Чтение онлайн

— А почему я должна была так подумать? Чем плохо слово «люблю»?

— Да ни чем. Но мало ли…

Валерия тихо рассмеялась и Юрика снова смогла нормально дышать.

— Я видела, как ты смотрела на меня вчера утром. Ты сама этого не замечаешь, но женское тело привлекает тебя.

Шестеренки в голове девушки зажужжали с феноменальной скоростью. У нее даже не было времени возмутиться на столь вызывающее замечание — она анализировала их разговор с самого начала и делала выводы.

Щелкнуло — картинка сложилась. И Юрике было необходимо так сформулировать свой ответ, чтобы из головы Валерии исчезла даже тень мысли о том, что ей…

— Виктория нравится мне не в этом смысле.

— И это хорошо, — кивнула Валерия. — Это правильно. Все-таки она твоя племянница.

— Вы этот разговор не просто так начали, — Юрика была очень зла на себя. — Только делаете вид, что беспокоитесь, хотя на самом деле все это вас забавляет.

Валерия только рассмеялась в ответ и положила руку на плечо девушки.

— Милая, в чем ты меня подозреваешь? Я не из тех, кто получает удовольствие от игры на чужих чувствах и желаниях.

Юрика почти агрессивно разорвала установившийся физический контакт и отошла на безопасную дистанцию.

— Но играете. Я тоже умею цепляться к словам, знаете ли. Так зачем вам это?

— Не ищи черную кошку в черной комнате — ее там нет.

— Вы сами не лучше. Обвиняете меня во всякой чепухе.

— Я не обвиняю. Я знаю.

Юрика сжала кулаки и выйдя вперед, остановилась, преграждая Валерии дорогу. Развернувшись, посмотрела ей прямо в глаза.

— А может быть, вы и сами… того? Пристаете к несовершеннолетней, намеки неприличные делаете. Что скажет дядя, когда узнает?

Но решимость девушки открыто противостоять матери Виктории мгновенно испарилась, когда та сделала шаг навстречу и снова положила руку ей на плечо — Юрика сразу отступила, сдавая все позиции.

— У Дженази великолепный слух.

Юрика нервно обернулась. Ее дядя вместе с Ранмаро, Викторией и Просперо ушли далеко вперед.

«Ты же не думаешь, что я тебе это так просто оставлю, дядя? Что, так сложно спасти меня от этой… этой… Твою ж, приличные слова закончились…»

— Неловкая ситуация, правда? — теперь было определенно точно понятно, что Валерия получает удовольствие от вида растерянной Юрики. — Но знаешь, сбежать никогда не поздно. Это лучше, чем сказать то, о чем потом будешь жалеть.

Юрика представила, как поворачивается спиной к женщине и уходит, а она насмешливо смотрит ей вслед.

«Никогда!» — эта мысль огнем смела все пораженческие поползновения слабых сторон ее характера. Появилось желание ударить в ответ.

— Что вы думаете обо мне? Знаете, когда требуешь от человека искренности, нужно отвечать взаимностью.

Девушка и глазом моргнуть не успела, как оказалась в крепких объятиях Валерии. Дыхание перехватило — одним из основных неудобств в диалоге с женщиной была разница в росте. Ощутимая разница, глаза Юрики находились на уровне груди матери Виктории.

— Что я думаю о тебе? — ласково произнесла Валерия. — Много чего, дочь Ришари. Некоторые мои мысли лучше бы никогда не озвучивать. Некоторые никогда не будут озвучены. Но вот я обняла тебя — и мне стало легче. Злое уходит, я забываю, кто ты, и остается только тепло тела. Славный милый ребенок. Я никогда не причиню тебе вреда.

Объятия разжались, Юрика оказалась на свободе.

— Больше так не делайте. Никогда, — дрожащим голосом сказала она, все еще помня пальцы, которые перебирали ее волосы.

— Хорошо, — только и ответила Валерия, оставляя Юрику в одиночестве. Нужно было догнать Дженази и остальных.

«Теперь мне придется держаться от нее… подальше,» — решила про себя девушка, и сохраняя образовавшуюся дистанцию, отправилась следом.

21:30, 20 июля 1014 года, Федерация Вердиро, республика Кайлена, Эдельбрасс.

Город, о котором рассказала Валерия, носил звучное название Эдельбрасс, которое не совсем подходило для его улиц, обильно украшенных цветочными клумбами. В основном это были тюльпаны, и в большинстве своем красные. Обилие этого цвета в багровых лучах практически скрывшегося за горизонтом солнца притупляло зрительное восприятие, глаза оставались под воздействием однотонной гаммы даже тогда, когда человек закрывал их или смотрел туда, где тюльпаны не попадали в поле зрения.

Эдельбрасс был городом красных тюльпанов.

А если бы горожане избрали в качестве цветочного оформления улиц что-нибудь менее эффектное, он стал бы городом можжевельника, ажурной ковки и барельефов. Можжевельник рос везде, где не были посажены тюльпаны; уличные фонари, лавочки, балконы и ограды потрясали вычурностью металлических декоративных элементов; над каждой второй стеной городского здания, похоже, поработал скульптор, который задался целью превратить это место в одно огромное произведение искусства — каменные композиции были связаны между собой в первую очередь своими сюжетами, и уже потом техникой исполнения. Которая не менялась, в какой бы глухой переулок гость Эдельбрасс не решил заглянуть. Воистину, работа Бога Скульптуры.

А еще Эдельбрасс был городом праздничного настроения — если забыть о зрении и положиться только на слух и обоняние. Музыка и гомон большого скопления народа, свист и грохот редких фейерверков, даром что солнце не успело полностью скрыться за линией горизонта; будоражащие воображение и желудок ароматы всего того съестного, что только могли предложить шашлычные, закусочные и булочные.

Эдельбрасс был городом, который любил своих гостей.

Эдельбрасс был городом, в который его гости влюблялись с первого взгляда.

Юрика, по-крайней мере, влюбилась в него сразу. И это чувство быстро переросло в истинную любовь сразу после того, как она столкнулась взглядом со своим отражением в одной из стеклянных витрин: ее волосы терялись на фоне огромной цветочной клумбы за спиной. Впервые в жизни девушка стала незаметной без своей вязанной шапочки.

— Юрика, не отставай! — голос Ранмаро отвлек ее от глубокого созерцания картины собственной непримечательности. Валерия вела их в центр города, туда же, куда стекались основные потоки отмечающих праздник людей, и останавливаться совсем не собиралась.

— А что за день сегодня такой? По какому поводу праздник? — спросила девушка, догнав группу.

— Без малейшего понятия. Тетя должна точно знать, — ответил ей брат.

— Да, она точно должна знать, — мгновенно согласилась Юрика. — Мне, собственно, без разницы. Спроси у нее, долго нам еще идти? Есть хочется…

— А почему именно я? — удивился Ранмаро.

Девушка сделала вид, что ее заинтересовало костюмированное шествие, которое вышло на центральную улицу на одном из перекрестков из-за угла очередного здания.