Чтение онлайн

Без трёх минут двенадцать Герцог в сопровождении Махмуда и его нукера подъехал к зоопарку. Кавказцы остались в машине, а Юлий, поеживаясь от холода, неторопливо — так предписывала инструкция — двинулся по аллеям зоосада на поиски клетки со львом. Именно там — по заключению профессионала Махмуда — находилась контрольная зона.

День был будний, к тому же морозный, посетителей было немного, в основном стайки школьников, прогуливающих занятия. Через несколько минут блужданий по заснеженным, обезлюдевшим аллеям, Герцог понял, почему американцы выбрали зоопарк в качестве полигона: за время прогулки он не встретил ни одного одинокого человека своих лет. Не только мужчин, но и женщин. Служащие — не в счёт, их издалека можно было определить по характерной униформе и огромным, как слоновьи ноги, валенкам. С трудом верилось, чтобы в оперативном гардеробе «топтунов», где было всё: от парика до телогрейки, от макинтоша до тюбетейки, — нашлась бы форма смотрителей зоосада и такие валенки. Появись на аллеях разведчики службы наружного наблюдения, они сразу же привлекли бы внимание американцев, ведущих контрнаблюдение. «Действительно, «серьёзные люди», — Юлий вспомнил отзыв Махмуда о составителях инструкции, — однако где эта чёртова клетка со львом? Да и есть ли там лев? Верится с трудом, чтобы царь африканской саванны беспечно выставил себя на всеобщее обозрение в такой мороз. При таком холоде, дай бог, белым медведям не околеть. Б-р-р!»

Погода отнюдь не располагала к веселому взбрыкиванию, беззаботному поблеяниванию и похрюкиванию. Проявление жизненной активности Герцог заметил только в вольере розовозадых мартышек: два примата усердно предавались любовному акту. Впрочем, жизнь фонтанчиком била и рядом с клеткой: группа мальчишек и девчонок младшего школьного возраста воодушевленно обсуждала ситуацию. Их реплики свидетельствовали о том, что по ночам они бдительно отслеживают постельные взаимоотношения своих родителей.

От группы отделяется «дюймовочного» роста женщина, которую Юлий поначалу принял за школьницу. «Дюймовочка» тащит за руку упирающуюся девчушку-крохотулю.

— Мамочка, я хочу смотреть, как играют обезьянки!

Женщине удаётся подтащить дочь к стоящему у клетки, ухмыляющемуся в усы важному деду в униформе.

— Вы работаете здесь? — утвердительный кивок. — Слушайте, я дам фруктовых ирисок этим… этим бесстыдникам. Пусть они прекратят это безобразие! — в ответ быстрый взгляд хитрющих глаз:

— А вы, гражданка, прекратили бы это за ириски?..

— Хам!

Побродив еще минут десять в поисках клетки со львом и основательно продрогнув, Герцог решительным шагом направляется к служке в униформе:

— Извините, вы не скажете, как такую погоду, такой холод переносят тигры и львы?..

— А чо им-то? Они щас, поди, в тепле. Ангары у них специальные. Нетуть их чичас здеся…

Забравшись в теплый салон «шестёрки», Герцог скомандовал:

— На Ленинские горы! — и с яростью добавил: — Искать вождя мирового пролетариата!

С Ленинских гор заехали пообедать в ресторан при гостинице «Юность», где остановились кочевские опричники.

17.05. Стемнело. До встречи с дипломатом оставалось пятьдесят пять минут.

Разделились на три группы. Герцог до конечной остановки троллейбуса 25-го маршрута доберётся на метро, освидетельствует столб и, если всё в порядке, пешком достигнет памятника Героям Плевны.

Махмуд за рулем «шестёрки» будет подстраховывать его наземные передвижения и наконец остановится у Политехнического музея, прямо напротив памятника. Если иностранец потребует немедленной передачи денег, Герцог подаст сигнал Кочеву: несколько раз щёлкнет зажигалкой, будто прикуривая сигарету. Махмуд с деньгами тут же присоединится к Юлию.

Остальные кавказцы всё это время на двух машинах будут курсировать по замкнутому кругу: площадь Ногина — проезд Серова, — не доезжая площади Дзержинского, — поворот у Политехнического музея, — вниз по Старой площади, снова на Ногина… И так — беспрерывно, до получения сигнала по рации от Махмуда.

