Чтение онлайн

Он вытащил кусочки сломанной палочки из своего кармана и, не глядя на них, спрятал их в мешочек Хагрида, висящий у него на шее. Сейчас он был и без того сверх меры набит сломанными и бесполезными вещами, что в него больше ничего не влезало. Через ослиную кожу рука Гарри задела снитч, и на мгновение ему пришлось справиться с соблазном достать и выбросить его прочь. Непостижимый, бесполезный, ненужный, как и все остальное, что оставил Дамблдор.

И ярость на Дамблдора обрушилась на него как лава, обжигая его внутри, стирая все другие чувства. Из-за полнейшего отчаяния они внушили себе веру в то, что Годрикова Лощина таит в себе ответы, убеждая себя в том, что они должны вернуться, что все это было частью секретной тропы, проложенной для них Дамблдором: но у них не было ни карты, ни плана. Дамблдор оставил их идти наощупь в темноте, бороться с неизвестными, непознанными страхами, одинокими и беззащитными. Ничего не было объяснено, ничего не было сказано открыто, у них не было меча, а теперь, вдобавок, у Гарри не было и палочки. Более того, он обронил фотографию вора, и, конечно же, Волдеморту теперь не составит труда определить, кто это был.

Теперь у Темного Лорда была вся информация…

–  Гарри?
– Гермиона выглядела так, как будто боялась, что он может её проклясть её же собственной палочкой. На её лице были полосы от ручейков слёз, она опустилась рядом с Гарри, держа в трясущихся руках две чашки с чаем и что-то большое подмышкой.

–  Спасибо, - сказал он, забирая одну из чашек.

–  Не возражаешь, если я поговорю с тобой?

–  Нет, - сказал он, потому что не хотел причинять ей боль.

–  Гарри, ты хотел знать, что за человек был на той фотографии. Вообще-то… У меня есть книга.

Она робко положила ему на колени абсолютно новый том «Жизни и лжи Альбуса Дамблдора».

–  Где?… Как?…

–  Она была в гостиной Батильды, просто лежала там… Эта записка была вложена в книгу и немного из неё высовывалась, - и Гермиона прочитала вслух несколько строчек, написанных кислотно-зеленым цветом.

–  «Дорогая Бэлли, спасибо за твою помощь! Вот копия книги, надеюсь, что тебе она понравится. Ты рассказала все, даже если и не помнишь этого. Рита.» Я думаю, оно пришло, когда Батильда еще была жива, но, наверное, она была не в том состоянии, чтобы прочитать это.

–  Да, наверное.

Гарри взглянул на лицо Дамблдора и почувствовал прилив дикого наслаждения. Теперь он узнает все те вещи, которые Дамблдор не считал достойными рассказать ему, хотел того Дамблдор или нет.

–  Ты до сих пор сердишься на меня, не так ли?
– спросила Гермиона, со слезами на глазах. Он взглянул на нее и увидел свежие слезы, струящиеся из ее глаз, зная, что гнев, должно быть, отразился на его лице.

–  Нет, - сказал он тихо.
– Нет, Гермиона, я знаю, что это был несчастный случай. Ты пыталась вывести нас оттуда живыми, и ты была великолепна. Я бы умер, если бы ты не была там и не помогла мне.

Гарри дождался ее печальной улыбки, а затем вновь обратил внимание на книгу. Корешок был тугим, очевидно её никто не открывал раньше. Он пролистывал страницы, ища фотографии. Он натолкнулся на ту, что больше всего хотел найти: молодой Дамблдор и его статный товарищ, хохочущие над какой-то давно забытой шуткой. Гарри посмотрел на подпись.

Альбус Дамблдор, вскоре после смерти своей матери со своим другом, Геллертом Гриндельвальдом.

На несколько секунд, казавшихся вечностью, Гарри изумленно уставился на последнее слово. Гриндельвальд. Его друг Гриндельвальд. Он искоса посмотрел на Гермиону, которая все еще смотрела на имя, так, будто не могла поверить своим глазам. Медленно она перевела взгляд на Гарри:

–  Гриндельвальд!

