Чтение онлайн

63. Бабочка

Лето ушло. Ушло сводящее с ума буйство красок и зелени, и неумолимо нависающая над миром Зима уже настойчиво заставляла прощаться с нежным и ласковым солнечным теплом. Я распахнул окно чтобы в последний раз понежиться в угасающих лучах и с удивлением увидел большую мохнатую бабочку, суорожно ползущую по подоконнику вслед за ускользающим солнечным светом. Я успел привыкнуть к этой бабочке, живщей этим летом в моей комнате, но только сейчас сообразил. что с приходом Зимы из моей жизни уйдет и она. Бабочка рвалась к спасительному теплу словно предчувствуя, что еще день-два и она, скованная морозом, бессильно затихнет где-нибудь в уголке. Холодный ветер, ворвавшийся в последний день Лета уже уколол ее ледяными пальцами, но бабочка все так же упрямо ползла вперед, надеясь укрыться от его прикосновений за жарким щитом солнца. Понимая всю тщетность ее наивной борьбы я с грустью смотрел, как выбиваясь из последних сил она пытается настичь последние лучи уходящего солнца. В какой-то момент она замерла, не в силах вырваться из ледяных объятий крепчающего ветра, а я, глядя на нее, с сожелением подумал, что как не старайся -нельзя остановить Зиму...

Но бабочка не знала об этом и сбросив-таки охватившее ее оцепенение в судорожном рывке достигла края подоконника, все еще щедро залитого ласковым живительным светом. Она окунулась в него, расправив свои хрупкие крылышки и впитывая последние крупицы отпущенного нам тепла. Мы вместе прощались с Летом.

По крайней мере я думал так до тех пор, пока она не взмахнула напоенными солнцем крыльями и, взмыв в воздух, не полетела вслед за исчезающим Солнцем.

Я знал, что это абсолютно безнадежная затея. Я знал, что грядущая Зима все-равно погубит ее. Я знал, что ей никогда не долететь туда, где вечное лето. В конце-концев, я был человек, а она - всего лишь бабочка! Но, черт возьми, как же я завидовал ей в это мгновение...

64. Принцесса и чудище

Все началось с того, что в Глухом лесу, том, что неподалеку от королевского замка, появилось страшное Чудище. Оно полыхало огнем, пугая мирных путников, и требовало, что бы в обмен на спокойную жизнь в королевстве, ему доставили местную Принцессу.

А Принцесса наша была красавица каких мало, видная такая девушка и потому сразу же нашлось много поклонников облачившихся в боевые доспехи и ускакавших в Глухой лес выручать свою возлюбленную. До самого утра не смолкал в том лесу лязг лат и звон мечей, прерываемый, время от времени, дикими предсмертными криками. Знатная видать была сеча, да только никто из ухажеров назад не воротился. На следующий день подоспели воздыхатели из соседних королевств, но и они все полегли в том проклятом лесу. Третий день тоже не принес радости, и, когда к вечеру в конюшни вернулось лишь несколько обезумевших от ужаса лошадей, Король наш пришел к своей дочери и так сказал, вытирая слезы.

– Дочь моя, не нашлось среди твоих женихов никого, кто смог бы одолеть чудище, и теперь, по нашим законам, мы должны либо отдать ему тебя, либо позволить безнаказанно хозяйничать в королевстве. Прости меня, старого, но я думаю, что ты сама должна выбирать.

Принцесса при этих словах тоже расплака-лась, но делать было нечего, и, увязав в узелок самые необходимые вещи, она, поутру отправилась в Глухой лес. Принцесса шла по разбитой дороге, и втайне мечтала о том дне, когда прискачет в этот страшный лес какой-нибудь отважный рыцарь и, убив это противное Чудище, освободит ее из неволи. Она все глубже и глубже погружалась в эту спасительную мечту, стараясь не замечать многочисленные останки тех, кто уже пытался убить Чудище.

Неожиданно где-то совсем рядом, на соседней поляне, раздался дикий рев и Принцесса с ужасом поняла, что она достигла цели своего путешествия. И тогда, собрав все силы, всю свою волю, что бы не уронить честь Принцессы даже перед этим Чудищем, она, глубоко вдохнув, будто прыгала в ледяную воду, вышла на поляну. Вышла и ... остолбенела от удивления.

Нет, Чудище было даже более безобразно чем она могла себе представить, но только оно не полыхало огнем, не крушило все вокруг и даже не брызгало ядовитой слюной, бегая по поляне в ожидании Принцессы. Вместо этого Принцесса увидела, как Чудище неуклюже, но очень осторожно и старательно пытается наложить повязку на ногу последнему из ее ухажеров, ускакавших в Глухой лес. Рыцарь лежал на спине и с испугом наблюдая за этим пытался незаметно дотянуться до большого двуручного меча лежащего рядом. Когда с перевязкой было покончено Чудище удовлетворенно крякнув потянулось так, что затрещали все его многочисленные хрящи. Но в этот момент оно заметило Принцессу изумленно наблюдающую эту сцену и стушевалось, как-то совсем по детски отвернув голову. Но переборов смущение оно оставило раненного и резво заковыляло к Принцессе.

