Чтение онлайн

Наблюдавшая за этим Тияна не ощущала хода времени, картины сменялись перед ней, как кадры в кинофильме.

Очнувшись, женщина вспомнила о своей утрате и принялась горевать, не догадываясь, что ее ждет очередной удар судьбы: вскоре она узнала, что головы ее сыновей и других казненных враги вмонтировали в церковную стену для устрашения прихожан. Ужаснувшись, она упала рядом с этой стеной, и священник подумал, что на этот раз уж точно замертво. Но сердце женщины продолжало биться, а сон, похожий на смерть, продлился целых сорок дней, и в течение всего этого времени ее душа блуждала в потемках, тщетно пытаясь отыскать Бога, чтобы спросить его, почему на ее долю выпало такое страшное горе, которое она не в силах вынести.

Тияна и Йована всюду следовали за женщиной и стали свидетельницами ее встречи с неким существом, которое предложило ей свою помощь. Тияна не поняла, кем было это существо – такой же неприкаянной душой, как душа этой женщины, демоном, или, может, владыкой потустороннего мира, но оно точно не было Богом, хотя и откликнулось на зов женщины от имени Всевышнего. На нем были светлые одежды, излучавшие тусклое сияние, слегка разгонявшее тьму, но за пределами сияния тьма сгущалась еще плотнее, а глаза существа были чернее этой сгустившейся тьмы. Они выглядели бездонными дырами на светлом красивом лице, и его благодушное выражение не могло обмануть Тияну, но, судя по всему, обмануло женщину, преклонившую колени перед существом, подарившим ей надежду на избавление от душевной боли. Существо сообщило ей, что боль утихнет после отмщения, и впоследствии ни один враг никогда больше не ступит на землю, где стоит ее поселок, а если и ступит, то осядет на ней пеплом. «И пусть погибших сыновей уже не вернуть, – увещевало существо, – но ты найдешь утешение в том, что сможешь уберечь от смерти сыновей своих односельчан. Для этого ты должна вырастить себе защитника». Рассказывая, каким образом можно это сделать, существо склонилось к женщине и зашептало в самое ухо, словно заметило присутствие Тияны и Йованы, хотя до этого никто и нигде их не замечал – ни на поле боя, ни в церкви, и женщина, которую они преследовали, ни разу на них не взглянула.

Выслушав наставления, женщина поблагодарила «Всевышнего» и в следующий миг очнулась в каморке церковного притвора, а Тияна и Йована переместились туда вслед за ней. Священник, обнаружив, что его подопечная пришла в себя, страшно обрадовался и еще больше уверовал в Господа, хотя и прежде его вера была крепка несмотря на все лишения, связанные с войнами. Он принес женщине еды и вина и очень удивился, что она выглядит так, словно полна сил. Тияна догадывалась, что источником этих сил было существо из мира небытия: между ним и женщиной образовалась незримая связь вроде той, что соединяла ее и Йовану.

– Отныне у нас в поселке всегда будет мир! – сообщила она священнику, улыбаясь, и глаза ее почернели, превратившись в бездонные дыры, а по щекам поползли черные трещины.

Священник попятился, осеняя себя крестным знамением, а женщина поднялась со своего ложа и, ступая легко и бесшумно, направилась к выходу из церкви.

– Я скоро вернусь, – сказала она, обернувшись на пороге притвора.

Тияне показалось, что женщина видит теперь не только священника, но и их с Йованой, и не хочет, чтобы они следовали за ней.

Йована позволила женщине уйти, оставшись на церковной паперти, и Тияна долго цеплялась взглядом за худую женскую фигуру, до тех пор, пока та не растаяла вдали на фоне гор. Рядом стоял покрытый испариной священник и неистово крестился.

Женщина вернулась к вечеру. В руках она бережно несла яйцо, – на первый взгляд, обычное куриное яйцо, белое и не очень крупное, лишь чуть более продолговатое и сплющенное с одного бока, словно его скорлупа была тонкой и пластичной, как целлофан. Присмотревшись, Тияна поняла, что к курице, и вообще к птице, оно не имеет никакого отношения.

Это было яйцо змеи.

Тияну разбудил шум поднимающихся рольставень, и в первый миг после пробуждения ей показалось, что она видит Йовану, сидящую в изножье кровати, однако солнечный свет, стремительно наполнявший комнату, вытеснил это видение вместе с темнотой. В голове Тияны еще звучали отголоски кровавой битвы, рыдания женщины, лишившейся семерых сыновей, и зловещий шепот существа, обитавшего во мраке: «Ты должна вырастить себе защитника». Интересно, что бы это значило? Хотя, какая разница! Подумаешь, всего лишь сон, стоит ли искать в нем смысл? Спеша отодвинуть картины сновидения на задний план в надежде, что, оставленные без внимания, те поблекнут и больше ее не потревожат, Тияна сосредоточилась на предстоящем дне и вспомнила о том, что собиралась предпринять тайную вылазку в лес за грязелечебницей. Внутри возникло щекотное чувство от предвкушения момента, когда пакет Дульского окажется у нее в руках.

Выбравшись из постели, Тияна достала из сумочки телефон, еще раз перечитала сообщение Дульского и наконец-то удалила его. Других сообщений в мессенджере не было, да и быть не могло, ведь на территории грязелечебницы сотовая связь отсутствовала. Настойчивая просьба детектива о том, чтобы Тияна срочно и тайно уехала из грязелечебницы, вызывала тревогу. Что же он такое раскопал? Но все-таки по-настоящему она не чувствовала опасности. Кто и с какой целью мог причинить ей вред? Разве что, сумасшедшая Зорана вздумает явиться сюда, чтобы выместить на ней свою злобу на Йовану, но это маловероятно, да и не очень страшно, разве что обидно и неприятно.

