Чтение онлайн

–  Снейп мог отправить Финеаса Нигеллуса сюда, чтобы он следил для него за происходящим в доме, - объяснила Рону Гермиона, заняв своё место за столом.
– Но пусть теперь он попробует, всё, что Финеас Нигеллус сможет увидеть - это внутренности моей сумочки.

–  Отличная мысль!
– сказал Рон, выглядевший впечатленным.

–  Спасибо, - улыбнулась Гермиона, пододвигая к себе суп.
– Итак, Гарри, что ещё произошло сегодня?

–  Ничего, - ответил Гарри, - семь часов следил за входом в Министерство. Даже следа её не видел. Зато видел твоего отца, Рон. Выглядит хорошо.

Рон благодарно кивнул. Они согласились, что слишком опасным было бы пытаться связаться с мистером Уизли когда тот входит или выходит из Министерства, так как в это время его окружают другие министерские служащие. Однако, ободряющей была возможность время от времени взглянуть на него, даже если он выглядел очень усталым и встревоженным.

–  Отец говорил, что большинство министерских служащих использует Каминную Сеть для того, чтобы ходить на работу, - сказал Рон, - вот почему мы не видели Амбридж. Она никогда не будет ходить пешком, она думает, что её персона слишком важна.

–  А что насчёт той смешной старой ведьмы и маленького колдуна в лазурной мантии?
– спросила Гермиона.

–  Да, этот тип из Магического Обслуживания, - добавил Рон.

–  Откуда ты знаешь, что он работает в Магическом Обслуживании?
– спросила Гермиона, и её ложка зависла на полпути.

–  Отец говорил, что все служащие Магического Обслуживания носят лазурные мантии.

–  Но ты никогда этого не говорил!

Гермиона бросила ложку и притянула к себе стопку записок и карт, которые она и Рон изучали в момент прихода Гарри.

–  Здесь нет ничего о лазурных мантиях, ничего!
– сказала она, лихорадочно пролистывая все бумаги.

–  Ну, это ведь не важно?

–  Рон! Всё важно! Если мы собираемся пробраться в Министерство и не попасть в плен, в то время, когда они помешаны на недопущении вторжений, каждая мелочь имеет значение! Мы снова и снова просматриваем всё, и какой смысл в наших вылазках на разведку, если ты даже не утруждаешь себя сказать нам…

–  С ума сойти, Гермиона, я забыл одну мелочь…

–  Ты понимаешь или нет, что сейчас, наверное, в целом мире нет более опасного места для нас, чем Министерство…

–  Я думаю, надо сделать это завтра, - сказал Гарри.

Гермионы застыла, открыв рот. Рон слегка подавился супом.

–  Завтра?
– повторила Гермиона.
– Ты же не серьёзно, Гарри?

–  Серьёзно, - ответил Гарри.
– Я не думаю, что мы можем быть лучше подготовлены, чем сейчас, даже если мы ещё месяц будем сидеть в засаде возле Министерства. Чем дольше мы это откладываем, тем дальше от нас может быть медальон. Может быть, Амбридж уже его выбросила, он же не открывается.

–  Если, - произнёс Рон, - она не нашла способ его открыть, и сейчас не одержима.

–  Как будто это её изменит, она была порождением зла с самого начала, - Гарри пожал плечами.

Гермиона в задумчивости покусывала губу.

–  Мы знаем всё самое важное, - продолжил Гарри, обращаясь к ней, - мы знаем, что они запретили аппарирование в Министерство и из него. Мы знаем, что только высшие служащие Министерства имеют право подключать свои дома к Каминной Сети, потому что Рон слышал, как об этом говорили двое Неназываемых. Мы приблизительно знаем, где находится офис Амбридж, потому что мы слышали, что говорил тот бородатый тип своему товарищу…

–  «Я буду на первом этаже, Долорес хочет меня видеть», - немедленно отреагировала Гермиона.

–  Точно, - сказал Гарри.
– И мы знаем, что внутрь люди попадают, используя эти смешные монетки, или амулеты, или что там это такое, потому что я видел, как ведьма одалживала такой у своего друга…

–  Но у нас их нет!

–  Если план сработает, будут, - спокойно ответил Гарри.

–  Не знаю, Гарри, не знаю… Есть огромное количество вещей, которые могут пойти не так, так многое положено на удачу…

–  Так будет и дальше, даже если мы будем готовиться ещё три месяца, - сказал Гарри, - время действовать.

По лицам Рона и Гермионы он понимал, что они напуганы. Он сам был не полностью спокоен, но он был уверен, что пришло время привести их план в действие.

Они провели последние четыре недели, поочередно надевая Мантию-Невидимку, следя за официальным входом в Министерство, расположение которого Рон, благодаря мистеру Уизли, знал с детства. Они следили за сотрудниками Министерства на пути туда, подслушивали их беседы, и, путём внимательных наблюдений, определили, на каких из них можно положиться, как на приходящих в одиночестве и каждый день в одно и то же время. Иногда им удавалось выкрасть номер «Ежедневного Пророка» из чего-нибудь портфеля. Понемногу, они накопили те схематичные карты и заметки, которые сейчас были разложены перед Гермионой.

–  Хорошо, - медленно сказал Рон.
– Давай сделаем это завтра. Я думаю, это должны быть только я и Гарри.

–  Ой, не начинай с начала!
– вздохнула Гермиона.
– Я думала, мы всё решили.

–  Одно дело вертеться у входа под Мантией, но сейчас речь совсем о другом, Гермиона, - Рон ткнул пальцем в номер «Ежедневного Пророка» десятидневной давности.
– Ты в списке магглорожденных, не явившихся для допроса!

–  А ты должен сейчас умирать от брызглянки в Норе! Если кто-то не может идти, так это Гарри, за его голову назначена награда в десять тысяч галеонов…

–  Отлично, я остаюсь, - хмыкнул Гарри, - сообщите мне, когда победите Волдеморта, хорошо?

Рон и Гермиона засмеялись, и в этот момент боль пронзила шрам на его лбу. Его рука сама взметнулась вверх. Гарри увидел, как сузились глаза Гермионы и попытался скрыть это движение, убрав волосы с глаз.

–  Ладно, если мы отправляемся втроём, нам придётся дизаппарировать по отдельности, - заметил Рон, - мы уже не можем поместиться под Мантией втроём.

Шрам Гарри болел всё сильнее и сильнее. Он поднялся. К нему тут же поспешил Кричер.

–  Хозяин не доел свой суп, может, Хозяин желает тушёный чабер, или пирог с патокой, к которому Хозяин так неравнодушен?

–  Спасибо Кричер, я вернусь через минуту… из… ванной.

Зная, что Гермиона с подозрением наблюдает за ним, Гарри поспешил вверх по ступенькам в холл и потом на второй этаж, где он ворвался в ванную и захлопнул дверь. Хрипя от боли, он оперся на черную раковину с кранами в виде змей разевающих пасти, и закрыл глаза…

Он скользил вдоль полутёмной улицы. Здания по обеим сторонам от него имели высокие, заросшие фронтоны, они выглядели словно пряничными. К одному из них он приблизился и постучал, заметив, какой белой была его рука с длинными тонкими пальцами на фоне двери. Он чувствовал нарастающее возбуждение…