Чтение онлайн

– Спасибо, что доверяли, – я снял с запястья широкий кожаный браслет, который в свое время достался мне от бывшего вирго Гейдара, много лет назад заразившегося червивой лихорадкой, и протянул его Юргену. – С этого дня я больше не ваш вирго. У Юргена хорошо работает голова, и в боях он показал себя на славу, так что теперь он главный Свистун. У меня… возникли обстоятельства.

И хотя в кабаке грохотало на все лады, на нашем балконе воцарилась мертвая тишина. Да уж, сказать хуже было нельзя, особенно про «обстоятельства» зря ляпнул. Таких слов в Подполье не понимали, но, несмотря на репетицию в туалете, я неожиданно растерялся.

– Я устроился на работу и переезжаю в верхний Маргут, – выдавил я на одном дыхании.

Какое-то время все безмолвно таращились то на меня, то друг на друга. Мое сердце пропустило пару ударов, и я набрал воздуха в грудь, чтобы извиниться или сказать еще какую-нибудь глупость, но тут тишина треснула, и над столом прокатился дружный раскатистый хохот.

– Ну, ты и шутник!

– А наш Лев – весельчак!

– Повеселил так повеселил.

– Не переживай, выше нос! Плевать, что поиграл. Следующая гонка будет твоей.

Они уже придумали свою легенду о том, что Мамлюк взбунтовался, сбросил меня в лабиринте, отчего я пришел последним. Как и сейчас решили, что я выдал отличную шутку.

Итак, сказать правду не получилось. Подобрав со стола первый попавшийся бокал, я поднял его и, кивнув каждому, осушил до дна. Потом так же быстро ретировался с балкона, воспользовавшись тем, что Алистер затянул долгий анекдот, который, скорее всего, никто не поймет. Вампиры, вообще, шутили своеобразно.

Спустившись к стойке и обрадовавшись, что у бара оказался свободным мой любимый высокий стул в углу, я взгромоздился на него, попросив Синего Джо плеснуть что-нибудь для поднятия духа. Одна из голов мне подмигнула, другая показала язык и передо мной возник пузырящийся прозрачный напиток, пахнущий крысиным пометом и апельсинами. Я задумчиво вертел его в руках, когда ко мне рядом подсел Юрген.

– Разбери меня чертяка, это, что, правда? – спросил он, заявившись аж через полчаса. Я даже успел подумать, что у них там что-то случилось.

– Переезжаю наверх, на правый берег, – повторил я прежнюю версию. Не соврал, но и настоящую причину рассказать не смог.

– Не верю. Неужели в армию собрался? – нахмурился Юрген, а я вдруг понял, что он вовсе не так недоволен положением дел, как сперва казалось.

– Я, правда, на работу устроился. Получаю паспорт и уезжаю. Как только встану на ноги, помогу любому из наших, кто захочет так же. Но быстро не смогу. Сам знаешь, мне нужно десять лет там прожить, чтобы я смог стать поручителем.

Юрген сплюнул на дощатый пол, выражая презрение.

– Лучше, если бы ты, действительно, пошутил. Не хочу я оказаться в твоих сапогах, Лев, когда тебя однажды проймет ностальгия, и ты сунешься обратно в Подполье.

Я поморщился от его угроз. А еще другом назывался. Мог хотя бы попытаться меня понять. Я слышал, что перебежчиков в нижнем Маргуте не только открыто презирали, но многие считали своим долгом мстить им до конца жизни.

Я молчал, и Юрген не выдержал.

– Что у тебя случилось? Не верю, что ты Клару бросаешь.

– Она со мной едет. За нее я тоже договорился. Она ж сестра.

– Нельзя за другого человека решать.

– Ей всего шестнадцать.

– Ага, скажи еще, что не хочешь, чтобы она среди нашей грязи взрослела.

Юрген, как всегда, верно подметил, но я решил не подливать масла в огонь.

– Давай выпьем, что ли? – предложил я. – Из тебя выйдет отличный вирго. Мы оба знали, что Гейдар должен был выбрать тебя, а не меня.

