Чтение онлайн

поглощала и плавила, уничтожая то, чего не должно быть здесь. Последнее усилие, и лента-

тень тает, осыпаясь в воздухе серыми клочками тумана.

В этот момент Хок рухнул на колени в подлете, со всей силы, и так харкнул кровью, что

долетело почти до моих сапог.

– Брат...

– Хоакин!

Лента. Лента-тень и Хок. Я начала ловить вторую, как Люци торопливо закричал.

– Отзови, отзови их, Хок, отзови немедленно...

Хок сделал странный жест рукой, с трудом поднимаясь на ноги, опираясь на Бера, и вторая

тень просто растворилась в воздухе с легким шипением.

Я отстранено наблюдала, как кровь продолжает стекать по уголку его рта, и могла точно

сказать, что Хоакину потребуется не меньше половины декады на восстановление

повреждений. Руки зачесались по старой привычке, скастовать стазис, исцеляющее,

анестезию, но я удержалась усилием воли.

Сейчас это не мои дяди. Это не мои дяди. Сейчас это корши, которые пришли в мой дом. В

мое гнездо.

Щелк-щелк. Люк и Бер одновременно вздрогнули, когда я наконец определилась с

плетением.

Щелк-щелк. Я запитала чары, и в моих руках запела ослепительно белая молния высоким

напряжением. И тьма грозовым фронтом взъярилась за моей спиной, шевеля волосы

ветром силы.

Я развела руки шире, ещё шире, и разряд запел мне, подрагивая. Мне даже не

потребовалось формировать импульс, настолько густо воздух был пропитан силой. Разряд.

Разряд. Разряд. И три предупредительных ложатся точно перед сапогами Хэсау, обугливая

камни пола дочерна.

Щелк-щелк. И я начала формировать первые базисные узлы плетения Шторма. Здесь и

сейчас я могу все. На эти десятки мгновений здесь нет никого сильнее меня, в пределах

родового Источника, и это отчетливое понимание обреченностью отражалось в глазах

Хэсау.

– Я считаю до пяти, Люк. И начинаю..., - я запрокинула голову, впитывая запах озона и

первых грозовых разрядов, которые появились в воздухе, - ...охоту. Пять...

Щелк-щелк.

Люк сорвался с места раньше, чем успела доплести второй узел, подхватил

несопротивляющегося Хока с одной стороны, и вместе с Бером потащил его к выходу,

постоянно держа меня под контролем. В другой свободной руке у него льдисто горело

активированное плетение щита. Дядя Бер в отличие от Люка сплел атакующие чары.

– Четыре, три, - и они выметаются в коридор, - два, - и камера захлопывается с громким

стуком, - один, - Я последним рывком запечатываю дверь темной силой так, что волна

резонансом расходится дальше, по всей клановой территории, и падаю на колени, больно

ударившись об пол.

Начался откат, скрутивший все изнутри болью от превышения допустимого уровня

используемой силы. Спина горела - восстанавливающие печати сорвало и они больше не

действовали, текла кровь из прокушенной насквозь губы, но я успела.

Я - успела. Демоны, псаки и все порождения грани. Я - успела. Я сделала свою ставку, и я -

справилась. Источник затихал, успокаиваясь, бушующая сила уходила обратно, оставляя

серые стены в искристой изморози. Последнее, что я видела, перед тем, как отключиться -

это две поникшие фигуры с закрытыми глазами в форме гвардейцев Блау, пристегнутые к

пыточным стульям железными кандалами.

***

Я не знаю, сколько прошло мгновений, когда я очнулась, замерзшая. Я окоченела на ледяном

полу в домашнем халате, затекшую спину неприятно дергало, наверное, открылись раны.

Я неловко перевернулась, выдохнув облачко пара, и поползла, поднимаясь, к Юнису и

Юстасу. Руки плохо слушались от холода, света было мало - жаровня погасла, и только

несколько факелов чадили на стенах.

Я напряглась, прислушиваясь, ища внутри отголоски родных-по-крови. Хэсау покинули

первый круг и устроились в гостевом доме, за второй линией защиты. Запястья болели,

обожженные браслетами Арритидесов. Псаково наследие светлых опять проснулось.

Хоакин был прав. Частично. Я чувствовала родовую силу Хэсау, чувствовала родную кровь,

которая пела мне почти так же, как кровь Акса и дяди, но ... Мне не нужно это наследие. И я

сделаю все, чтобы Хэсау никогда не узнали о том, что их силу можно блокировать

артефактами Арритидесов.

Выражение лица Юниса было безмятежным. Он как будто спал. Глубокие морщины

сгладились, и он стал выглядеть спокойнее и моложе. Добровольная жертва. Именно на это

я сделала свою ставку. По крайней мере я была уверена в Юнисе, он приносил не только

клятву служения Блау, но и отдельную - мне. Не навреди. Храни. В жизни и смерти. Но кто

знал, что Блау взыщут так быстро?

У многих Алтари маленькие и действительно занимают комнату, наш алтарный зал был

сердцевиной плетений силы, сердцем Источника, но линии силы заключали все поместье в

правильный рунный круг. Весь третий уровень подземелий при необходимости становился

большим Алтарем, именно поэтому пыточные и тюрьма располагались на третьем. Чтобы

хоть как-то крохами силы подпитывать родовой источник случайными жертвами. Хоть как-

то.

Совсем другое дело вассалы и слуги, и те, кто принес Блау не одну клятву, те, кто

добровольно согласились отдать жизнь на служение Клану, те, кто поклялись даже в смерти

следовать пути. И это было самое слабое место в плане. Только добровольная жертва дает

достаточно силы, чтобы я могла противостоять троим Хэсау. Троим взрослым обученным и

тренированным Высшим, даже стоя на линиях силы родового источника.

Если бы Юнис и Юстас не приняли Клан всем сердцем, готовности умереть за Блау у них не

было, принеси они хоть десять клятв. Да, они бы умерли, сила не простила бы отказа от