Harlow Hemmings
Шрифт:
Не говоря уже о том, что я могла представить, что делаю это с тем парнем в черном.
– Мы целуемся медленно, чувственно, мои пальцы запутались в твоих волосах, нежно дергая их, и ты стонешь в ответ… И я открываю свои губы навстречу твоим, и твой язык…
Мое сердце пропустило удар, и я запустила руку в свои волосы, воображая прикосновение мужчины.
Я откашлялась, прежде чем снова заговорить.
– Твой язык горько-сладкий, со вкусом ментола, из-за жевальной резинки. Он танцует с моим, трогает меня, заманивает меня в пещеру страсти, заставляя мое тело выгибаться от желания… и мне плевать, что мне нужно дышать. Все, что мне нужно в этот момент, - это ты и твоя страсть…
Мои пальцы двигались по клавиатуре в поисках следующего сайта, потому что эти слова взбудоражили меня, и я хотела большего. Я хотела действовать лучше.
– Ох… не останавливайся… скажи мне, где сейчас твои руки… – дышал он в трубку, и я была страшно горда собой. – Я бы отдал все, чтобы почувствовать твои губы на моих прямо сейчас…
Мое сердце екнуло от этих слов, сочась желанием, посылая мое тело в огонь, и я поерзала в кресле.
– Мои руки любопытны, - продолжала я дрожащим голосом. – Они одиноки, когда они не могут прикоснуться к тебе…
Перед моими глазами на экране появилась картинка – женские наманикюренные руки впиваются в загорелую мускулистую спину мужчины. Я почувствовала, что мое дыхание участилось.
– Я медленно расстегиваю твою рубашку, пуговица за пуговицей, тяну время, пока ты не становишься нетерпеливым, сбрасываешь мои руки и делаешь эту работу сам… Ты срываешь с себя рубашку, и я больше не могу удержать свои руки. Мои пальцы холодные, и ты немного дрожишь, когда я в первый раз дотрагиваюсь до тебя… но ты просто закрываешь глаза и наслаждаешься моментом абсолютного совершенства; мои ладони на твоей груди чувствуют твое быстрое сердцебиение под моей рукой.
– Что ты делаешь сейчас? – неожиданно спросил Гарри, пытаясь отдышаться.
Я пробежала взглядом по комнате, чувствуя себя виноватой, словно меня поймали.
– Ч-что? – пробормотала я.
– Я просто хочу представить тебя в своей голове, любимая, - ответил он.
Он хочет бросить мне вызов? Я могу ответить ему.
– Моя правая рука на моей шее, там, где я хочу чувствовать твои губы, посасывающие мою мягкую кожу… А моя левая рука медленно делает круги вокруг моего соска поверх халата.
Я покраснела, услышав свои слова, такие странные и не похожие на меня.
– Распахни свой халат для меня. Я хочу видеть это.
Его голос был хриплым.
Мои руки невольно подчинились его команде. Я была уверена, что он слышал мое сбившееся дыхание.
– Теперь я хочу, чтобы твоя грудь освободилась от этого раздражающего лифчика.
– Почему мой лифчик раздражает тебя? – спросила я, тяжело дыша, и выполнила его команду дрожащими пальцами.
– Я не давал тебе разрешения говорить! – прошипел он, и, черт, это было горячо. – Твое белье скрывает твою красоту, прячет ее от моих глаз… Может быть, я не позволю тебе носить одежду в моем присутствии, по крайней мере, месяц, и тогда мои глаза смогут купаться в твоей обнаженной красоте, когда бы я ни захотел посмотреть на тебя.
Ничего себе. Никто до этого не говорил мне ничего такого сексуального. Мое тело немедленно отреагировало на его слова.
– Продолжай, я хочу, чтобы ты поиграла со своими сосками. Положи свои пальцы между губ и смочи их.
Я сделала, как он просил, и мой стон был приглушен из-за пальцев.
– Хорошо. Теперь дотронься до своих сосков влажными пальцами и поиграй с ними. Представь, что ты чувствуешь на них мои влажные губы, когда мой язык прикасается к твоему твердому пику.
Я почувствовала напряжение между ног, когда подчинилась Гарри, и открытый ноутбук сразу же был забыт. Это было странно, я занимаюсь сексом по телефону с парнем, которого никогда не встречала, и он смог заставить меня нуждаться в произнесенных им шепотом грязных словах.
– Я чувствую, как ты покусываешь и играешь со мной, словно музыкант на своем любимом инструменте, - дышала я в трубку и ущипнула свой сосок, резко потеряв дыхание и получив стон в ответ. – Что ты сейчас делаешь?
– Я в своей спальне, и я уже касаюсь себя, - признался он без стыда, и я тихо застонала, представив эту картину в своей голове. – Мой член уже твердый, как камень, и пульсирует для тебя. Я никогда не был таким твердым раньше. Я могу взорваться в любую секунду… – порывисто прошептал он.
Святые угодники.
Я оставила левую руку на своем соске, делая его болезненно твердым, а моя правая рука скользнула вниз по моему животу, пока мои пальцы не оказались в моих трусиках.
– Играй со своей красивой розовой киской для меня, дорогая.
Его голос был хриплым от страсти. Я покраснела, зная, что никто не может увидеть меня.
Но все же я никогда не испытывала чего-то подобного. И Гарри просто не хотел останавливаться.
– Делай медленный круги вокруг своего клитора, как бы это делал я, если бы был там прямо сейчас. Используй только один палец, - повелел он, и мне ничего не оставалось, как подчиниться.
Я тихо закричала, когда наконец коснулась своего клубка нервов, посылая внезапные импульсы электричества через свое тело.
– Тебе нравится, когда я раздвигаю ноги для тебя? – выпалила я свой вопрос, мучительно медленно потирая клитор, как, я была уверена, он дразнил бы меня.
– Я хочу лизать тебя, пока ты не испытаешь такой сильный оргазм от моего языка, что тебе станет больно, - ответил он с придыханием.
– Какая я на вкус? – удалось спросить мне, и у меня закружилась голова от страсти, мой темп увеличился.
– Твой вкус… О, черт, ты на вкус как лучший мед из полевых цветов… Черт, тебе необходимо наконец позволить мне попробовать тебя на вкус, когда ты приедешь, - вскрикнул Гарри, и я представила, как он яростно трет свой член.
– О, что ты делаешь своим языком! – я водила вокруг своего клитора двумя пальцами, надавливая еще сильнее. – Сделай это еще раз!
– Остановись, милая.
Внезапно его голос снова стал холодным.
– Что?
Я не могла поверить своим ушам, потому что это было буквально больно, остановиться так близко от конца.
– Я сказал, прекрати, - рявкнул он, и мои пальцы остановились. – Лучше будь осторожной… Если ты не хочешь делать то, что я говорю тебе, я могу остановиться.
Я кипела от злости, но мои пальцы оставили мой пульсирующий центр. Он молчал. Разве я сделала что-то не так?
– Гарри?
Я слышала, как он глубоко вздохнул несколько раз.
– Не разговаривай, - прошептал он. – Ложись на подушку и скользни пальцами в свое тесное маленькое тело. Я хочу, чтобы ты делала это медленно, как это сделал бы я, если бы был там, - приказал он и затем замолчал, пока я делала то, что он сказал.