Чтение онлайн

— Уж кому-кому, а тебе я не служанка, — сообщила ей.

— Это пока, — она устроилась поудобнее и распорядилась: — Мальчики, сбегайте, поплавайте в бассейн.

Иму просить дважды не пришлось. Ванька вопросительно посмотрел на меня, дождался, когда я кивну в знак согласия, поднялся и побежал вслед за другом.

— Как ты вообще смеешь меня осуждать? — продолжила гостья, когда дети отошли подальше.

— Я не осуждаю. В конце концов, твоя жизнь это твое личное дело, — я пожала плечами.

— А ты забавная. Хочешь послушать о любви? Пожалуй, тебе я могу рассказать. Моя мать отдала меня нянькам сразу после моего рождения. Я почти ее не знала. Когда она вызывала меня к себе, я каждый раз боялась, что не узнаю ее. Мой отец любил меня. Еще бы, я ведь единственная дочь. У меня было все. Я училась в самых лучших учебных заведениях Швейцарии и Великобритании. Папочка мной очень гордился. А потом он меня продал.

— Продал? — не поняла я.

— Ну да, в жены, — пояснила Аданна. — Своему другу и соратнику. Мой муж был старше меня на тридцать лет. Рассказать тебе, что делал с шестнадцатилетней девственницей этот боров? Что и куда он мне засовывал? Как имел меня во все, что можно и нельзя?

— Не надо, — быстро ответила, опасаясь, что гостья пуститься в подробности.

Как-то я не готова выслушивать ее интимные тайны.

— А знаешь, что самое забавное? — она снова улыбнулась. — Поначалу мне было страшно и больно. Но у меня был очень опытный муж. Он сделал так, что секс мне понравился. Очень понравился. Ты же, наверное, слышала о темпераменте африканок? Так вот, все, что о нас говорят, это правда. Во всяком случае, я именно такая. И мой муж меня удовлетворял. Ты даже представить не можешь, как он это делал.

— А давай без подробностей, — попросила я.

— Ты еще и ханжа, — сказала гостья снисходительно. — Ну да ладно, без подробностей, так без подробностей. Спустя четыре года я забеременела. Мой муж решил, что я достаточно созрела для того, что бы стать матерью.

— Ты родила Иму?

— Да. Я родила ребенка — альбиноса. Я принесла в семью мужа проклятие. Его родители готовы были меня уничтожить, но он запретил меня трогать. А спустя неделю после родов, мне сообщили, что мой сын умер.

— Как умер?

— Обыкновенно.

— Подожди, так ты была уверена, что Иму нет в живых? — догадалась я. — Как долго?

— Долго. Я узнала о том, что ребенок жив, после смерти мужа.

— Твой муж умер?

— Да, — ответила она с гордостью.

— Уж не хочешь ли ты сказать….

— Нет, — перебила меня Аданна, — к его смерти я не причастна. Он просто перестарался с возбуждающими средствами.

— У него были проблемы?

— После того, как я восстановилась, он решил завести еще детей. Я не хотела. Рождение ребенка — альбиноса это генетический сбой. Я не готова была рискнуть еще раз.

— И что же ты сделала?

— Да ничего особенного. Просто стала подкармливать дорогого супруга разными травками, убивающими мужскую силу. Он ничего не мог. Но очень хотел. Если уж не заниматься сексом, то хотя бы смотреть на секс. И он нашел выход. Стал подкладывать меня под других мужчин. И смотреть, как меня имеют.

— И ты согласилась на такое?

Она посмотрела на меня с жалостью, как на неразумное дитя.

