Грешный брак 2
Шрифт:
Глава 13. Герцог
Мне кажется, я сошел с ума.
Не знаю, что мною движет.
В нашем герцогстве казнили и за меньшее.
Проклятые Шепарды. Из-за них чуть не случилось непоправимое. Испокон веков на этих землях сосуществовали люди и оборотни. Делили один лес. И сегодня все чуть не рухнуло из-за какой-то девчонки. Девочки, которая сейчас стоит напротив меня, смотрит мне в глаза и ждет, что я ей скажу.
Когда-то отец научил меня играть в шахматы. До этого я переворачивал доску, если у меня что-то не получалось. Отец однажды поднял фигурку, отряхнул ее и сказал “Быть герцогом - это не переворачивать доску во время переговоров. Это умение прежде всего оценить ситуацию. Твоя задача допустить как можно меньше жертв".
Пока мы стояли, я успел просчитать до двадцати ходов. И при любых раскладах были потери. Сигурд тоже это понимал, поэтому старался действовать осторожно.
В какой-то момент, я чуть было не дернулся, но меня остановил Рион. Он тоже, видимо, играл в шахматы, поэтому глазами показал на Тесс.
Страшно было то, что при любых раскладах умирала Тесс. Первой. И сразу.
Аспен это тоже понимал и смотрел на меня с мольбой.
Это было так унизительно стоять, скрипеть зубами, понимая, что ничего не можешь сделать. Любое слово, любой жест тут обернется кровью на снегу.
Для меня это равносильно тому, чтобы встать на колени и просить: “Не тронь ее! Я сделаю все, что ты скажешь, но ты не тронешь ее”. И Сигурд это прекрасно понимал. А я прекрасно понимал, что они пришли ее казнить.
Хотелось сгрести ее. Сжать до боли в руках. Хоть я и понимал, что претензии оборотней обоснованы. И на месте Сигурда я бы поступил так же. Но, отдать должное, он пришел не убивать.
И сейчас я смотрел на ее бледное лицо, растрепанные волосы, видел, как вздымается ее грудь под накинутой на плечи шалью. Сквозь тонкую ткань ночной сорочки, при движении просвечивалось ее тело.
– Эрцилия Шепард, - произнес я, видя, как меняется ее взгляд - За то, что ты сделала, я обязан предать тебя суду, но вместо этого.
По хорошему бы ее бросить в темницу, скрипнуть решеткой и предать суду. Но я держу руку в кармане и сжимаю помолвочное кольцо.
Я не ожидал от себя такой грубости, когда схватил ее за руку. Так же грубо, не давая ей шанса опомниться, я надел ей на палец то самое кольцо. Магия вспыхнула, осветив темную кладовую и изумленно лицо побледневшей Эрцилии.
Она попыталась что-то сказать, глядя на огромный бриллиант. Я видел, как она пытается его снять. И почувствовал, как кривая улыбка дергает уголок моих губ.
Даже не пытайся.
Эрцилия пыталась стащить кольцо с пальца, а потом посмотрела на меня с возмущением.
– Зачем вы надо мной издеваетесь?
– со злостью произнесла она.
– Я вам не нравлюсь, вы ведете себя так, словно я вам глубоко противна! И при этом настаиваете на этом браке!
Противна, значит?
Мне дико захотелось поцеловать ее. Не смотря на все ее возражения. Я хочу, чтобы она почувствовала, что со мной пререкаться не стоит.
При мысли о том, как я вжимаю ее в себя. Целую ее. Сминаю ее тело, накрывая своим, внутри все напряглось.
Я сейчас тебе покажу, что значит “противна”. Сердце начинало стучать чаще.
Если бы не “толстые мыши", я бы взял бы ее прямо здесь. Разорвал бы ее рубашку, содрал бы с плеч шаль, впился губами в ее губы, запустил бы руку в ее волосы Что бы она знала, свое место. Знала, кто она, и чья она.
Я хочу, чтобы она выбросила из головы всех других мужчин. Чтобы был только я.
Тот, кто стоял на моральных коленях, чтобы, сохранить ей жизнь.
А может, действительно так и поступить? Конечно, это не по джентельменски. Но тогда она точно никуда не денется от меня.
И свадьба будет.
В первую брачную ночь я по старой традиции порежу руку.
Я вспомнил Донну, которая поглаживала свой живот.
Я хочу, чтобы она делала так же. Чтобы сидела у меня на коленях, неуклюжая, нежная и заставляла задыхаться от мысли, что внутри нее растет мой ребенок.
Я сделал шаг к ней, резко притянув ее к себе. В ее удивленно - испуганных глазах, я прочитал: “Что ты делаешь?”
Что я делаю?
Сейчас узнаешь.
Глава 14. Герцог
Нет.
Я отшатнулся от нее. Выпустил девушку из рук. Словно оттолкнул. Но я оттолкнул себя от мысли, что могу вот так вот просто взять, пользуясь своей властью, и переступить черту.
Осуждать меня не будут. Я уверен, что дальше дома это все не выйдет. Да даже если и выйдет. Что? Я же женюсь на ней.
Я глубоко вздохнул. Сейчас, в полумраке она казалась такой притягательной, мистической, завораживающей.
Быть может дело в этой темной кладовке? А я привык к красивым комнатам, уютному камину, роскоши и…
О. боги!
Я закрыл себе рот рукой, тяжело дыша.
Я ведь мог бы сделать то, что я хочу и не понести никакого порицания или наказания.
Слово Шепардов против слова герцога... Но нет я так не хочу. Это будет неправильно.
Эрцилия бросила на меня взгляд.
Проклятье! Еще раз проклятье!
И никаких подарки, никакие украшения, никакая забота не способны будут стереть из ее памяти мой необузданный порыв страсти.
Нельзя так с ней. Я ведь джентльмен. Мне плевать, что скажет общество. Я потом сам себя не прощу.
Я должен оставить ей выбор.
Но я не хочу его оставлять.
Я сделал шаг назад, понимая, что только что чуть не переступил черту. Стиснув зубы, я постарался вернуть себе самообладание.
Я скользил взглядом по ее губам. Смотрел на бледность кожи. На темные волосы.
Я хочу, чтобы это все было моим.
А я ведь категорически не хотел на ней жениться. Упирался до последнего.
– Зачем тебе некрасивая невеста?
– прошептала она, положив руку поверх помолвочного кольца.
– В нашем герцогстве много по-настоящему красивых девушек, и Эрцилия насторожилась. Я протянул к ней руку. Ее взгляд внимательно следил за моими пальцами.
Моя рука коснулась ее волос. Я поднял прядь, видя, как девушка скосила глаза и сделала глубокий вдох.
Как говорил Аспен. Она должна быть красивой для меня.