Чтение онлайн

Амиция не могла отвести взгляда от воды. Вода падала, падала, падала вниз, уходила в запруду и стекала дальше, в реку. Амиция опустилась на колени и стала молиться. Она молилась за себя, за него, за это место, просила Господа благословить всех земных тварей. Когда она встала, оказалось, что колени у нее промокли. Габриэль привязал лошадей и поманил ее за собой. Она пошла. Спокойная и счастливая.

Он подвел ее к краю водопада. Поток воды оказался на расстоянии вытянутой руки от его лица. Потом Габриэль вошел в воду. Амиция и раньше видела водопады, пусть и не такие огромные. Она тоже шагнула вперед. И даже не успела промокнуть – за водопадом оказалась пещера.

В ней тоже было шумно, но не так, как снаружи.

– Вы мне доверяете, – улыбнулся он.

– Я могла бы сказать, что я верю в Бога, а вас просто провоцирую. Но на самом деле я действительно вам доверяю, мой дорогой.

– Благодарю за доверие. Я очень хотел привести вас сюда. Я нашел эту пещеру много лет назад и всегда мечтал показать ее своей возлюбленной.

Она рассмеялась:

– К несчастью – возможно, для нас обоих, – я монахиня, а не ваша возлюбленная.

Он кивнул. В пещере было несколько табуретов, и он поставил один для нее.

– Разжечь костер? Вы обсохнете.

– Я все равно промокну, когда буду выходить. И вряд ли мне стоит перед вами раздеваться.

– Это особенное место, – на ее последние слова он внимания не обратил, – вы это чувствуете, старая могущественная сестра?

Она потянулась в эфир и тут же в изумлении отпрянула.

– Оно закрыто. Земля с одной стороны и текучая вода с другой, – сказал Габриэль. – Наверное, что-то очень могущественное могло бы сюда проникнуть или отсюда выйти, но эта пещерка будто запечатана в эфире, – он сел на табурет, – поэтому мы можем поговорить о чем угодно. Никто нас не услышит. Ни Гармодий, ни Шип, ни даже Эш.

Имя как будто вибрировало.

– Эш?

– После Лиссен Карак я заключил союз – я так полагаю – с могущественной древней силой, которую люди называют Змеем из Эрча. – Услышав это, она кивнула. – Я многому научился, говоря с ним. В частности, я узнал, что он противостоит другой силе, которую называет Эшем. – Габриэль улыбнулся, как мальчишка. – Я знаю, это глупо звучит, но, кажется, именно эта сила передвигает фигуры по доске, и в Лиссен Карак, и в Харндоне. А может быть, и везде.

Не к такой беседе она готовилась последний час, пока шла, ехала верхом и лезла вверх. Она глубоко вздохнула.

– Что вы охраняете под подземельями Лиссен Карак? – спросил он.

– Это не моя тайна.

– Но вы признаете, что тайна существует. Что вы сделали, чтобы меня не могли убить? Даже для вас это непростое колдовство.

Она устроилась на табурете поудобнее и прислонилась затылком к каменной стене. Посмотрела на белую пену потока, закрывавшего пещеру спереди.

– Вам не кажется, что примитивное обольщение было бы уместнее? – спросила она.

Он засмеялся так радостно и открыто, что она засмеялась тоже.

– Амиция, так ли велика ваша любовь к Господу, чтобы не оставить в сердце места для земной любви?

Она скривилась:

– Какого ответа вы ждете? Но вообще да, – она покачала головой, – мне кажется, что некоторое время назад… не так давно… я чуть не упала в ваши объятия, – она вспыхнула, – но что-то во мне изменилось. В молитве, когда ты поднимаешься к Господу, есть момент, когда нужно оградить себя от греха. А потом наступает момент, когда грех кажется глупым. Перестает соблазнять. Земная любовь бледна рядом с небесной.

Он храбро улыбался, но она видела, что задела его.

– Дорогой мой, я всего лишь хочу, чтобы все были счастливы.

– А что бы вы сказали, узнав, что я всего лишь желаю счастья вам?

Она снова поморщилась:

– Я бы сказала, что вам двадцать три или двадцать четыре года и через год-два вы будете думать совсем по-другому. – Она подняла руку. – Я бы сказала, что ваша одержимость войной не позволяет вам любить меня – или Господа – по-настоящему.

– Да. Я то же самое говорил оруженосцу насчет его новой девушки. – Габриэль скрестил ноги в высоких сапогах. – Черт с ней, с любовью. Что вы сделали?

Она посмотрела на него. Он был так близко. Он был собой. Сколь многое в нем она ненавидела. Сколь многое любила. Забыть про это совсем было не так просто, как она утверждала, даже сейчас, когда она ощущала реальность Господнего творения так же явно, как жесткий камень под ногами.

– Я… – Она помедлила. Ей было что терять. А кое в чем она отказывалась признаться даже самой себе. – Аббатиса погибла. Крепость почти пала. Я получила всю силу, которую отдал Шип. Я падала. Знали бы вы, Габриэль, как это было тяжело. Сила оказалась слишком велика для меня. Король и королева требовали исцеления, – она закрыла глаза, – а потом Господь протянул мне руку и укрепил меня. Потенциальная сила сразу превратилась в энергию. Я творила одно заклинание за другим. – Она смотрела на водопад, но видела перед собой сотни исцелений, сотни мужчин и женщин, пострадавших в битве и спасенных.

Габриэль ничего не сказал.

– Кто-то укрепил меня. Кто-то говорил со мной, – она вздохнула, – и тогда, и потом… но не сейчас… это тревожит Мирам. И меня. – Она поджала губы и нахмурилась. – Потом… ночью я собиралась… я могла… Нет, я не хочу, – сказала она, – простите, Габриэль. Я не хочу объяснять. Я приняла решение. Как и вы. Такое решение, как вы принимаете в бою. Безоговорочное и обязательное. Оно принято. Я никогда не скрывала, что чувствую к вам, – она посмотрела ему в глаза, – но я не поддамся этому. Никогда.

– Но…

Она встала.

– Не спрашивайте. Вы меня любите? Не спрашивайте. Если вы решите отправить Майкла на смерть, чтобы спасти свой отряд… вы же это сделаете?

Он поджал губы. На мгновение выражение его лица стало таким же, как у нее.

– С вами непросто. Да, я мог бы так поступить.

– Предположим, так и случилось. Майкл мертв, отряд спасен. Как часто вы будете обдумывать это решение?

Он тоже встал:

– Кажется… кажется, я понимаю, – он покачал головой, – ах, Амиция.

Неожиданно она положила руку ему на затылок и быстро поцеловала в губы. Так она могла бы поцеловать Катерину или отца Арно.

– Я стану учить ваших детей, – сказала она, – хотя не знаю, как я их вытерплю.

Мгновение он стоял, как громом пораженный. Потом упал перед ней на колени и поцеловал ей руку. Улыбнулся:

– Меня в самом деле нельзя убить?

Она скривила губы. Плечи у нее обвисли.

– Не испытывайте удачу.

После этого они проболтали примерно час, как добрые друзья. Он рассказывал ей о том, чему научился в Ливиаполисе и что узнал от Змея. Она молчала о тайнах Лиссен Карак, но фыркала в ответ на некоторые его теории.