Чтение онлайн

Изначально Анюта хотела работать в милиции. Сыщик, опер – вот профессии, в которых она мечтала реализовать свои способности. Но когда ее как молодого и перспективного специалиста пригласили в органы следствия прокуратуры, она не колеблясь согласилась.

Дальнейшая ее работа стала чередой запутанных расследований, которые она завершала с неизменным успехом. На дворе стояли лихие 90-е годы, и работы было много. Отличные аналитические способности и прекрасное образование делали девушку заметной даже на фоне опытных и, казалось бы, более квалифицированных коллег. Кроме того, карьерному росту благоприятствовал и кадровый дефицит. В те годы многие специалисты из различных силовых структур переходили в частный бизнес.

Дочь обеспеченных родителей, она была далека от бренной прозы жизни, размеров зарплаты, заграничных поездок и изысканного времяпрепровождения. Работа, работа и еще раз работа…

Аня Захарьина грустила, но понимала, что ее уже поглотила таинственная страсть к борьбе с самыми изощренными формами преступности. Ее работа становилась для нее все интереснее и интереснее.

Анна Германовна хорошо понимала, что оборотной стороной такой ориентации ее профессиональной жизни было полное отсутствие какой-либо жизни личной. В этом вопросе она считала себя законченной неудачницей и старой девой. Правда, что-то не сходилось. Анна оставалась человеком веселым, добрым, отзывчивым, легким. Но подруг она растеряла, с друзьями тоже не складывалось. Быстрый карьерный рост плохо сочетался с установлением прочных горизонтальных связей.

Она знала, что ее считают красивой, и удивлялась этому. Смотря в зеркало, она видела самую обычную фигуру, типичную для женщин чуть выше среднего роста и активно занимающихся спортом. Длинная шея, пропорциональные черты лица. Анна любила ярко краситься, что многим казалось явным перебором.

Стремительное продвижение по службе, естественно, порождало многочисленные предположения о якобы имевших место близких отношениях с высокопоставленными руководителями правоохранительных органов и даже политиками. Все это не имело никакого отношения к действительности. Но разве может смазливая бабенка дослужиться до должности «важняка» без несомненного покровительства очарованных ею мужчин?! Анна знала и об этом, но ее это мало трогало. Гораздо большее значение для нее имело то, что коллеги по работе и руководящие товарищи то ли в шутку, то ли всерьез называли ее «наш главный аналитик». Сейчас, сидя в машине, мчащейся по Садовому кольцу, Анна думала о том, что расследование убийства профессора Верта будет непростым. Еще одно испытание для ее способностей.

С момента смерти ученого не прошло и суток, а власть уже поставила на уши руководство прокуратуры и МВД. Более того, ей было открыто сказано, что созданная следственная группа (Захарьина была руководителем) должна активно сотрудничать, разумеется, неофициально, со службой безопасности крупной нефтяной компании «Юнгфрау». С ее руководителем Кириллом Дунаевым она и должна была встретиться в офисе компании Николая Верта «РИНО».

У входа в офис «РИНО» Захарьину встретил заместитель покойного директора Соломон Давидович Марков. Анну поразила его внешность. Ростом он был на полголовы ниже старшего следователя по особо важным делам, но при этом плечистый, крепкий и какой-то мужиковатый. Его голову украшала седая шевелюра и очень странно смотревшаяся рыжая борода. Лицо было приятным, взгляд ласковым. Соломон Давидович был явно удивлен тем, как выглядела высокая гостья.

Ни с того ни с сего он прошептал:

– Я представлял вас совершенно другой.

Поздоровавшись, Анна спросила почтенного старика о том, приехали ли ее коллеги.

– Да, – ответил Марков. – Майор Измайлов, капитан Сидорова и следователь Рогожин уже здесь. Ждут вас. – И немного смутившись, добавил: – Приехал Кирилл Владимирович Дунаев, начальник службы безопасности «Юнгфрау», – он вопросительно посмотрел на следователя по особо важным делам.

– Все в порядке, Соломон Давидович. Меня предупредили. Пойдемте. – Анна Германовна приняла несколько надменный руководящий вид и легкой походкой направилась в офис, где совсем недавно произошло дерзкое преступление.