То, что все манипуляции будут проходить в непосредственной близости от легендарной Лубянки, никого из действующих лиц нисколько не смущало: лучшая конспирация — это полное её отсутствие…

Выделить в толпе вышедшего из подземного перехода Чарльза Добкина труда не составило. Шпионаж накладывает неизгладимый отпечаток на личность: появляется вкрадчивая походка, нос вытягивается, на губах, будто приклеенная, лисья улыбка, но в целом физиономия становится непроницаемой, как у моржа. Глаза бегают, ищут контрразведчиков противника. От постоянного шпионства ухудшаются здоровье и цвет лица. Понятно почему: нервная беготня в зоопарке и по Ленинским горам, как сегодня, чреваты колитом, гастритом, геморроем… Переживаний хватит на несколько инсультов и инфарктов, траурный марш Шопена и венки, перевитые чёрным крепом с белой надписью: «Ты ушёл от нас слишком рано, дорогой сэр Добкин. Благодарные контрразведчики Второго главка КГБ СССР!»

Герцог и Добкин одновременно сделали шаг навстречу друг другу. Иностранец с ходу спутал все карты заговорщиков-любителей: наклонив голову с торчащей изо рта сигаретой, знаком попросил у Юлия огонька. Пока тот доставал зажигалку, дипломат негромко спросил по-русски:

— Марик поставил себе новый мост?

В ответ Герцог заученно произнёс:

— Все мосты сожжены!

И вновь иностранец:

— Если деньги при вас, следуйте за мной!

Краем глаза Юлий заметил, как Махмуд с чемоданом нырнул в подземный переход…

СВОДКА

наружного наблюдения

«24 февраля в 12.00 в районе Московского зоопарка разведчиками X отдела 7 службы КГБ СССР приняты под наружное наблюдение сотрудники посольства США в Москве, подозреваемые в принадлежности к спецслужбам противника, супруги «Дубковы». Ввиду осведомленности иностранцев о методах работы службы наружного наблюдения их поведение на территории зоопарка контролировалось электронной оптической и видеоаппаратурой с закрытых стационарных постов: со второго этажа пустующего ангара для слона и чердака административного здания.

Во время нахождения объектов в зоопарке признаки повышенного беспокойства и настороженности в их поведении отсутствовали. Попыток незаметно покинуть зоосад «Дубковы» не предпринимали. Вместе с тем необходимо отметить, что в действиях иностранцев присутствовали отдельные элементы, могущие свидетельствовать о проведении ими акций по контрнаблюдению: супруги неоднократно и без видимой мотивации рассредоточивались на аллеях, то следуя друг за другом на значительном расстоянии, то сходились, двигаясь на встречном направлении. Трижды «в перекрестье» их маршрутов был замечен неизвестный мужчина сорока-сорока трех лет, рост 185–190 см, в дубленке кофейного цвета и пыжиковой шапке (фрагмент видеозаписи прилагается).

В 12.40 «Дубковы» на а/м с посольскими номерами резко отъехали от зоосада и через двадцать две минуты прибыли на смотровую площадку Ленинских гор.

В 12.43 неизвестный мужчина, — в дальнейшем «Пыжик», — на а/м «Жигули-2106» белого цвета, госномер ЧИЖ 00–01, в сопровождении двух мужчин кавказской национальности, также убыл в сторону Ленинских гор.

Предполагая, что на смотровой площадке может состояться контакт между указанными объектами, были приняты меры по уплотнению контроля за «Дубковыми» и «Пыжиком»: по рации вызваны дополнительные бригады «НИ».

Наблюдение за «Дубковыми» на Ленинских горах укрепило разведчиков «НИ» во мнении, что иностранцы ведут бесконтактный контроль за поведением «Пыжика», а также за его окружением (см. фрагменты видеозаписи).

Разведчики XI отделения, выступавшие под прикрытием сотрудников ГАИ, установили личности сопровождавших «Пыжика» кавказцев. Ими являются: майор Кочев Махмуд Майрбекович, начальник уголовного розыска, и его подчиненный — мл. лейтенант милиции Супсаев Асланбек Меджидович. Оба предъявили командировочные удостоверения с отметкой о прибытии в г. Ленинград. Отвечать на вопрос, как они оказались в Москве, как и от предложенной помощи, кавказцы отказались, сославшись на тайну проводимого расследования, пояснили, что располагают достаточными силами и средствами. Беседа с указанными сотрудниками проводилась в отсутствие «Пыжика» и носила доброжелательный характер.