– Да пошел ты, – Юрген спрыгнул с табурета и слился с толпой, то ли изобразив обиженного, то ли обидевшись на самом деле. Я надеялся, что у нас с ним еще будет возможность поговорить, когда он перестанет искрить и фонтанировать эмоциями. Юрген быстро воспламенялся, но, к счастью, успокаивался тоже мгновенно. Я был уверен, что уже утром он придет ко мне поговорить по душам и попрощаться по-хорошему.

– Без главного дурака здесь станет скучно, – сказала Ада, появляясь как всегда с неожиданной стороны. Она возникла напротив, за барной стойкой, потеснив Синего Джо в другой угол. Там, где появлялась Ада, сразу устанавливался ее миропорядок. Красивая, высокая, в облегающем синем костюме то ли с широкими штанами, то ли с узкой длинной юбкой, в вызывающем декольте, она всегда смотрела на мир сверху вниз. Лично меня в присутствии этой жгучей брюнетки начинало слегка знобить.

– Ты слышал о злых калах? – спросила она, забирая мой апельсиново-крысиный бокал, из которого я так и не успел отхлебнуть. – Нянька в детстве часто меня ими пугала.

– У тебя, наверное, была армия нянек, детка, и каждая рассказывала что-то ужасное. Оттого ты выросла такой безрассудной.

Ада отпила и скривилась, но не от крепости, а от того, что напиток не произвел на нее впечатление.

– Не знала, что тут наливают лимонад, – пробормотала она, сплюнув на пол, а потом пролив туда же немного из бокала. Под моим табуретом образовалось солидное пятно. – Так вот. Калы охотятся на людей, как те на животных. Если догоняют, то бьют по голове невидимым топором, и тогда у человека случается помутнение рассудка. Калы – остроголовые, одноглазые, с длинными ногтями и острыми зубами. Чем-то похожи на ваших крысалов. Я думаю, что где-то в лабиринте во время гонок на тебя напали калы, и поэтому сегодня ты сошел с ума и сказал чушь вместо того, чтобы поздравить меня с победой.

Всегда было трудно понять, что Ада имела в виду на самом деле.

– Вообще-то, я все это затеял только ради тебя, – я взглянул на нее со всей серьезностью. – Когда получу паспорт, стану работать и превращусь в добропорядочного гайрана, у меня появится шанс предложить тебе руку и сердце.

При слове «гайран» красивое лицо Ады скривилось от отвращения. Так в простонародье называли обычных граждан Маргута, проживающих в Угодье на правом берегу Мары и не являющихся высокородными. Гайранов придумал народ в противовес дворянам.

– Ты теряешь свой шанс прямо сейчас, – прошипела она. – Я ни за одним мужчиной так не бегала, как приходится за тобой. Пошли наверх прямо сейчас. У Синего Джо наверняка найдется для нас уютное гнездышко на пару часов.

Эта наша с ней игра длилась слишком долго и должна была рано или поздно закончиться. Я знал, что моя внешность нравится женщинам, но мне не хотелось ни становиться частью коллекции Ады, ни вписывать ее в свой личный список мимолетных любовных увлечений. Стройная фигура, длинные ноги, большая грудь – да она могла быть мечтой любого. Каждый раз игнорируя ее намеки, я чувствовал себя дураком, но в то же время понимал, что только так смогу продлить наши мученические отношения. С ней поневоле приходилось становиться мазохистом.

Ада любила распускать слухи о том, что готова заплатить мужчине за хороший секс, но я также знал, что кокон лжи вокруг себя она сплела такой прочный, что до настоящей Ады здесь, в Подполье, точно не докопаешься. В нижнем Маргуте к сексу относились легко. Если человек отвечает взаимностью, согреться телом и душой – святое право любой пары. Я нравился Аде, и она нравилась мне, но все, что касалось старшей дочери ДеБурков, правилам Подполья не подчинялось. Она хотела флирта и приключений, а я, всегда находя смешинку в ее гордом взгляде, каждый раз напоминал себе о том невесомом мосточке, который она проложила над пропастью между нами и который обрушится сразу, едва я удовлетворю ее и свой плотский интерес. Высокородная коллекционерка Ада переключится на новый объект и на этот раз не обязательно в Подполье. Вот такого я был о ней мнения. Впрочем, догадывался, что и ее оценка меня не зашкаливала.