Чтение онлайн

– Ах да! Твой счетчик...

– Называй его законным именем - шагомер.

– Твой шагомер...

– ...Сказал мне, что я сделал тринадцать тысяч тридцать три шага. Один мой шаг составляет примерно семьдесят пять сантиметров, отсюда следует, что мы находимся в десяти тысячах метров к западу. Ведь ты допускаешь, что мой компас болтается не напрасно...

– Тогда у меня какое-то помрачение зрения...

– Почему?

– Еще бы, мое милое дитя, я совсем запутался. Направление в глубь страны должно привести нас к местности, прилегающей на востоке к реке Марони, на юге идущей вдоль золотых приисков Гармуа и Шовен, на западе вдоль прииска Лаланн, а на севере ограниченной линией от двух бавольников* возле Маны к заливу Парамака.

______________

* Бавольник - то же, что хлопчатник; древовидная тропическая разновидность, дерево высотой до семи метров (семейство мальвовых).

– Браво! Твоя память безошибочна, мой друг.

– Безошибочна и точна, как великолепная карта Людовика Этропа, правительственного геометра.

– К чему ты клонишь?..

– А к тому, что мы с тобой не находимся в искомом месте.

– Но почему же?

– Очень просто. Мы рассчитываем найти заповедный уголок, нетронутую землю с большими деревьями, уединенными речками, девственной почвой, а попадаем в обжитой район, в самую сердцевину горных разработок.

– Ты прав. Мы находимся на золотом прииске.

– А! Я все-таки прав! Моя старая седая борода берет верх над твоими щегольскими усиками!

– Ты прав, повторяю, и все же мы находимся именно там, куда хотели попасть.

– Но тогда этот тип...

– Первый захватчик, пришлый чужак... Явление, впрочем, довольно распространенное. Колониальная юриспруденция его предусмотрела. На золотоносных землях старое правило "Владение требует документа" перевернуто вверх ногами. Имеющий документ выступает единственным владельцем.

– Что же нам делать?

– Продолжать разведку, познакомиться с этим или с другими собственниками "in partibus"* золотых россыпей и поладить с ними полюбовно. Не тревожься! Берусь устроить все так, чтобы каждая сторона осталась довольна.

______________

* На чужбине (лат.).

– Полностью полагаюсь на тебя, милое мое дитя, - заключил первый собеседник. - Пойдем вдоль этой речки с белой водой, куда-нибудь да выйдем!

– Вперед, мой славный друг, я следую за тобой!

По любезному тону этой беседы читатель, думаю, понял, что разделявшие в данный момент двух спутников разногласия не заключали ничего язвительного, их даже дискуссией трудно назвать, а тем более ссорой.

Старший из двоих - мы знаем, что у него седая борода, - мужчина лет сорока двух - сорока четырех, с живым взглядом и светлой кожей. Его мощная грудь глубоко вдыхала ароматный воздух гвианского леса; судя по всему, он не испытывал никаких неудобств. Пот струился по лицу, однако он продолжал идти с той уверенностью и проворством, которые указывали, что лесные маршруты для него - дело привычное. Его брюки из грубого голубого холста были заправлены в крепкие кожаные ботинки рыжеватого цвета, охотничья куртка засунута под лямку ружья, которое он нес на перевязи, а правая рука сжимала деревянную рукоятку короткого, слегка изогнутого мачете.

Рукава его промокшей от пота сорочки с расстегнутым воротом были завернуты выше локтя, голова прикрыта белым шлемом.

Он являлся надежным компаньоном, волевым, мужественным, полным искренности и сердечности. Изредка в лице мужчины мелькало выражение легкого галльского лукавства*, а акцент выдавал белого из метрополии.

______________

* Галльское лукавство - специфически французское (от древнего названия Франции - Галлия).

Его спутник - высокий молодой человек, не старше двадцати трех лет. Тоже белый. Тонкие каштановые усики оттеняли верхнюю губу. В больших черных глазах виделся отблеск вороненой стали. Красивое лицо с правильными чертами несло отпечаток неукротимой отваги и решимости. Однако добрая улыбка, открывавшая ослепительно-белые зубы, смягчала это впечатление, усиленное беспокойным пристальным взглядом.

Одежда и снаряжение молодого человека говорили о его стремлении к элегантности и комфорту. Шлем из спрессованных побегов проса, покрытых белой фланелью, отличался необычайной легкостью. Желтая фуляровая сорочка* свободно облегала широкую грудь. Крепкие ноги были обуты в шнурованные ботинки и мягкие обмотки с застежками по бокам.

______________

* Фуляровая сорочка - рубашка из тонкой и мягкой шелковой ткани фуляра.

Брюки из сурового полотна надежно защищали от колючек и режущих трав. Отличное ружье "чокбор"* работы Гинара, последнее слово огнестрельной техники, покоилось на плече. Свое мачете с превосходным лезвием и наборной рукоятью он нес в кожаных ножнах, подвешенных к поясу, на котором еще удерживалась револьверная кобура и патронташ.

______________

* Ружье "чокбор", т.е. со стволом, просверленным изнутри особым способом - с перехватом - для увеличения скорости и кучности полета дроби.

С удивительной ловкостью юноша преодолевал хаотично загроможденную территорию золотого прииска. Одно удовольствие было наблюдать, как он перепрыгивал через траншеи и ямы, перемахивал через поверженные навзничь деревья, сновал вокруг пней и бугров. Несмотря на долгий переход и невыносимую жару, он казался таким же бодрым и свежим, как в самом начале.

Шестеро носильщиков сопровождали двух белых. Четверо негров и двое китайцев были тяжело нагружены провизией и горняцкими инструментами. По знаку старшего они расположились на поляне и принялись готовить трапезу.

Европейцы прошли еще несколько шагов и в ужасе остановились при виде безжизненного тела, распростертого в луже крови. Смятение длилось недолго. Повинуясь инстинкту осторожности, развитой беспокойной лесной жизнью, оба зарядили ружья и внимательно оглядели местность.

Не заметив ничего подозрительного, старший наклонился над неподвижным телом и с видом человека, которому многочисленные приключения дали кое-какой хирургический опыт, осмотрел зияющую под левой ключицей рану.

– Умер? - с беспокойством осведомился компаньон.

– Нет, но едва дышит.

– Бедняга! - с глубоким сочувствием вымолвил молодой человек.

– Мы не можем оставить его здесь в таком состоянии. Через несколько минут он окажется на солнцепеке. Прежде всего необходимо перенести раненого в тень. Засохший панакоко не спасет от солнечного удара. Постой-ка! - В голосе говорившего прозвучало удивление; он заметил цветок виктории, прикрепленный с противоположной стороны ствола над головой аймары. - А это что еще такое?

– Ей-богу, я знаю не больше, чем ты. Раненый человек - белый. Он в шахтерской одежде. Если бы я мог допустить, что индейцы способны напасть на человека нашей расы, то эти странные эмблемы - одна из их дьявольских выдумок.

– Возможно. Но нет времени проверить это предположение: больной требует неотложной помощи, надо торопиться.

– Не отнести ли его домой? Вероятно, это недалеко...

– Да, но сперва необходимо перевязать рану. Она кровоточит при каждом вздохе, хотя дыхание вот-вот иссякнет... Должно быть, задеты легкие. Эй, там! - крикнул мужчина неграм. - Требуются двое добровольцев с носилками! Двойная плата и двойной паек для тех, кто доставит этого белого в хижину!