В этот момент рыцарь дотянулся-таки до меча и, изловчившись, метнул его в Чудище. Хотя это и не очень-то удобно - лежа кидать тяжелый двуручный меч, ему это удалось и меч, хотя и неглубоко, но вонзился в шипастую спину Чудища. Оно рванулось, взревев от боли, и его огромный хвост с силой обрушился на ближайшее дерево. Дерево болезненно хрустнуло и рухнуло прямо на рыцаря, придавив его своим массивным стволом. Рыцарь вскрикнул и затих.

Принцесса испуганно и недоуменно следила за тем, как Чудище с мечом в спине, забыв о ней, кинулось к упавшему дереву и, приподняв его, вытащило рыцаря. Тот был уже мертв и Чудище, осторожно положив его на траву, обреченно опустилось рядом. Из шокового состояния Принцессу вывели огромные слезы текущие по щекам Чудища. Она осторожно приблизилась к нему и с удивлением услышала сдавленное бессвязное бормотание.

– Ну чего он ... Зачем? Я же не трогал его ... Хотел как лучше ... А он ...
– И так неподдельно было горе этого странного Чудища, так не похоже все это на то, что она знала о чудищах раньше, что Принцесса растерялась и даже принялась утешать плачущее навзрыд Чудище. Но от первых же ее ласковых слов оно вздрогнуло и зарыдало еще горше. Было похоже на то, что оно слишком долго молчало и вот теперь его прорвало.

– Ну почему они все так?! Я же никого первый не трогал, я только поговорить ... Ты такая добрая, мне рассказывали ... я только поговорить хотел, а эти ... Придурки! По хорошему же просил, чтоб не лезли, так нет же, каждый норовит копьем ткнуть, да еще в глаза метят. И куда не пойдешь везде эти идиоты ... Просил, умолял, все бестолку. А этот? Ну почему он меня со спины ударил, я ведь совсем не хотел никого убивать, мне бы только поговорить с тобой, только поговорить...

Потрясенная Принцесса впервые в жизни столкнулась с такими искренними и тяжкими переживаниями, это было так не похоже на те обычные сетования и вздохи которые она достаточно наслушалась в замке. И эта боль и обида Чудища захватили, захлестнули ее и, в какой-то момент, она взглянула на все это его глазами. Принцесса была обескуражена и поражена увиденным, она внезапно ощутила все безмерное одиночество и тоску Чудища по самой малой крохе тепла, тоску ежесекундно разрывающую его душу. В ее сердце, известном своей добротой и уже не видящем уродства этого чудовища, родилась жалость, та самая жалость с которой, подчас, и начинается Любовь. И, уже нисколько не страшась грозного вида Чудища, Принцесса с нежностью погладило его по голове и осторожно извлекла из кровоточащей раны большой рыцарский меч.

Я слышал, что с тех пор несколько отважных воинов пытались освободить Принцессу из заточения в Глухом лесу, но каждый раз все они ни с чем возвращались обратно. И вовсе не потому, что Чудище было непобедимо, а просто в том лесу больше никогда не бывало битв. Чудище с загадочной улыбкой встречало очередного освободителя и, в ответ на вызов, предлагало ему самому побеседовать с Принцессой. Не знаю уж точно, что она им там говорила, да только возвращались они из этого леса какие-то уж очень задумчивые. И по дороге часто, с удивлением и уважением, оглядывались на страшное Чудище провожавшее их долгим внимательным взглядом.

65. Зодчий

Землетрясение нагрянуло совершенно неожиданно, как это и полагается нормальной катастрофе. Но инстинктивное предчувствие опасности, выработанное за многие годы, вновь спасло Зодчего. И теперь, пытаясь устоять на колышущейся спине Земли, он в очередной раз наблюдал за гибелью Замка, которому посвятил столько сил и времени. Рушились изящные резные башенки, с треском лопались купола дворцов, и вдребезги разлетались прекрасные цветные витражи. Вскоре лишь огромная беспорядочно наваленная груда камней напоминала о возвышавшемся здесь еще недавно величественном Замке.

Но, едва лишь замер вдали грохот последней рухнувшей стены, Зодчий, как ни в чем не бывало, направился к развалинам и принялся расчищать место для будущего Замка. А когда он закончил, то уже точно знал, каким будет его новое творение.

Свой самый первый Замок он построил на этом холме так давно, что, честно говоря, уже толком-то и не помнил как тот выглядел. Запомнились только мириады затейливых башен, устремленных в небо, толпы зевак съезжавшихся полюбоваться Замком и страшный ураган, стеревший его с лица Земли.