Проигнорировав остальные фотографии, Гарри исследовал страницы рядом с ними на предмет упоминаний этого рокового имени. Вскоре он нашел то, что искал и с жадностью принялся читать, но запутался: нужно было вернуться назад, чтобы уловить весь смысл, и, в конце концов, он нашел главу с названием «Высшее Благо». Вместе, он и Гермиона начали читать:

Приближался его восемнадцатый день рождения, и Дамблдор покинул Хогвартс в блеске славы: отличник, староста, обладатель награды Барнабуса Финкли за исключительное наложение заклятий, золотой медали за подрывающий все основы доклад на Международной Конференции Алхимиков в Каире, юный представитель Уизенгамота в Британии. Дальше Дамблдор намеривался совершить Большое Путешествие вместе с Эльфиасом "Вонючкой" Доджем, не слишком умным, но преданным закадычным другом, с которым он познакомился в школе.

Двое молодых людей находились в "Дырявом Котле" в Лондоне, готовясь к отъезду в Грецию следующим утром, когда прилетела сова и принесла весть о смерти матери Дамблдора. "Вонючка" Додж, который отказался давать интервью для этой книги, публично высказал сентиментальную версию того, что произошло позже. Он представил смерть Кендры трагической случайностью, а решение Дамблдора о прекращении экспедиции актом благородного самопожертвования.

Конечно, Дамблдор сразу же вернулся в Годрикову Лощину, будто бы для того, чтобы "позаботиться" о своих младших брате и сестре. Но сколько внимания он в действительности уделил им?

– Он был особенным парнем, не такой как Аберфорт, - рассказывает Энид Смик, чья семья в то время жила на окраине Годриковой Лощины.
– Тот рос нелюдимым. После смерти матери и отца к нему можно было бы отнестись с сочувствием, если бы он не продолжал бросать козьим пометом мне в голову. Я не думаю, что Альбус беспокоился по поводу брата. Во всяком случае, я никогда не видел их вместе.

Так чем же занимался Альбус, если он не утешал младшего брата? Кажется, ответ заключался в продолжительном заключении его сестры. Несмотря на то, что ее первый "тюремщик" умер, в жалком положении Арианы Дамблдор не настало никаких улучшений. О самом её существовании было известно лишь нескольким посторонним людям, которые, как "Вонючка" Додж, верили в историю о ее "плохом здоровье".

Еще одним доверчивым другом семьи была Батильда Бэгшот, известный магический историк, которая уже много лет прожила в Годриковой Лощине. Кендра, конечно же, дала отпор Батильде, когда та впервые сделала попытку радушно встретить их семью в деревне. Однако несколько лет спустя писательница послала сову Альбусу в Хогвартс, так как была сильно впечатлена его статьей о межвидовых превращениях в газете "Трансфигурация сегодня". Это первое письмо привело к знакомству со всей семьей Дамблдора. На момент смерти Кендры, Батильда была единственным человеком в Годриковой Лощине, который поддерживал общение с матерью Дамблдора.

К сожалению, блеск, который Батильда демонстрировала раньше, испарился. "Огонь горит, а котел - пустой", - так интерпретировал это Ивор Диллонсби. Энид Смик, сказал немного иначе: "Да у неё крыша уже давно шлёт хозяйке телеграммы!". Тем не менее, комбинация испытанных репортёрских приёмов дала возможность мне получить достаточное количество уникальных фактов, чтобы связать воедино всю скандальную историю.

Как и весь Волшебный мир, Батильда списала преждевременную смерть Кендры на действие отражённых чар, что и рассказывали Альбус и Аберфорт годы спустя. Кроме того, Батильда слово в слово повторила семейную версию об Ариане, называя девушку "слабой" и "болезненной". Однако с другой стороны, Батильда достойна тех усилий, которые я приложила, доставая Праворотку для неё и только неё, потому что она одна знает полную историю самой заповедной тайны жизни Дамблдора. Теперь, впервые раскрытая, она ставит под сомнение все, во что верили почитатели Дамблдора: его ненависть к Темным Искусствам, противостояние по отношению к притеснению маглов, даже его преданность семье.

В то самое лето, когда Дамблдор приехал домой в Годрикову Лощину, уже сиротой и главой семьи, Батильда Бэгшот приютила у себя своего внучатого племянника, Геллерта Гриндельвальда.

Имя Гриндельвальда известно по праву: в списке Самых Опасных Темных Волшебников Всех Времен он потерял лидерство лишь потому, что через поколение появился Сами-Знаете-Кто, который отобрал у него эту корону. Поскольку Гриндельвальд никогда не распространял свою кампанию террора на Британию, подробности его восхождения к власти здесь не так хорошо известны.