. Это была не та ночь. В ту ночь мы...

— Вот и закончилось время рассказа, большое спасибо, — объявляет Алекс, ставя перед Джианной свежий кофе. — Ты сделала что-нибудь полезное, например, принесла завтрак?

— Завтрак? Сейчас время обеда, Александр.

— Я выздоравливаю, и мне можно поспать.

— О, значит, вам двоим удалось поспать.

— Ты здесь, чтобы причинить мне боль или смутить мою девочку?

— Я здесь ни для того, ни для другого, — говорит она с улыбкой.

— Меня не обманешь, — бормочет Алекс, возвращаясь на кухню за кофе.

— Как ты себя чувствуешь? — спрашивает его Джианна. — Вижу, ты не последовал моему совету не мочить их, — говорит она, глядя на промокшие бинты, покрывающие большую часть его рук.

— Когда это я следовал правилам?

Она покачала головой, глядя на него с любовью в глазах.

— Иви переезжает, — сообщает он ей.

— Ты так говоришь, как будто я этого не заметила, — огрызается она, и я клянусь, что ее взгляд падает на мою левую руку.

— Пока нет, — говорит Алекс, явно видя то же самое. — Но я это сделаю, — обещает он, заставляя меня замереть.

— Вы двое пытаетесь состарить меня раньше времени? Я еще не настолько стара, чтобы быть матерью жениха или бабушкой.

— Тогда, наверное, хорошо, что тебе придется какое-то время беспокоиться только об одном из этого, бабушка.

— Пфф, я не бабушка, и ты это знаешь.

— Бабушка? Нанна? — поддразнивает он.

— Что ты говорил раньше о том, что я пришла сюда, чтобы причинить тебе боль? — мрачно спросила она.

— Может, покончим с этим, пока я не дал тебе больше патронов? — спрашивает Алекс, отталкиваясь от края дивана, на котором я сижу.

— Посмотрим, сколько вреда ты нанес, — говорит она, поднимаясь на ноги и жестом указывая на спальню.

— Иви, если я закричу, звони в социальную службу.

— Тебе восемнадцать, парень. Им уже все равно, — предупреждает Джианна, хватая свою сумку и уходя вперед.

— Удачи, — говорю я, принимая его поцелуй, прежде чем он исчезает.

Я потягиваю кофе, пока их голоса доносятся до меня, и не могу не улыбнуться, когда они продолжают дразнить друг друга.

В душе был момент, когда я подумала, что Алекс проиграет борьбу со своей неуверенностью о своих руках.

Я не могу представить, что он чувствует. Он почти не видел повреждений под повязками. В большинстве случаев, когда Джианна меняла их, он был в отключке. Я уверена, что она делала это ради его блага, зная о его страхах.

— Иви, помоги мне, — смеясь, зовет он.

Не в силах сидеть и просто слушать, я беру свою кружку и иду в сторону спальни.

— О, мама обижает моего малыша? — Дразнюсь я, упираясь бедром в дверную раму, наблюдая за ними.

Алекс сидит на краю кровати, Джианна стоит на одном колене рядом с ним и осматривает его порезы.

— Она злая.

— Ты еще ребенок, Александр. Если бы это был Деймон, он бы не издал ни звука.

— Ты к нему добрее.

Джианна закатывает глаза.

Алекс улыбается мне, а затем смотрит на рану, на которой сосредоточилась Джианна. Мой взгляд следует за ним, и я с трудом сглатываю при виде красных следов на его руках. Они выглядят лучше, намного лучше, чем в последний раз, когда я их видела.

Они могут быть яркими и служить постоянным напоминанием о том, через что ему пришлось пройти, но они не уродливы. Единственное, что я вижу, когда смотрю на них, - это его силу. Я помню, как он смотрел на меня, как ярко горел огонь в его глазах, как он хотел спасти меня, защитить меня. Если я и сомневалась в его чувствах ко мне, то в те моменты это было ясно как день. Он бы уничтожил весь мир ради меня, если бы это было необходимо для моей безопасности. Он и сейчас так делает. Остается только надеяться, что у него больше не будет повода даже подумать об этом.

— Ты уже передумала? — обеспокоенно спросил он.

— Вымой рот с мылом, Александр Стефанос Деймос. Чтобы отвратить меня, потребуется нечто большее, чем доказательства твоей силы, — свирепо говорю я.

— Послушай свою девушку. Шрамы - это круто. Правда, Иви?

— Ради всего святого, не начинай рассказывать мне о том, что у папы есть что-то, что ты проследила языком или еще какое-то дерьмо.

Джианна качает головой.

— С тобой не весело.

— А тебе нужен новый парень. Ты слишком долго вспоминаешь свою молодость. Любой подумает, что ты больше не веселишься.

— О, у меня полно развлечений. На самом деле, у меня было свидание около месяца назад, и он...

Позади меня захлопывается входная дверь, шаги приближаются.

— Спасибо, черт возьми, за это, — бормочет Алекс, прежде чем Деймон и Калли появляются в гостиной.

— Ди, тащи свою задницу сюда. Если мне придется выслушивать рассказы о маминой личной жизни, то и тебе тоже, — призывает Алекс.

То, как искажается лицо Деймона, заставляет меня смеяться.

— О, Джианна, расскажи нам все грязные подробности, — хихикает Калли.