Чтение онлайн

Изабель искоса взглянула на Арран.

– Пусть мама расскажет, если ей хочется.

Элизабет перевела взгляд с Арран на Изабель.

– О чем я должна рассказать? Не понимаю.

Изабель вздохнула, неловко поерзала на стуле, не зная, как начать.

– Но ты же сама говорила, что хочешь нам что-то рассказать.

Элизабет чуть склонила голову на одну сторону и стала похожа на птицу.

– Но если не хочешь, можешь не говорить, мама, потому что мы уже знаем.

В глазах Элизабет промелькнуло что-то незнакомое.

Потом выражение ее лица снова изменилось. Теперь она смотрела на дочь с неподдельным удивлением.

– Вы не можете этого знать... Мы были очень осторожны...

– Но, мама, разве ты не помнишь? Отец ведь сам мне сказал.

Элизабет все так же удивленно смотрела на нее.

– Вспомни же, мама. Я приехала к вам. Мы сидели за чаем. Я показывала вам фотографии детей, и он сказал мне.., что он.., душевнобольной. Ты ведь при этом присутствовала, мама. Ты тоже это слышала.

Элизабет раздраженно покачала головой:

– Он просто не понимал, что говорит.

Изабель откинула волосы со лба.

– И Кристиан тоже об этом знает. Она когда-то случайно услышала ваш разговор с отцом. Арран давно догадалась, потому что они с отцом были ближе, чем мы.

– Да, - холодно заметила Элизабет, - вот это правда.

Она обернулась к Изабель, сердито глядя на нее.

– Я тебя не понимаю. О чем ты говоришь? Ты что, сказала сестрам, что ваш отец сумасшедший?

Растерянная Изабель молча смотрела на нее.

– Это же не правда. Какая-то дикая ложь. Да, я не буду от вас скрывать, однажды ваш отец попал в клинику для душевнобольных. Но потом он поправился. Вылечился полностью. Мой муж не был сумасшедшим!

Из-за ограды послышался женский голос:

– Ну давай же, Кэролайн, плыви к мамочке.

Кристиан подумала, что обязательно научит своего ребенка плавать. Представила себе маленькое загорелое тельце в воде, потом вспомнила о том, что Лудо этого не увидит, не улыбнется, глядя на барахтающегося в воде малыша. Ей захотелось плакать.

– Иногда он терял представление о том, где находится и что происходит вокруг, - продолжала Элизабет.
– Иногда мог потерять контроль над собой. После операции психика его стала не совсем устойчивой. Когда у него вынимали шрапнель из мозга, пришлось перерезать какие-то нервы.

– Мама, - заговорила Арран, - хватит притворяться. Ты что, не понимаешь? В этом больше нет необходимости.

Кристиан молчала, поглощенная своими печальными мыслями. Раньше она думала о будущем ребенке как о драгоценном талисмане, который поможет ей удержать Лудо.., спасет их обоих. Теперь спасать больше нечего.

И более того, вернулись все старые страхи. Да, она тоже душевнобольная, как и отец. Она не имеет права подвергать риску ребенка. Душевная болезнь может передаться и ему. Что же ей теперь делать?.. У нее появилось желание уйти отсюда, уползти куда-нибудь в темноту и заснуть вечным сном.

За оградой снова раздался женский голос:

– Вот моя умница! Молодец!

Потом послышались еще какие-то ласковые слова и громкий всплеск.

Кристиан почувствовала дурноту.

Мать тем временем совсем вышла из себя, доказывая, что их отец не был сумасшедшим, и требуя от Изабель и Арран, чтобы они в это поверили.

В конце концов заговорила Арран со своей неумолимой логикой:

– Ну хорошо, тогда скажи, почему мы все время переезжали с места на место? Почему ты постоянно придумывала для этого всякие оправдания? Почему ты никогда не позволяла нам заводить друзей? Потому, что отец был болен и ты не хотела, чтобы об этом узнали, так ведь?

Наступило долгое молчание.

– Нет, - произнесла наконец Элизабет.
– Никто не мог такое сказать, потому что он никогда не был сумасшедшим. И с вашей стороны нехорошо так говорить об отце.

Сестры молча переглядывались. Оставим это, взглядом показала Изабель, все равно это ничего не даст.

В глазах Элизабет внезапно зажегся воинственный огонек. Она поджала губы.

– Ты права, мама, - примирительно произнесла Арран.
– Не будем больше об этом говорить. Теперь это уже не имеет значения.

Изабель решила прийти на помощь сестре, однако, как всегда, только ухудшила дело.

– Конечно, он слишком много пил. Может быть, это тоже повлияло...

За этим последовал неожиданный взрыв. Элизабет вскочила на ноги, побагровев от ярости:

– Ты что такое говоришь! Что мой муж был пьяницей? ! Алкоголиком?!

Изабель в страхе съежилась на стуле.

– О Господи! Да нет же, мама.

– Да как ты смеешь!
– Элизабет с силой размахнулась и отвесила Изабель звонкую пощечину. На щеке остался красный след.

Изабель в шоке смотрела на мать.

– Как ты посмела!
– Элизабет, казалось, приготовилась ударить ее еще раз, но в этот момент Арран подскочила к матери и схватила ее за плечи.

Элизабет содрогнулась и упала обратно на стул. Казалось, ее угловатое тело сейчас распадется на части. Она подалась вперед, закрыла лицо руками и зарыдала, покачиваясь то назад, то вперед.

– Не могу я больше этого слышать. Не буду больше слушать ваши выдумки про отца. Он не был ни душевнобольным, ни пьяницей.
– Она вскинула голову, с яростью глядя на дочерей.
– Вижу, вы мне не верите.

Повисла напряженная тишина.

– Ну почему же, мама...
– произнесла наконец Арран.
– Мы тебе верим.

Однако она опоздала.

– Ну хорошо же! Хоть я и обещала ему, что никогда никому не скажу.., что унесу его тайну с собой в могилу... но я не могу больше слышать эту гнусную ложь. Я вам сейчас все расскажу.

В напряженном выжидательном молчании под каштаном разорвалась первая бомба:

– Вы правильно догадались, Джордж не воевал и не был ранен на войне. Но и сумасшедшим он тоже не был.

Ни сумасшедшим, ни пьяницей.
– Элизабет понизила голос до шепота.
– Он стал наркоманом.

Кристиан безудержно расхохоталась, сжав руки в кулаки. Смеялась до слез. Они катились по ее щекам, а она никак не могла остановиться.

– Конечно, это была не его вина, - тусклым голосом продолжала Элизабет.
– Это они сделали его таким.