Чтение онлайн

Я вспомнил о словах Гугсы, которые он произнес в своем дневнике. О причинах, побудивших его пойти на сделку с лейрами, и о тайных замыслах, которые он воплотил во мне. Доктор стремился к истреблению Теней, а значит оставил у меня на руках все ключи – осталось лишь подобрать верный. Но…

Я поднял взгляд на Хранителя:

– Заставить Тени замолчать можно, лишь уничтожив их полностью, так?

– Так. А уничтожив их, ты позволишь запечатанной двери открыться, вновь впустив сюда Смерть. Ты беспокоился о жизнях невинных, погибших из-за тебя. Готов пожертвовать всей существующей жизнью, чтобы достигнуть желаемого?

Об этом нечего было и думать.

– Нет, конечно же! Как вообще можно спрашивать такое?

Он криво усмехнулся, как будто иного ответа и не ждал, а после выдал то, к чему я менее всего был готов:

– Что ж, очень жаль. Процесс-то, как оказалось, запущен.

Я опешил. Часто заморгал, пробуя уложить в голове смысл услышанного.

– То есть запущен?

– Я вижу, что механизм в твоем подсознании, призванный аннигилировать Тени, поставлен на взвод. Никто не сможет сказать тебе, когда он сработает. Может и никогда. Но самого факт не отмахнуться. Похоже, тебе не оставили выбора, Риши.

От этих слов у меня разболелась голова, притом с такой силой, что казалось череп вот-вот лопнет. Зажмурившись, я помассировал виски пальцами, в надежде хоть немного унять боль. Как же меня достали все эти «внезапные» открытия, которые приходится глотать, не прожевывая, еще с тех пор, как оказался на Тиссане! Хотелось заорать, но сил на это уже не осталось.

– И все с самого начала знали об этом, ведь так? – устало спросил я, снова заглядывая в восковое лицо Хранителя. Я имел в виду своих спутников, но не стал уточнять, поскольку для него это и так было очевидным.

– Они подозревают, – ответил он. – Кто-то в большей степени, кто-то – в меньшей. Кое-кто даже надеется, что все можно обратить вспять.

Слабенький огонек надежды вспыхнул во тьме.

– А есть и такой способ?

– Ну конечно, – с улыбкой, ставшей зловещей, сказал Хранитель. – И он донельзя прост.

Огонек вспыхнул и тотчас погас.

– Я должен умереть?

Он даже не подумал стереть с лица ухмылку, откликнувшись со всей готовностью:

– Именно.

Я рассмеялся. Вышло немного громковато, с нотками приближавшейся истерики, и монстру в ящике это не понравилось. Что удивило, ведь мне казалось, будто Хранитель его до смерти пугает.

– Ну? Так что ты ответишь? – нетерпение существа, по идее способного ждать сотни лет, раздражало.

– Да, собственно, что и любой нормальный человек на моем месте. – Мое лицо свело судорогой, и несколько глубоких вдохов ничуть не улучшили дело. Ответил я прямо: – Я не готов умирать. Не сейчас, во всяком случае.

– Печально слышать, – Хранитель сказал это с почти искренней досадой, медленно, по одному выбрасывая свои щупальца на поверхность. – А ведь мог бы и облегчить мне задачу. Не каждый день подворачивается возможность поучаствовать в судьбе мира. А тут и цель благороднее некуда…

Следя за его по-змеиному гипнотическими движениями, я осторожно заметил:

– Мне часто пеняли на то, что я действую сгоряча.

– Чего ж теперь изменять себе? – самым будничным тоном поинтересовался Хранитель, хотя его лоснящиеся жирные щупальца едва-заметно, но неуклонно сокращали разделявшее нас расстояние.

Чувствуя, как кровь в моих жилах разгоняется, а колесики в голове крутятся быстрее, я заметил:

– Вношу разнообразие. Вам не понять.

– Вне всяких сомнений. Но я и пытаться не буду. – Улыбка, вернувшаяся на лицо Хранителя, стала плотоядной. – Я лучше сделаю что-нибудь по-настоящему стоящее. Например, как следует взболтаю твои мозги, а после, когда сломлю сопротивление, отменно пообедаю!

Он выбросил вперед свои щупальца, целясь их плоскими и цепкими кончиками мне в голову. Атака оказалась столь внезапной и стремительной, что я автоматически рванул назад, стараясь избежать прикосновения его скользких конечностей. Мысли о том, что все это происходит не наяву, начисто выветрились из головы, уступив место инстинкту самосохранения. Увернуться удалось, но лишь ценой разбитого о неровную стену пещеры затылка. А еще я поскользнулся. Не удержав равновесия, грохнулся наземь лишь затем, чтобы снова вскочить окровавленным и всклокоченным, заставив Хранителя скалиться.

– Напрасно пыжишься. Я все равно тебя достану. Какими бы уникальными свойствами тебя ни наделили, ты по-прежнему остаешься обычным куском мяса со склонностью к саморазрушению. Даже сейчас, накрепко запертый в ящике, подчиняешься рассудку, тогда как должен был бы отдаться на волю звериным инстинктам.

Я даже не пытался вдуматься в смысл его слов, всецело сосредоточившись на повторной атаке. На этот раз одной из хлестких конечностей удалось пройтись по моему лицу, оставив на правой щеке неглубокий порез. Я вскрикнул. Он расхохотался. Схватившись за рану, я стрельнул в злобное существо полным ненависти взглядом.

– Ну? Чего ты смотришь? Злишься? Эка невидаль. А противопоставить что-нибудь можешь? Где твоя Тень? Где твой монстр? В каком уголку он дрожит, а? Покажи! Покажись, чудище!

Он еще посмеивался, наслаждаясь выражением бессильной злобы, отразившимся на моем лице. Если поначалу все происходящее еще хоть как-то смахивало на недоразумение, то теперь ситуация превратилась в чистейшей воды фарс. Стало очевидным, что меня намеренно загнали в угол, чтобы вынудить защищаться. Существо жаждало увидеть едкую тьму. Оно мечтало об этом. А сама пещера и наши с ним ментальные проекции внутри нее – не более чем мизансцена. Не доставало только главного действующего лица.

– Хотите чудовища? – спросил я, готовый распахнуть створы для клокочущей в душе теневой бури.

– Безумно хочу! Потягаемся силой?

Быть посему. Последнюю заслонку долой.

Мощь, какую и вообразить было невозможно, напитала мое воображаемое тело. Я перестал быть собой, полностью отдавшись во власть разрушительных эмоций, как Хранитель того и хотел. Я приготовился излить свою ненависть, не оставив от этой жуткой проекции ни единого камушка. Напружинился, оскалился, готовый по-звериному броситься вперед…

Но тут что-то с размаху ударилось о выстроенную для нас двоих иллюзию. Бум! Послышался хруст трескающегося стекла, сперва едва слышимый, но с каждым мгновением становящийся громче.

Я замер, пытаясь сообразить, откуда доносится звук, когда заметил, как самодовольная ухмылка покидает восковое лицо Хранителя.

Бум!!!

– Что происходит? Я не… ААААААААА!!! – он заорал не своим голосом и, схватившись за голову, резко ушел под воду, растворившись в клубах красноватого тумана.