— Глупая белая мышка, ты живешь в совершенно ином мире. У нас здесь все по-другому. Я пробовала обратиться к родителям, но они не захотели меня слушать. А когда я сказала мужу, что не буду этим заниматься, он запер меня и неделю не кормил. Ты знаешь, как это: голодать целых семь дней? И я подумала, что секс это еще не самое страшное. Тем более что те мужчины, которых мой муж приводил ко мне, старались быть нежными и доставляли мне удовольствие. А этот жирный боров все смотрел, смотрел и никак не мог насмотреться. Потом ему в голову пришла мысль пить возбуждающие средства. Он ведь был не старый, всего пятьдесят лет. Но они не действовали! Еще бы, я исправно подливала настои ему в утренний чай. Никакой мужской силы! И однажды он переборщил, принял очень большую дозу. Сердечко не выдержало, и я осталась вдовой. Прекрасный финал!

Я смотрела на Аданну во все глаза. Господи, это все неправда. Такого не бывает. Мы живем в двадцать первом веке, сейчас отцы не продают дочерей, мужья не насилуют жен, а те их не травят. Хотя. Что мы можем знать о том, что твориться за закрытыми дверьми спален?

— Как ты узнала, что твой сын жив?

— Отец сказал. После торжественных похорон позвал к себе и рассказал, что ребенок жив и находится в лагере для детей — альбиносов в другой стране.

— А ты?

— Я? Ты что, правда, думаешь, что я какой-то монстр? — Аданна пристально посмотрела на меня. — А ведь действительно думаешь. Чистенькая мышка. Какой бы он ни был, это мой сын. И я захотела его забрать. Но отец был против. Пришлось договариваться.

— Его ты тоже поила травками?

— Осуждаешь? Да кто ты такая?

— Не осуждаю, — сказала я правду. — Как я могу тебя осуждать? Ты ведь права, я живу в совершенно другом мире.

— Отца пришлось долго уговаривать. В итоге мы пришли к соглашению. Он мне сказал, где живет Иму, я пообещала быть хорошей дочерью и оказывать ему некоторую поддержку. Потом он нашел Африканца. Дальше ты знаешь.

— Зачем ты отдала ребенка Африканцу? — не могла не спросить я.

Аданна грустно усмехнулась

— Я так ждала его, так мечтала о встрече, — ответила она задумчиво. — Представляла себе, как мы будем жить вместе. Не здесь, тут для Иму жизни не будет. Я сразу поняла, что его нужно отправлять в Европу. Но я бы поехала с ним. Или, если отец был бы против моего переезда, приезжала так часто, как могла.

— Надо думать, твои планы поменялись?

— Я не люблю своего сына, — прямо ответила Аданна. — И не знаю, смогу ли полюбить. Я смотрю на него и вижу совершенно чужого мне ребенка. И никаких эмоций он во мне не вызывает. Иму это понял сразу, я чуть позже. Поэтому решила, что до отъезда мальчик поживет у Африканца, тем более что Иван почти ровесник Иму. Зачем мучить ребенка и мучиться самой? Так что не смей осуждать меня, воспитательница.

Мне нечего было ей ответить. Я посмотрела на бассейн, где резвились мальчики, на Александра, сидящего у бортика и наблюдающего за детскими играми. Как я могу осуждать эту женщину? Да, она мне категорически не нравится. Но что я знаю о ней? И какое право имею ее судить?

— Ты еще поплачь, — сказала Аданна насмешливо.

И эта фраза разом перечеркнула появившиеся было добрые чувства к ней.

— Ты зачем мне все это рассказала? — спросила прямо.

— Не знаю, — ответила она беззаботно. — Захотелось. Я никому об этом не рассказывала, ты первая. Так что цени, белая мышка.

Она поднялась и пошла в сторону бассейна.

— И кстати, — кинула через плечо, — я подумываю выйти замуж за твоего хозяина.

— Папа, — услышал за спиной Африканец, — у меня к тебе серьезный разговор.

— Тогда пойдем в кабинет, — предложил сыну, — если разговор действительно серьезный.

Ванька кивнул в подтверждение своих слов.

Пашка пропустил сына вперед и стал подниматься за ним по лестнице. И когда он только успел вырасти? Еще совсем недавно ползал по ковру, мочил подгузники и радостно пускал слюни при виде папы. А сейчас вот уже, пожалуйста, «серьезный разговор».