Harlow Hemmings
Шрифт:
Этот план становился все хуже и хуже с каждой секундой.
Я даже не знала, как Ханна относилась к этим людям, учитывая опыт предыдущих недель, она должна была быть грубой и стервозной с семьей своего жениха. Я знала только, что Ханна работала в корпорации Стайлсов, в качестве личного помощника Гарри. На ум сразу приходил вопрос, серьезно ли она относилась к своей работе, или стала помощником Гарри Стайлса только для того, чтобы следить за ним.
Я смотрела на здания, медленно проносящиеся мимо, и мои нервы были на пределе. Чарлстон был симпатичным городом, с множеством исторических зданий, окруженных лесами, и если бы я не была так напугана, мне бы понравилось это место.
Но мне было страшно, и я не хотела делать этого.
– Мисс Хеммингс, мы на месте.
Голос водителя отвлек меня от раздумий.. Я так потерялась в своих мыслях, что даже не поняла, когда мы остановились перед огромным особняком и, глядя на него, я, наконец, поняла, что имел в виду Смит, когда говорил о старой финансовой аристократии.
Каждый угол дома дышал историей, и я была уверена, что об этом здании есть несколько интересных легенд.
– Спасибо… – я замолчала, когда поняла, что не знаю имя водителя, который открыл для меня дверь и помог выбраться из машины.
Мои взгляд упал на бейдж у него на груди.
– Трэвис.
Он улыбнулся.
– Я понял шутку, мисс Хеммингс, - сказал он, извиняясь, и я смутилась. – Я знаю, что на мне рубашка моего отца, потому что он заболел. Извините, что не представился должным образом. Я Филлип.
Он протянул мне руку, и я просто нерешительно посмотрела вниз. Должна ли я пожать ему руку, или нет?
Филлип неправильно это понял, и его лицо стало ярко-красным.
– Мне очень жаль, я не хотел оскорбить вас…
Он опустил голову, и я была ошеломлена.
Я решила пойти против моего первого намерения ответить вежливо, думая об отношении Ханны к персоналу во Франции.
– Пожалуйста, убедись, что мой багаж отнесут в мою комнату, Филлип, - наконец сказала я ему пренебрежительно и сразу почувствовала себя плохо, когда увидела его унизительное положение.
Одетая в кроваво-красный пиджак с соответствующей юбкой, которая, на мой вкус, заканчивалась слишком высоко над коленями, я медленно шла по гравийной дорожке к входной двери, пытаясь не споткнуться в туфлях на высоких каблуках. Я осмотрелась, но вокруг не было никого, только молчаливые деревья тихо качались от ветра.
Я устала. Полет был долгим и изнурительным, я даже не могла вспомнить названия аэропортов, в которых я останавливалась в ожидании следующего рейса. Смит остался во Франции, продолжая поиски Ханны.
А Стефани… Ну, я не знаю, где она была в этот момент. Я скучала по ней и нашему дому, но я не могла вернуться, не сейчас.
Я посмотрела вниз, чувствуя себя странно. Смит отправил меня в салон красоты в Париже, поэтому, когда я смотрела на свои наманикюренные руки, даже они чувствовались другими.
Наконец, когда я взяла себя в руки и набралась смелости выйти из своей комнаты, то пропустила свой самолет. Вот почему они отправили за мной лимузин – я прилетела на три часа позже.
Я разговаривала с Гарри несколько раз после того первого телефонного звонка, воспоминания о котором заставляли меня краснеть.
Он часто звонил мне, и я предполагала, что он был хорошим парнем, судя по тому, как он говорил. Гарри был умным и хорошо воспитанным, и я начала с нетерпением ждать его звонков.
Всякий раз, когда мы разговаривали, наши разговоры были деловыми и короткими. Я была уверена, что он был смущен, но так как я действительно не имела ни малейшего понятия о динамике отношений между Ханной и Гарри, это было меньшее, что я могла сделать.
Теперь я, наконец, здесь, и начинается большое шоу. Мне хотелось заплакать и сказать, что я не готова, но, честно говоря, кто может быть готов к чему-то незаконному, вроде этого?
Если вспомнить жизнь с матерью, я одна вела хозяйство, решала проблемы Люка со школой, одна проповедовала ответственность и честь, не только на словах, но и живя с этими ценностями.
Сейчас я стояла перед особняком Стайлсов, рассматривая красивую резную дверь, и шла против всего того, что я ценила.
Но у меня не было времени колебаться дальше, дверь открылась, и внезапно я встретилась с парой теплых карих глаз на привлекательном лице. Я слышала, как Филлип выгружает мой багаж, но я могла думать только об одном: это парень, с которым у меня был секс по телефону.
Его взгляд медленно путешествовал по моему телу, затем вернулся к моему лицу, изучая его черты.
Мои щеки предательски покраснели, все что я могла чувствовать, был стыд. Эти мгновения нашей близости исчезли, когда я увидела радость, написанную на честном лице этого парня, который стоял как статуя.
Если бы он только знал, что смотрит не на свою любимую женщину… Мое сердце сжалось.
– Привет, - сказала я неубедительно, потому что не знала, что с собой поделать. – Я вернулась.
– Конечно, прости, детка.
Он слегка покачал головой, выйдя из оцепенения.
– Просто прошло очень много времени с тех пор, как я видел тебя в последний раз. Проходи.
Он крепко обнял меня, держа дольше, чем необходимо, но я предположила, что это было нормальным между влюбленными, делать такие вещи. Я до сих пор не могла побороть свое потрясение, когда осознала, что пути назад уже нет.
– Я так сильно скучал по тебе, - прошептал он, пока я просто неловко стояла.
Он обхватил мое лицо руками.
– Никогда больше не оставляй меня, поняла? – хрипло прошептал он, и затем отпустил меня, взяв мою руку. – Я не могу больше ждать. Пойдем со мной.
Он осмотрелся и просто потащил меня за собой, я чуть не споткнулась, когда пыталась следовать за ним.
– Эй, полегче здесь, - усмехнулся он и обнял меня, держа близко к своему телу, повел дальше. – Думаю, боги сегодня на нашей стороне. Никого нет дома. Ты принадлежишь только мне.
Я вдохнула запах его одеколона, и хотя это был приятный запах, я по-прежнему не могла сказать ни слова, чувствуя комок в горле. Осмотревшись, увидела только тяжелую антикварную мебель, лампы от Тиффани, портреты и картины. Когда он начал подниматься наверх, я ощутила мускулистое тело под моими ладонями, прижавшись к нему.