Чтение онлайн

— Егорушка! — она поворачивается, спешно роняя зеркальце в сумочку. — Егорушка… прости, что отвлекаю, я…

— Я рад тебя видеть, — он обнимает женщину. — Сестрица моя. Троюродная.

И фальшь режет уши. Её улыбка тоже кажется притворною.

— Я тебя давно уже жду. Прям испереживался весь.

— Уезжала! — они говорят это громко, не друг для друга, но для сторожа, который вот тут стоит, развесивши уши. И как знать, кому он перескажет увиденное и услышанное.

Спектакль.

Но чуется, что актёры устали до смерти.

— Прогуляемся? — предложил Ворон, разжав объятья. — Ты как, Аглаюшка?

— С превеликим удовольствием…

— А где тут кафе какое есть? Или кондитерская? Чтоб посидеть прилично? — это уже Ворон у сторожа спросил и тот, довольный, что может помочь, подкрутил ус.

— Так это… там, вот, если напрямки, то прямо, а после уж налево. И будет не ресторация, а так. Там и кофий, и еклеры дають! — произнёс он важно.

А я… я понял, что должен это услышать.

Чтоб вас…

— Орлов, — я выглянул из беседки. — Мне надо… в общем, надо. У нашего друга гостья.

— Понял. Проводить к дыре?

— Проводи. И…

— Если вдруг тебя станут искать, то придумать чего-нибудь правдоподобного?

— Скажи, что я в парке где-то. Думаю о смысле жизни и Отечестве.

Орлов фыркнул.

— Может, — Шувалов привычным жестом скрестил руки за спиной. — Тебя проводить? Не до дыры, а дальше?

— Не стоит… или…

— Вечер, — Метелька его поддержал. — А ты по форме. Мало ли что… гимназиста и побить могут.

Это да.

Драк мне точно не надо.

— Решено, — Орлов принял решение. — Дим? Я пойду? Тебе не след подставляться, а мне привычно. Да и веры, если так, тебе больше. Так что… побдишь?

— Куда я денусь. В мастерских побуду, — Шувалов потянулся. — Яр, ты, помнится, говорил, что есть мысли по основе, чтобы не из железа ковать. Что? У нас всё-таки выставка. Проекты.

Это было произнесено с лёгкой укоризной. Я даже немного усовестился, ровно настолько, чтобы пообещать:

— Вернусь и обсудим…

Выставка.

Проекты.

И Ворон, который неспешно удалялся, поддерживал под руку девицу.

— Точно. Вернёмся и сразу обсудим. И… если что, свалите на меня, — Орлов принимал решение быстро. — Я эту дыру нашёл, я и подбил… скажем, в конфетную лавку сбегать. Или ещё куда. По пути придумаем, чего говорить.

Прикрытие вполне логичное.

Ворона мы догнали.

Не мы. Тьма.

А мы, выбравшись из дыры, в которую Орлов протиснулся уже не без труда, последовали за ними, хотя и чуть в стороне. Поводок был достаточно длинным, чтобы мы не попадались на глаза.

Да и сама Тьма не приближалась.

Девица… была одарённой. Сила её отливала перламутровым блеском. Но при этом порой будто бы гасла, чтобы потом снова вспыхнуть. А вот Ворон всё равно казался обычным.

И странно.

Одоецкая ведь говорила, что он одарённый, что она ощутила этот вот дар. А я его в упор не видел. Тоже особенность маски? Может, он принимает и состояние человека, которого копирует?

Или Ворон опытнее и наловчился дар скрывать?

— И долго ты меня выгуливать собрался? — теперь девица позволила прорваться раздражению.

— Я ждал другого гостя.

— И вправду думал, что он сюда заявится? — фыркнула она. — У него других забот хватает, не говоря уже о том, что это будет неуместно…

— Хорошо. Я готов приехать сам. Скажи куда.

— Нет.

— Почему?!

— Тише, — она изобразила улыбку. — Дорогой троюродный братец, держи себя в руках…

— Вы выяснили, где Агнесса?

— Её больше нет.

— Что?! — Ворон остановился. И резко так. Руку стряхнул, впрочем, девица была явно не из тех, от кого легко избавиться. Она спокойно сама подхватила Ворона под локоток и дёрнула. — Не здесь.

— Я…

— Ты выдохнешь и возьмёшь себя в руки, — произнесла она с улыбкой. — И не будешь пугать людей.

А и вправду на щеке Ворона проступили тёмно-вишнёвые пятна, которые стремительно расползались.

— Контроль, — голос девицы стал сух.

— Я…

— До квартиры недалеко, поэтому будь добр. Постарайся продержаться ещё немного.

— Сейчас, — он выдохнул сипло и резко. И закрыл глаза. Потом руку высвободил и заслонился руками. — Погоди…

Мы с Тьмой вглядывались в него, пристально, жадно, но нет, ни искорки силы. Это что-то другое, совершенно.

— Дыши глубже, вспомни…

— Заткнись, — сухо оборвал её Ворон. — И не мешайся. Я… сейчас.

Он стоял около минуты, и женщина нервно переминалась рядом. Она оглядывалась и видно было, что ей с трудом удаётся сдерживать раздражение. Но вот Ворон отнял ладони от лица.

Надо же.

Это настоящее? Серый, блёклый человек. Бывают такие, на которых взгляд совершенно не задерживается, настолько они невыразительны. И сейчас вот смотрю, пытаюсь запомнить, а ощущение такое, что стоит отвернуться и всё, не смогу описать.

— Да уж, — девица скривилась. — Надо было дождаться…

— Надо. Веди, — теперь уже он говорил сухо. И почему-то появилось чувство, что именно эта конкретная девица его несказанно злит.

Чем?

— Сав? — дёрнул меня Орлов.

— Чего?

— Сбитня взять?

— Возьми, — я согласился. — Только пойдём тут…

Надеюсь, что идти недалеко. И что надолго они не задержаться, всё-таки у Ворона тоже работа.

Квартира, в которую привела его девица, располагалась на втором этаже доходного дома. Был тот не сказать, чтобы роскошен, но вполне себе приличен. Она раскланялась со старушкой, что-то объяснявшей печальному дворнику, и с самим дворником. Улыбнулась выходящей из парадного даме, которую сопровождал тощий щеголоватый тип. Он придерживал даму за ручку и что-то говорил, но и нашу девицу не оставил без внимания, проводил профессионально оценивающим взглядом. И счёл недостойным внимания.

— Дорогой, — закричала девица с порога. — Смотри, кого я привела! Твой брат приехал!

Что-то они легенду забывают.

Или меняют?

Она дважды надавила на кнопку новомодного электрического звонка, потом выждала и снова нажала. И спустя мгновенье ещё дважды, так, что трель получилась длинной, заливистой.

Это у нас, кажется, не просто так квартира.

Тьма подобралась поближе.

И нырнула в узкую щель, чтобы чихнуть уже там, внутри.

— Что за… — Ворон тоже зажал нос. — Вы чего творите? Вы с ума сошли?!