Грубое совершенство
Шрифт:
Стоя рядом с небольшим автоматом вкусняшек среди одинокого коридора первого этажа, думаю, что бы взять. Сегодня я не брала в рот и крошки - из дома я выбежала под гудение бабушки о том, что я и так «анорексичка», мол почему я не ем. Но я просто не могла.
Подростки такие. Думают, что еда затушит всю внутреннюю боль. Но эта боль не всегда искренна, иногда это глупая мысль... внушение, которые хочется просто заесть, а иногда что-то поистине глобальное. Мне же и кусок в горло не полезет, если разум окутан переживаниями.
– Привет, - глухо слышится издалека и эхом отдается в стены. Закинув лишь несколько центов в автомат, столбенею и не смею шевелиться. Голос волшебным образом заставил оцепенеть в страхе за жизнь.
Подобно призраку, из воздуха является Кейн Уинтер с доброй улыбкой на лице. На его лбу красовались модные черные очки, подходящие идеальному образу накаченного байкера. Вжимаюсь в аппарат спиной, всем телом начиная чувствовать дрожь.
– Поч... поч-чему ты здесь?
– с трудом роняю я, а в голове образуется пресная каша вопросов без необходимых ответов. А он лишь прижимается ближе, продолжая улыбаться. Странная улыбка не спадала с его лица, побуждая волноваться от ситуации лишь сильнее.
– О чем ты? Аа-ааа, ты о полиции? На самом деле, это был не я. Все доказано, - он кивал.
– Позволишь купить крекеров?
– намекая посторониться, вымолвил добренький голосок, который был поистине неузнаваем.
– Я... я куплю тебе крекеров, - в считанные секунды оборачиваюсь к аппарату, докидываю центы и беру соленые крекеры со вкусом сыра. Быстро протягиваю, начиная кривиться в фальшивой улыбке. Даже это мне даётся с тяжким трудом.
– Д-держи.
– О, мои любимые, - скорее выхватывает угощение, начиная есть.
– Т-ты н-не злишься на меня?
– все осторожничаю я, чувствуя как возвращается невыносимая боль в конечностях.
Хруст печенья во рту моментально прекращается. Взгляд без лишних слов становится холодным и яростным. Воздух вокруг молниеносно превращается лёд. На мужском лице появляется дикий оскал, разбивший все надежды выжить.
С треском бросив пачку на пол, словно она никогда и не была ему нужна, дьявол сдавливает мою глотку, безжалостно и быстро прижимая к стене.
Дьявольский взгляд уставился прямо в мой. Чувствую лишь отток воздуха и постепенную потерю рассудка.
– Я просто в ярости, - злобно зашипел, не сводя очи с моих. Зрачки были немыслимо расширены, ноздри вздымались, и я в считанные секунды поняла, что он говорит правду.
– Да, сраная шлюха, это я убил этого козла. Это я был третьим в этой компании. Но ты меня сдала и думала всё, никогда не встретимся? Ошибалась!!!
– он яростнее сжал мое горло, вдавливая в стену.
Как в ту страшную ночь, я начала молиться, ожидать звонка, прохода ученика или учителя. Я ожидала спасение. Как в тот губительный раз. Любой, слышите, любой способ сейчас хорош. Просто... просто оторвите эти цепкие лапы от моего горла, дав мне бесценную возможность просто вздохнуть.
Ну или же ты, Кейн Уинтер, просто убей меня.
Целый день в моей голове крутилась мысль, что прошлая ночь и эта фраза были просто сном. Но теперь, когда я познала истину, не понимала двух вещей, как же он выбрался из полиции, и как он вошёл в мой дом.
– Я Гроза Далласа!
– продолжал он, точно специально щадя и не удушая до смерти. Акцент на одном - я должна его выслушать.
– Меня невозможно упечь за решетку, потому что я бескрайне богат. Я делаю деньги каждую секунду, и у меня богатая семья. Такой мошке, как ты, меня ни за что не посадить за решетку!!
– Н...
– начинаю говорить и тот ослабевает хватку, чтобы выслушать. Да, интерес взял верх. Мои лёгкие начинают ликовать, что получили доступ к кислороду, - н... некоторые люди настолько бедны, что всё, ч..
– делаю судорожный вдох, - чт-т-то у них есть - это деньги.
Злость пожирала его сильнее, заставляла к лицу прилить крови и задрожать. А вместе с этим - прессовать мою глотку лишь сильнее. Хриплю, стараюсь произнести простое: "Помогите!", но до невозможности сильные руки свёртывают крепче, и я напрочь забываю о вдохе.
Меня ждет смерть. Она поджидает меня. Вот она. Кейн Уинтер и есть мой путь к ней. Самый легкий и одновременно мучительный путь к смерти.
– Я убил человека, которого искал много лет. Этот скотина должен был умереть еще два года назад!!! Я нашел. Нашел убийцу моего брата, - смотрю в пол, в страхе что с лёгкостью превращусь в камень, если только посмею взглянуть на него.
– Черт возьми, да я просто счастлив!
Вскоре послышались удары капель воды о кожу дорогой куртки, и я позволила себе перенести взгляд на него. Он дрожал, и очень сильно. Точно крохотный кролик. С его лица градом сыпался пот, и я не понимала истинную причину таких порывов эмоций.
– Он... он ... мой брат должен был жить. Гад! Гад! Я убил его! Убил!!
– нервно продолжал дьявол, только сильнее сдавливая горло.
– Убил!! Убил!!!Убил!!
– с каждым им произнесённым словом я сильнее теряла рассудок.
Перед глазами поплыло. Я умираю. Да, можно я буду думать, что умираю? Пожалуйста.
Полная отчаяния, чувствую, как проваливаюсь в непонятный сон. Этот сон так легко уносит меня куда-то вдаль. Я вновь переношусь далеко от школы, от этого демона и от всех болей, сжирающих изнутри. В царство счастья и улыбок.
– Ада!! Ада!!!
– знакомый голос заполняет все окружающее пространство, и ко мне моментально возвращаются все человеческие чувства - переживание, волнение, боль.
Воздуха.
Мне срочно нужно сделать вдох.
– Нужна скорая!
– вскрикивают силуэты вокруг. Пытаюсь опровергнуть эти советы, но не могу произнести и слова. Словно немая, открываю рот, чтобы хоть что-то произнести, но выходят лишь яростные глотки воздуха, точно меня долгое время держали под водой.
– Почему ты плачешь?
– мальчишеский лепет чуть спугнул маленькую девочку, заставив ее затаиться на малое мгновенье.
– Потому что тебя забирают, а я сижу в этом мраке и не могу даже попрощаться с тобой.
– Но ведь Ада сильная, и она справится без меня. Ада сможет побороть все страхи внутри себя.
– К...
– хочет вымолвить малышка, но не может. Что-то мешает... В голове это "что-то" закрыто на замок, ключ от которого потерян. Это обрыв в памяти. Она не помнит его имя...
– К...
– точно зная, что хочет сказать, она повторяет попытку выговорить родное имя. Но не может... Что-то невидимое прикрывает её крошечный ротик.