Чтение онлайн

И не удивительно: Женька жила свою тихую жизнь тридцатилетнего человека, которым в последнее время спамеры, рекламщики и телефонные мошенники интересуются чаще, чем друзья. И вдруг совершенно незнакомые люди начинают писать ей всё, что взбредёт им в голову, оценивать её поступки, навешивая на них пискливые гирлянды собственных мнений. Они лучше её знают, как ей следует жить, кого спасать и куда отправлять деньги. Или наоборот: они просят её дать номер карты, чтобы что-то перечислить «на нужды собаки». Одни готовы взять собаку на передержку прямо сейчас; другие пишут, что история со змеёй — выдумка, автор же — просто будущий релокант, которому некуда деть животное. Приехали. Осталось только туфельки надеть и начать ездить в джипе.

Женька никогда не мечтала стать знаменитой — и происходящее только упрочило её не-мечту. В одиннадцать вечера она выключила телефон с мыслями о том, что эта штука шипит и жалит не хуже змеи. Больше всего Женьке хотелось теперь снова оказаться в той атмосфере покоя и постоянства, из которой она уезжала в деревню. Пусть Пётр бурчит по утрам и шаркает тапками, пусть будет всё, что угодно, но только не это, не это, не… Прижавшись к мужу, Женька крепко уснула.

Пётр ушёл на работу ещё до пробуждения жены. Она встала, когда солнце было уже высоко над лесопарком, вид на который открывался из окна их спальни на восьмом этаже. И если раньше Женька почти сразу после пробуждения включала телефон, открывала любимые каналы и за приготовлением завтрака слушала подкасты или смотрела видео, то сейчас один вид этой штуки портил ей настроение. И Женька решила провести утро в тишине. Шум машин, соседские звуки за тонкими панельными стенами — всё это может быть куда интереснее, чем содержимое телефона!

Женька чувствовала себя воришкой. День был в разгаре, а она ещё не вышла на связь с миром. Она воровала себя у тех, кто ждал её ответа, она не спешила к раскинутым ею сетям, в которые за ночь попалось столько сообщений, уведомлений, заявок… Что она, в конце концов, себе позволяет? От мысли об этой дерзости красть себя было ещё приятнее. Подумать только: если вообще не включать телефон — жизнь изменится радикальным образом. Вот это была бы революция! Никогда раньше Женька не была так близка к баррикадам.

Но в половине двенадцатого консерватизм взял своё — и маховик цивилизации снова был запущен.

Поля сообщала, что у Дианы всё хорошо, и спрашивала, не нашлись ли на неё «добрые руки». Для того чтобы честно ответить на этот вопрос, Женьке нужно было зайти в сеть и начать разбирать «улов».

В мутной воде разнородной информации водились и хорошие «рыбы». Несколько человек спрашивали, где и когда можно посмотреть собаку. Женька открыла все профили, изучила страницы, всмотрелась в фотографии. Люди показались ей приличными, никого «отбраковывать» не пришлось. Тогда Женя решила, что первым поедет к Диане первый из написавших. Им оказался мужчина из Женькиного города, лет сорока пяти, семьянин, дачник. Женя отправила ему Полин адрес, дала телефон сестры и Сергея. Но не получилось: «Извините, передумали. Жена против».

Тогда Женька написала следующему кандидату — мужчине под сорок. А что, самое время воплощать детские мечты о собаках, не так ли? На странице было сказано, что он сотрудник лесхоза. И больше ничего примечательного. Но лесхоз Женьку обнадёжил. Как раз то, что нужно для собаки. В самом деле: какая из неё охотница и напарница для Серёги? Пусть лучше лес охраняет.

Женька написала «лесхознику» адрес и номера телефонов. Тот довольно быстро отреагировал, сказал, что сможет подъехать завтра или послезавтра. На том и сговорились. Другим желающим отправиться на Дианкины смотрины Женя пока не отвечала. Комментарии не просматривала, заявки в друзья не принимала — словом, не отпустило. Дело шло своим чередом, и наконец можно было спокойно заняться чем-то другим… Приготовить обед, ответить на сообщения учеников, писавших ей о вступительном экзамене, а потом прогуляться по магазинам.