Члены следственной группы и Кирилл Дунаев расположились в небольшом уютном кабинете Маркова. Захарьина представилась, показала служебное удостоверение и поздоровалась с каждым по-мужски за руку. Ее неприятно удивило то, как по-хозяйски держался начальник службы безопасности «Юнгфрау». Немолодой, но весьма привлекательный мужчина сидел, развалившись в кресле, пил кофе. Здороваясь с ней, он едва приподнял свою грузную фигуру. Но самым досадным было то, как он улыбался, точнее, ухмылялся.

На лице Дунаева было написано разочарование, граничащее с полным неприятием. «Господи, – думал Кирилл, – это ж надо, поручить такое расследование накрашенной девчонке, надменно прикусившей губку! Неужели наверху всем на все наплевать? Или у них уже и вовсе не осталось нормальных следаков? Тоже мне, Гдляны и Ивановы».

Но поведение высокопоставленной фифы поразило его еще больше, чем броская внешность. Сухим голосом она попросила остаться в кабинете только членов следственной группы. Таким образом Дунаев и Марков должны были покинуть помещение. «Я должна ознакомиться с материалами дела, – сказала Захарьина, – мы вас позовем».

Кирилл Дунаев приготовился ответить что-нибудь этакое, но тут Соломон Давидович ласково взял его под руку и предложил пройти в кабинет Алиева. «Так сказать, скоротать время», – выразился заместитель покойного Верта.

– Ну как вам эта фифа? – спросил Дунаев, когда они шли по коридору. Он был вне себя.

– Очень интересная и, по-моему, умная женщина. Дорогой Кирилл, в чем в чем, а в этом я разбираюсь. 71 год за плечами все-таки. Да и к тому же она красотка. Косметикой, правда, злоупотребляет. Ну и что? Только бы она помогла найти того, кто устроил весь этот кошмар, – в глазах старика блеснули слезы. – Зря ты так сразу записал девушку в стервы.

– Она не девушка, а государственный советник юстиции третьего класса, по-нашему генерал-майор. Каким образом она сделала такую карьеру, можно только догадываться. Ладно, не все потеряно. У Серебровского серьезные ходы наверх. Может, еще поправим ситуацию. Надо избавляться от этой фифы.

– Ох, – только и вздохнул Соломон Давидович.

А в это время «фифа» Анна Германовна Захарьина, внимательно читала материалы, отражавшие результаты вчерашних следственно-разыскных мероприятий, проведенных под руководством майора Измайлова. Анна сразу отметила, что все было сработано четко. Бумаги были в идеальном порядке. Конечно, сейчас она сама осмотрит место преступления, поговорит с людьми. Но картина преступления уже была схвачена по горячим следам. Она с уважением посмотрела на майора, который, как огромная глыба, застыл, ожидая слов и оценок Захарьиной.

Захарьину несколько огорчил его настороженный вид. Но Анна Германовна не могла знать, что сегодня утром коллеги Федора Петровича успели выразить ему горячее сочувствие по поводу того, что придется работать под руководством Захарьиной. Несмотря на молодость, у нее была репутация человека въедливого, скрупулезного и достаточно противного. Известно было, что от нее доставалось на орехи не одному и не двум опытным милицейским операм. Всегда же есть упущения.

Анна озвучила свою высокую оценку материалов, представленных Измайловым, и лица ее коллег просветлели.

– Ну что ж, коллеги, – сказала Захарьина, – способ совершения преступления оставляет нам только один путь его раскрытия. Это поиск комбинации мотива и возможности. Понятно, что мотивы могут всплыть не сразу. Да и возможности могут быть разными. Но все равно. Нужно найти искомую комбинацию мотива и возможности. Для начала хочу сама еще раз посмотреть офис «РИНО», проникнуться обстановкой. Пойдемте со мной. А после начнем беседовать с людьми.

Пройдясь по коридорам офисного помещения, они зашли в кабинет Верта. Майор Измайлов вкратце поведал об устройстве кабинета покойного директора.