За окном зашелестел дождь. Только этого еще не хватало! И откуда он взялся, если буквально несколько минут назад светило солнце?! Небо, сплошь затянутое серыми тучами, не оставляло надежды на скорое улучшение погоды. Тияна представила, как будет подниматься в гору по сырой и скользкой тропинке, и тоскливо вздохнула: да уж, закон подлости во всей красе.

На прикроватной тумбочке внезапно ожил стационарный телефон. Тияна совершенно забыла о наличии в ее апартаментах внутренней связи, и звонок произвел на нее эффект выстрела. Она вздрогнула, непонимающе уставилась на плоский черный аппарат рядом с ночником, и лишь через пару секунд до нее дошло, что надо снять трубку. Звонил Горан, поинтересовался ее самочувствием и на ответ Тияны, что с ней все в порядке, стал настаивать, чтобы она показалась доктору. «Ты вчера меня напугала двумя обмороками подряд, – напомнил он ей. – Обещай, что зайдешь сегодня во второй корпус, там принимает главный врач. Дежурная медсестра проводит тебя к нему».

Тияна пообещала, что зайдет, имея в виду именно второй корпус, и действительно собиралась сделать это, только по другому поводу. Само собой, идти к главному врачу она и не думала. Правда, удастся ли осуществить план, который обрисовал ей Дульский в своем сообщении, она тоже не знала. Ну и задачку задал ей детектив! Неужели нельзя было найти другой способ, как передать ей пакет с отчетом о расследовании и таинственными вещественными доказательствами?! Это же целый квест!

Над вершинами гор за окном кружили черные грозовые тучи, и мелко накрапывающий дождик мог вскоре смениться жутким ливнем. Тияна наконец-то разобрала чемодан, распихав вещи по шкафам и тумбочкам, обувь составила на обувную полку в прихожей, а для похода в горы выбрала черный трикотажный костюм и кожаные кроссовки с высокой рельефной подошвой. В одном из шкафов очень кстати обнаружилось несколько упаковок с дождевиками. Просто подарок судьбы в такую погоду! Правда, в дождевик самого маленького размера из всех имевшихся могло войти как минимум двое Дульских, но, подтянув кулисы на поясе и капюшоне, Тияна понадеялась, что теперь не должна потерять его по дороге. Содержимое сумочки она переложила в небольшой непромокаемый рюкзачок. Подумав, выложила телефон, спрятав его в ящик прикроватной тумбочки. Едва ли он ей пригодится. Даже если за пределами грязелечебницы удастся поймать связь, кому она может позвонить? Ни одной родной души на всем белом свете! А Дульский наверняка находится на территории курорта, и сигнал не пройдет, а если и пройдет, Дульский не ответит, он ведь строго-настрого запретил ей пытаться связаться с ним.

Около десяти утра Тияна вышла из апартаментов, рассчитав, что успеет не спеша позавтракать, и у нее еще останется время, чтобы собраться с духом перед ответственным моментом, когда медперсонал дежурного поста отправится в столовую обедать. Работа столовой была устроена таким образом, что сразу по окончании завтрака начинался обед, а после обеда накрывали ужин, поэтому прийти туда можно было в любое время за исключением получасовых перерывов на смену блюд. Об этом Тияна узнала из расписания, размещенного на первой странице красочного меню, которое лежало на тумбочке рядом с телефоном.

Пересекая холл первого этажа по направлению к выходу, Тияна поскользнулась и чуть не растянулась во весь рост на каменном полу, который вновь был измазан грязью, источавшей гнилостный запах. На этот раз грязи было гораздо больше. Оглядевшись, Тияна заметила, что из-под ниши с эмблемой грязелечебницы сочится черная пузырящаяся жижа. Выглядело это довольно жутко: казалось, грязь вытекала прямо из стены и медленно расползалась по всему холлу.

Заинтригованная, Тияна подобралась к нише, перешагивая через густые блестящие ручейки, и присела на корточки в надежде определить причину странного явления. Неприятная вонь затхлого водоема ударила ей в нос, и к ней прибавился запах гари, причем не свежий, а такой, какой долгие годы сохраняется на старых пожарищах, многократно политых дождями. Между нишей и полом виднелась щель, настолько узкая, что даже на расстоянии пары шагов ее уже нельзя было разглядеть, да и вблизи она стала заметна только из-за вытекающей грязи. За пределами ниши никаких щелей не наблюдалось, и это наводило на мысль о том, что ниша, возможно, вовсе не ниша, а замаскированная под нишу дверь. «Потайная дверь?! – Тияна ощутила трепет в груди от этой догадки, но тут же осадила себя: – Разве делают потайные двери на самом видном месте?» С другой стороны, что же это еще могло быть? Напрашивался вывод, что дверь не пытались тщательно спрятать. Если так, то обитателям этого здания должно быть о ней известно. Можно спросить у кого-нибудь из тех, кто здесь живет, только вот других жильцов, кроме Горана и Петры, Тияна пока не видела (день похорон, когда в холле собрались все пациенты и персонал, не в счет, ведь неизвестно, жил ли кто-нибудь из них в главном корпусе).