Женька как раз стояла в очереди в магазине косметики, когда ей пришло сообщение от человека из лесхоза: «Почитал комментарии под вашим постом. Не обращайте внимания на тех, кто пишет, что история со змеёй — выдумка. Такие истории в той местности не редкость. И не всегда они заканчиваются так благополучно, как ваша. У меня там дом недалеко, по другую сторону леса, — я знаю, что говорю».

Отвечать сразу Женька не стала, словно боясь спугнуть какую-то удачу. Действительно, этот вариант казался ей очень даже подходящим. Пусть бы Дианка поселилась за лесом у доброго человека и стала спутником его добрых дел! Женька шла домой с радостью, будто это не для Динки, а не для неё самой открывались какие-то новые дороги и по-настоящему важные дела, которых так не хватает в повседневности.

Придя домой, Женька открыла чат и написала: «Спасибо вам за поддержку!» Ей хотелось написать что-то ещё — о Дианке или задать какой-то вопрос, — но она не решилась. «В какое время удобнее подъехать завтра? Когда вы будете дома?» — пришло в ответ. «Дома буду не я, она сориентирует по времени». — «Понял». На этом сообщения прекратились.

Вечером следующего дня собаку забрали. Поля специально договорилась с Владимиром на шесть часов, чтобы дети смогли провести еще один день с собакой. Поля и сама привязалась к Дианке. Грустно от её отъезда было всем, не считая котов. Все прощались с Дианкой, жали ей лапы, желали счастливого новоселья, фотографировались на память с ней и её новым хозяином. Собака ему сразу понравилась, и он понравился ей, хотя ей, кажется, нравились все, кто глядел на неё с улыбкой.

Владимир сказал, что раньше у него уже была собака, но она умерла, и долгое время он даже думать не мог о том, чтобы кого-то взять. Полино семейство слушало его с пониманием. Однако, сказал Владимир в последнее время он всё чаще стал думать о новой собаке. И решил: если суждено ему снова стать хозяином, его собака сама его найдет, как нашла когда-то покойная лабрадорша Лаура. А еще он знал: у его собаки должна быть своя история, своя судьба. Холёного щенка из рук заводчика он брать не хотел.

В ту социальную сеть, где Женька разместила свои пост о Диане, он не заходил «сто лет». Женькину публикацию увидел благодари другу — тот отправил ему ссылку. Отправил просто так, без комментариев. Знал, что Володя интересуется необычными собачьими историями. И не прогадал…

Обо всём этом Поля рассказывала Женьке с воодушевлением. В конце концов, у Женьки сложилось впечатление, будто какой-то большой и важный семейный праздник отметили без неё. Она жалела, что уехала из деревни так рано, что не дождалась развязки. И почему не дождалась? Потому что Пётр не любит, когда она надолгo покидает дом без него. Аргумент, работавший ещё неделю назад, казался теперь нелепым.

Женьке было жаль, что она уже никогда не увидит Дианку, не узнает, какой она вырастет. Xoтя и так было ясно: хорошей, верной, совсем не злопамятной. И как всё славно для неё сложилось! Поля прислала прощальные фотографии. А вместе с ними — как ответ на Женькино «жаль» — ссылку на блог Владимира.

Оказалось, что новый Дианкин хозяин — блогер. Ведёт просветительский канал о лесе. В основном снимает короткие видео…

Женька сразу попалась на удочку: она смотрела ролик за роликом, читала пост за постом и не могла оторваться. То она попадала в лес весенний, то в зимний. Узнавала о соснах, ягодах, муравьях, о грибном мицелии… Присутствовала на посадках леса и на лесных субботниках, смотрела, как работают волонтеры. Натыкалась на следы кабана, косули, чуяла присутствие зверя в зарослях иван-чая и рассматривала лесную гвоздику. И всюду ее водил за собой обаятельный и простой человек в лесной форме и высоких сапогах, с хорошим чувством юмора. На старых видео он ходил по лесу в компании большой собаки Лауры; просмотров и комментариев под такими роликами было особенно много. Люди в комментариях называли Володю «современным Пришвиным» и уговаривали его писать книги о лесе… Но не всё в этом блоге был так идиллично. Рассказчик, не стесняясь в выражениях и не скрывая эмоций, говорил о незаконных вырубках леса, показывал мёртвые деревья и свежие пни. Он говорил о том, как быстро исчезают леса в регионе, рассказывал истории о хищных зверях, которые всё чаще стали выходить к поселениям, потому что дичи в лесах, как и самих лесов, становится меньше…