Чтение онлайн

— У него нет таких полномочий…

Она меня резко оборвала.

— Дать разрешение на обыск есть. А обвинения можно предъявить, если застанете колдунью в действии, даже без разрешения высшего сановника. Церковные изложения, параграф 37. Ну почему вы такой бестолковый!

На следующее утро я нервно топтался в приемной кардинала. События прошлой ночи развивались настолько стремительно под чутким руководством этой безумной пройдохи, что мне оставалось только уповать на то, что она знает, что делает. Лидия еще вдобавок решила, что вором будет ни кто иной, как Серый Ангел. Даже по памяти скопировала записку и рисунок-подпись на ней. Мне пришлось выслушивать гадости от капитана Лунтико, который фальшиво сокрушался тому факту, что Святая Инквизиция не смогла задержать одного единственного воришку на месте преступления, получив по морде в моем лице. К счастью, отца Георга не стали допрашивать, он заперся у себя, сославшись больным. Показания давали я и Лидия, но в основном она. В деталях обрисовала страшную картину разгрома, которую мы застали, бедного связанного отца Георга, мое мужество, когда я дрался с вором, и все это, с охами, ахами, причитаниями и полуобмороками. Капитан очень быстро утомился от нее, и нас отпустили восвояси. Она решила переночевать в церкви, под предлогом ухода за бедным стариком, пережившим тяжелое потрясение, а на самом деле полночи инструктировала и натаскивала меня на предстоящий разговор. И теперь я нервничал более обычного, ведь если я напортачу, как она изволила выразиться, второго шанса не будет, и даже она! нет, ну подумайте, что за наглость! не сможет помочь.

Кардинал Ветре сидел за столом так ровно, словно проглотил палку.

— Господин кардинал, — я почтительно склонил перед ним голову.

— С чем пожаловали? — он был холоден более обычного.

— Вы поручили мне расследование по делу вора из поместья бургомистра. Вчера произошло новое ограбление, церковь…

— Я уже наслышан о ваших подвигах! — это было сказано резко и осуждающе. — Почему вы не смогли задержать вора?

Я сглотнул. Ее инструкции были довольно четкими, но все же я колебался.

— Со мной была… эта бесстыжая девица Хризштайн. Я опасался за ее жизнь, у вора был кинжал, поэтому… — я склонил голову еще ниже, не поднимая глаз, боясь себя выдать. Из меня все-таки был никудышный лжец.

— Опять эта девка! — кардиналу изменило его привычное ледяное спокойствие.

— И, тем не менее, вчерашнее ограбление дало мне некоторые зацепки. — Я глубоко вздохнул, а потом вдруг неожиданно представил на своем месте Лидию, и как бы она вела себя. — Я прошу у вас разрешение на дознание, поскольку есть обоснованные подозрения, что в деле присутствует колдовство.

— Неужели? — кардинал задумался. — Почему вы так решили?

— Я полагаю, что для проникновения в поместье было использовано колдовство, стражникам отвели глаза. Кроме того…

Кардинал вскинулся.

— Вполне может быть! Но ведь выдать разрешение по делу о колдовстве может только епископат Святой Инквизиции?

— Дело в том, что письмо с полномочиями от епископа было вчера украдено. Возможно даже, что именно оно было целью вора. Я так и не смог его распечатать… А новый ответ от епископа придет нескоро… Вы можете дать разрешение на обычный обыск. А большего мне не надо.

Я протянул ему приготовленные бумаги, которые требовали его подписи. По затылку стекла тонкая струйка пота, неприятно охладив шею.

— Кроме того, это хорошая возможность перехватить инициативу у громадского сыска.

Кардинал с сомнением взял протянутые документы. Если он начнет вчитываться, то непременно увидит имя помчицы, и тогда все пропало. Кардинал стал перелистывать бумаги. Я затаил дыхание, потом бросился в омут головой:

— Кардинал Ветре, эта навязчивая девица интересовалась помчицей Малко.

Кардинал едва заметно вздрогнул и оторвался от бумаг.

— Что она хотела?

— Она почему-то интересовалась земельным делами. Я так и не понял, что-то связанное с землей города, возле Академии.

— Зараза, — кардинал стиснул руки в кулаках.

