Чтение онлайн

– Еще как видела! Там фонари зажглись, стало светло. Хотя и не сразу, а где-то около двух часов ночи. Я с самого вечера наблюдала, ни на шаг от окна не отходила и уже думала, что ничего интересного так и не увижу, но как фонари зажглись, так я сразу поняла: что-то готовится!

Слушая Эллу, Тияна чувствовала, как ее душа сжимается, превращаясь в холодный тяжелый комок: неужели все правда?!

– И что же? – спросила она, не узнавая собственного голоса.

– Привели его… Человек десять их было, а может, и больше, я не пересчитывала. Сами все в черном с головы до пят, а он – в белом, в больничном, как всегда. Хоть и далеко, но я его узнала, он как раз под фонарем оказался, прежде чем его в лодку усадили. Потом ее баграми от берега оттолкнули и встали у воды истуканами. Стоят и стоят, и ничего вообще не происходит. Глеб в лодке лежит себе, как младенец в люльке, ждет, когда начнется исцеляющее чудо. Ну и дождался, что его молнией шарахнуло!

– Молнией?! – Такого поворота Тияна никак не ожидала, приготовившись услышать красноречивое описание ужасного дракона, спустившегося с небес.

– И не одной! Аж две молнии в одно место ударили, и осталась от бедолаги кучка пепла! Представляешь?! Вылечили, называется! Но, что самое удивительное, я ведь точно видела, что в небе были звезды, грозой и не пахло! Откуда молниям взяться?! Ну пусть даже пару тучек ветром принесло, но где это видано, чтобы молнии без грома так близко сверкали?! Такое впечатление, что эти врачеватели как-то подстроили фокус с молниями! Может быть, специальное устройство где-то было спрятано, да я не заметила? Бывают ведь всякие штуки, которые молнии притягивают или даже сами их производят! Я только одного не понимаю: зачем?! Или это, и правда, такое лечение, да что-то пошло не так и вместо исцеления больного испепелило, а? Что думаешь, милая?

– А вы не видели э-э-э… ничего необычного? – спросила Тияна, подразумевая дракона.

– Необычного?! – Элла вытаращила свои прозрачные глаза-льдинки. – То есть, все, что я тебе сейчас рассказала – это, по-твоему, обычное зрелище?! Ничего примечательного, да?!

– Нет, просто… – Тияна растерянно передернула плечами. Ну не спрашивать же напрямую, в самом деле: «А вы не заметили там огнедышащего дракона?» С другой стороны, Тияну прямо распирало от желания именно так и спросить. Но ведь если бы Элла его видела, то наверняка не утаила бы.

– Необычным было все, милая! – Элла коснулась ее локтя, приподнялась на цыпочки, заглянула в глаза и, понизив голос, продолжила: – Но, что самое странное, никто не расстроился из-за гибели Глеба. Все они просто повернулись и ушли. Я думаю… нет, я уверена, абсолютно уверена, что это было убийство! Только пусть это останется между нами. Мне не нужны неприятности.

– Обещаю, что никому вас не выдам. Но… разве это не повод заявить в полицию? Ведь могут погибнуть другие пациенты!

Элла нахмурилась, изогнув левую бровь.

– Знаете, по статистике большинство свидетелей убийств не доживает до суда. Ох… что-то у меня в горле пересохло! – Она огляделась, и ее взгляд остановился на летнем кафе, расположенном на крытой тентом веранде неподалеку от озера. – Идемте, выпьем чего-нибудь! Я так разволновалась, что меня одолела страшная жажда.

– А мне не мешало бы перекусить, – поддержала ее Тияна. – Я еще не завтракала и не обедала.

– Думаю, у них там должны быть не только напитки, но и какая-нибудь еда, – предположила Элла и не ошиблась: проблем с едой в кафе не было, меню оказалось почти таким же, как и в столовой, с той лишь разницей, что блюда подавались в одноразовой посуде. Тияна заказала филе индейки с тушеными овощами и капучино без сахара, а Элла ограничилась стаканом яблочного сока. Потягивая сок через трубочку, она ворчливо сообщила Тияне:

– Душу продала бы за глоток хорошей чистой воды, но здесь с этим большие проблемы!

Они расположились за крайним от озера столиком, выбрав место подальше от других посетителей.

– Да? – насторожилась Тияна, вспомнив предостережение Дульского о том, что воду из бутылок с фирменной символикой грязелечебницы пить нельзя.

– У меня от их воды страшная изжога! – Элла скривила губы. – Да и Роберт говорил, что она не очень… В общем, с некоторых пор я ее не пью.

– А есть какие-то новости о вашем друге? – спросила Тияна, воспользовавшись тем, что Элла упомянула о нем.

– Какое там! – отмахнулась та с горестным видом. – С ног сбилась, разыскивая его, расспрашивала и пациентов, и персонал. Никто толком не может ничего сказать. Как сквозь землю провалился!

– Ну хоть что-то ведь говорят?

– Да почти ничего! Те пациенты, с которыми он общался, не помнят даже, когда видели его в последний раз, а на сестринском посту меня попросили назвать его фамилию, чтобы проверить по базе, так я ее и не знаю…

– А если попробовать поискать по номеру комнаты?

– Вот беда, почему-то номер комнаты я тоже у него не выведала! – с некоторой ехидцей процедила Элла. – Знаешь, милая, кто-то может и в первые минуты знакомства в лоб спросить о семейном и финансовом положении, но я не так воспитана и с неприличными вопросами не лезу, если не планирую сразу испортить отношения. Мне не все равно, что подумал бы обо мне Роберт, спроси я у него, в какой комнате он поселился. Вдруг он решил бы, что я собираюсь к нему наведаться? А ведь он меня не приглашал! Мы и знакомы-то были всего пару дней.

– Каким же образом мы будем его искать, если кроме имени о нем ничего не известно? – Нахмурившись, Тияна склонилась над своей чашкой, словно надеялась прочитать ответ в кофейной гуще, оставшейся на дне.

Элла Линдер фыркнула, не вынимая трубочку изо рта, отчего в стакане с соком раздалось громкое бульканье.

– Если с Робертом что-то случилось по их вине, они все равно не скажут, даже если озвучить им его паспортные данные! У них на все один ответ: пациент уехал. Вот и про Глеба они так сказали, когда я спросила.

– Да что вы?! А у кого спрашивали?

– У дежурной сестры, она ведет учет заселяющихся и выезжающих. Эта девица и глазом не моргнула, когда отвечала мне. За время работы натренировалась врать, наверное.

– Она может и не знать правды, сообщила то, что ей велели говорить, и все, – предположила Тияна.

Элла презрительно сморщила нос.

– В таком случае она бы, пожалуй, проявила больше участия, а не смотрела на меня глазами мороженой рыбы! Нет, милая, в отличие от тебя я прожила на этом свете достаточно, чтобы суметь распознать такую неприкрытую фальшь. Возможно, будь она хорошей актрисой, ей бы удалось меня обмануть, но она медсестра.