Чтение онлайн

…Ночь. Дует резкий и прохладный ветер, косо летят мелкие капли дождя. С западного берега взметаются в небо белые ракеты, освещая томное водное пространство реки. А над ним бесконечные нити трассирующих пуль, шелест сверлящих снарядов, дробь пулеметов. Противник не знал, когда и где начнется переправа советских войск, нервничал и метался, ведя огонь наугад.

В темноте к Днепру подходили все новые и новые части и подразделения, двигались орудия, минометы, повозки. Кто-то из бойцов завел разговор о командующем Малиновском и генерале Пушкине. Любили бойцы и командиры этих военачальников. В окопах, траншеях, на коротких привалах рассказывали о них удивительные фронтовые истории, которые слагались в легенды.

Ныне в областном историческом музее имени Д. И. Яворницкого экспонируются интересные реликвии — китель с двумя Золотыми Звездами Героя, принадлежащий Маршалу Советского Союза Р. Я. Малиновскому, и потертый кожаный танкистский реглан генерал-лейтенанта Е. Г. Пушкина. Владельцев этих вещей давно нет в живых, но они вечно в памяти днепропетровцев, в названиях улиц, памятников и обелисков.

В ночь на 26 сентября части 25-й гвардейской стрелковой дивизии 6-й армии (командир дивизии — гвардии генерал-майор Г. А. Криволапов), переправившись из села Алексеевки через Днепр, захватили плацдарм южнее окраины села Войсковое и к утру полностью овладели господствующей высотой. Штурмовые отряды возглавляли гвардии старшие лейтенанты В. С. Зевахин и Н. И. Шишлов. Бойцы гнали свои утлые суденышки к противоположному берегу, а специально выделенные пулеметчики и снайперы вели огонь с подставок по вспышкам во вражеской обороне. Но вот шесты и весла достали дна, и сразу же послышались возгласы командиров и политработников:

— Вперед! За Родину! Чапаев с нами! Бей фашистов!

Бойцы кинулись в воду и, стреляя на ходу, устремились к берегу. Стремительный рывок, автоматные очереди, разрывы гранат — и смельчаки уже в первой траншее. Перевели дух и — снова вперед. Взяли вторую линию траншеи, которая пересекала высоту. Теперь необходимо закрепиться.

Остаток ночи прошел в подготовке обороны. Утром гитлеровцы предприняли попытку сбросить десантников в Днепр и пошли в контратаку силами до двух батальонов пехоты. Появились танки и самолеты, но прицельный огонь советских артиллеристов и пулеметчиков принудил фашистов отступить. На поле боя застыли четыре вражеских танка. Пять раз ходил враг в контратаку и откатывался назад при больших потерях.

Вечером на плацдарм переправились подкрепления, и чапаевцы пошли на штурм третьей линии вражеской обороны. В этом бою погиб один из командиров взводов, его заменил рядовой Николай Завирюха. Он повел воинов в решительную схватку, гитлеровцы отступили. В бою Завирюха лично уничтожил до десятка фашистов, но и его самого не миновала пуля. За этот подвиг нашему земляку, рядовому Н. А. Завирюхе, было присвоено звание Героя Советского Союза.

Несмотря на жестокий отпор гитлеровцев, плацдарм расширялся и углублялся. Где-то, чуть левее, дрались подразделения 333-й Синельниковской стрелковой дивизии, а правее, у села Звонецкого, высадился усиленный отряд 47-й гвардейской стрелковой дивизии 6-й армии (командир дивизии— гвардии генерал-майор Ф. А. Осташенко). Из устья реки Плоская Осокоровка переправлялись части 35-й гвардейской стрелковой дивизии (командир — гвардии генерал-майор И. Я. Кулагин), готовилась к форсированию 57-я гвардейская стрелковая дивизия генерал-майора А. П. Карнова.

Вслед за 78-м гвардейским полком подполковника М. И. Григорьева Днепр форсировали батальоны 81-го гвардейского полка майора В. А. Ковалева, и вскоре уже вся 25-я Чапаевская Синельниковская дивизия во главе со своим комдивом генералом Г. А. Криволаповым сражалась с фашистами на правом берегу. Тысячи подвигов совершили воины-чапаевцы в эти дни, да, по сути, каждый из них, переправившийся на плацдарм, был героем. История сохранила многие имена этих людей, они увековечены в диораме «Битва за Днепр».

В передовом штурмовом отряде В. С. Зевахина высадились на правый берег пулеметчик парторг роты Л. И. Рыбачковский и артиллерийский разведчик А. Е. Чайка и своими действиями способствовали развитию успеха. Ровесник Великого Октября, уроженец села Быстриевка на Житомирщине, старшина Рыбачковский свое первое боевое крещение принял в боях под Старым Осколом. Бил врага, не зная страха и пощады, и заслужил свою первую награду — медаль «За отвагу», а за Тарановку, где сражались широнинцы, — орден Красного Знамени. Тогда же коммунисты роты избрали его своим парторгом.

Под Войсковым старшина Рыбачковский также показывал пример мужества и отваги. Когда фашисты бросили на позиции чапаевцев до 35 танков, парторг Рыбачковский крикнул:

— Гвардейцы-чапаевцы! Будем достойны героев-широнинцев! Не пропустим врага!

И открыл огонь из пулемета.

В этот момент радиостанция на командном пункте полка получила позывные. В эфир полетели короткие сигналы:

— «Ролик», я — «Парус». Дайте завесу.

— Вас понял, — ответил подполковник Григорьев. И тут же скомандовал в микрофон: — Трошкин, огонь!

Забушевал огонь на позициях гитлеровцев, затем артиллеристы перенесли его на высоту с отметкой 130. В этих боях личный счет пулеметчика Рыбачковского увеличился до 170 уничтоженных солдат и офицеров противника. Четко корректировал огонь нашей артиллерии с правого берега и гвардии старший сержант А. Е. Чайка. Снаряды, выпущенные из орудий, ложились точно в цель.

В одной из первых штурмовых групп форсировал Днепр и заместитель командира 1-го батальона по политчасти гвардии капитан В. Т. Древаль. Находясь в боевых порядках, он проявлял выдержку, отвагу и героизм. Где комиссарским пламенным словом, где личным примером вдохновлял бойцов на подвиг, призывал беспощадно громить фашистских захватчиков. В кровопролитных боях на плацдарме батальон уничтожил до 400 солдат и офицеров противника, захватил 8 орудий, 11 минометов, склад с зерном. Однажды замполит увидел, как гитлеровцы намеревались зайти в тыл нашим подразделениям, он тут же поднял бойцов в контратаку, и положение было восстановлено.

В составе этой группы действовал и минометный расчет сержанта Сергея Ярмака. Когда немецкие автоматчики прорвались к огневым позициям и бойцы пустили в ход автоматы и гранаты, сержант Ярмак лично уничтожил в рукопашной схватке четырех фашистов. Тут же, на передовой, начальник штаба полка майор Потемкин вручил ему орден Красного Знамени, которым он был награжден за предыдущие бои.

Особенно трудным для защитников плацдарма было 30 сентября, когда гитлеровцы могли прорваться к Днепру на отдельных участках. И не случайно этот день зафиксировали на огромном полотне авторы диорамы «Битва за Днепр». Всего один день. Но в нем советские воины вышли победителями. В этот день армейские коммунисты вместе со всеми воинами грудью встали на пути врага. Парторг 2-го батальона, старший лейтенант К. А. Антонов заменил убитого пулеметчика, точными очередями прижал к земле пехоту противника, а когда вражеские танки прошли окопы, поднял гвардейцев к контратаку, принудил фашистов отступить.

Особую выдержку и настойчивость проявил бронебойщик сержант С. А. Андреев — уроженец чувашского села Тайсы. Хорошо усвоив уязвимые места танков, он подпускал их как можно ближе и бил без промаху из противотанкового ружья.

На крутом берегу в окружении своих помощников командир дивизии генерал Г. А. Криволапов организует взаимодействие вверенных ему частей и подразделений для отражения вражеских контратак, а в минуты затишья прямо на плацдарме вручает героям награды Родины. Рядом с воинами, штурмующими укрепления на днепровских кручах, бессменно находилась медицинская сестра Нелли Кожухова. Под ураганным огнем противника она оказывала помощь раненым, выносила их с поля боя и сопровождала в медсанбат через дымящийся от разрывов Днепр.

Все бойцы и командиры 25-й Синельниковской стрелковой гордились тем, что они воевали в прославленной Чапаевской дивизии, полки которой в гражданскую войну водил в бой сам Василий Иванович Чапаев. В этом соединении выросли видные советские военачальники И. С. Кутяков, С. А. Ковпак, И, В. Панфилов, Д. Д. Лелюшенко и другие. В трудном сорок первом 25-я Чапаевская обороняла Одессу, в сорок втором — защищала героический Севастополь, в сорок третьем на всю страну прогремела слава о широнинцах. И вот теперь — Днепр и героический плацдарм у Войскового.