— Прошу вас, подпишите скорей, чтобы я смог наконец избавиться от нее и от капитана Лунтико. Мне кажется, он симпатизирует ей и возможно… — я чувствовал себя премерзко, ложь громоздилась на ложь и ею погоняла.

— Я вас понял. — Кардинал решительно взял последнюю страницу и поставил размашистую подпись. — Действуйте. Надеюсь, когда я способствовал вашему назначению в этот город, я не ошибся. Не подведите меня. Чтобы даже духу этой девицы не было в наших делах.

Я склонил голову в прощальном благодарном поклоне, сдерживая вздох облегчения и чувствуя, как рубашка липнет к телу.

Не мешкая, я отправил гонца с документами в монастырь святого Тимофея, который располагался недалеко от города. Задействовать при обыске городских стражников у меня не было полномочий, поэтому придется обойтись силами братьев. Боевой орден братьев монастыря должен был выделить мне пятерку послушников, которые тут же отправятся в поместье помчицы Малко. У меня в распоряжении еще было время, зная неторопливость братьев и их магистра, поэтому я решил заехать домой, переодеться в официальную мантию, а потом еще заглянуть к отцу Георгу. Мне было совестно перед стариком из-за того, что втянул его в это дело.

Отец Георг был бледен и подавлен. Я склонился перед ним на колено:

— Простите меня, отец Георг. Из-за меня вам пришлось лгать и еще терпеть эту нахалку у себя в обители…

Он погладил меня по голове таким знакомым отеческим жестом, что у меня защипало в носу:

— Мальчик мой, я верю, что у тебя не было выхода. Молю тебя только об одном, защити детей.

— Я все для этого сделаю. Обещаю!

Нас прервали.

— Слава Единому, я вас нашел! — это был встревоженный и запыхавшийся Антон. — Прошу вас, поторопитесь!

— Что случилось? — я не понимал его тревоги, но мне вдруг тоже стало неспокойно.

— Лидия! Она помчалась в поместье колдуньи! Я боюсь, может произойти несчастье.

— Почему вдруг? Что произошло?

Антон без сил опустился на скамью.

— Помчица Малко приходила к нам в дом. Она не застала Лидию, оставила ей записку и ушла. А когда сестра вернулась, то… Мы обнаружили, что пропала Вера, девочка из приюта. И Хриз бросилась вдогонку. Остановите ее!

У меня перехватило дыхание. Я не мог допустить, чтобы с ними что-нибудь произошло.

— Я немедленно отправлюсь следом. Надеюсь, успею. Не волнуйтесь, Антон, с вашей сестрой все будет в порядке. — Я пытался скорее успокоить себя, чем его. Но Антон удивленно вскинул на меня глаза и сказал:

— С чего бы мне волноваться за сестру? Она может за себя постоять, я волнуюсь за то, что она может сцепиться с колдуньей и натворить бед!

Зрение медленно прояснялось. Тупая ноющая боль в виске и боль в связанных запястьях привели меня в чувство. Передо мной стояла помчица Малко, а в углу вместе с марой Катрин сидела, съежившись, испуганная Вера. Последние события промелькнули в памяти, и я закусила губу от досады. Как можно было так сглупить? Прочитав записку, я сорвалась с места, даже не поразмыслив как следует. Разозлилась? Или испугалась за девчонку? Это все тлетворное влияния красавчика с его добродетельными проповедями! Убью, когда выберусь! Когда я скрутила дворецкого помчицы Малко и ворвалась в ее кабинет, застав ее с Верой, то кто-то, скрывавшийся за дверью, очевидно, ударил меня по голове и оглушил. Идиотка!

Помчица подошла ко мне с победным видом и взяла за подбородок, задрав мне голову.

— Я смотрю, ты уже очнулась.

Сознание разбилось на несколько неравных частей. В одной, самой значительной, нарастали гнев и злоба вперемешку с наступающим безумием. Эта часть меня хотела крови, хотела навсегда стереть наглую ухмылку с лица колдуньи, разорвать ее мерзкую плоть на части… Посмела поднять на меня руку, нарушила мои планы, ненависть затопила рассудок… Я вспомнила стихи, посвященные мне атаманом: