Чтение онлайн

–  Это было бы неплохо, - согласилась Р'шейл.

–  Ну а вы? Поставив полмира на грань войны, что сделаете вы?

–  Вручу вам и вашей Лиге такую власть, какой у вас не было многие века, - ответила ей Р'шейл.

Калан просидела минуту в глубокой задумчивости.

–  Это заманчивое и серьезное предложение, дитя демона.

–  И едва ли кто-нибудь другой сделает его вам.

Калан поглядела на свои руки, прежде чем встретиться взглядом с Р'шейл.

–  Вы можете, конечно, свободно пользоваться нашими архивами. В конце концов, они в такой же мере принадлежат харшини, как и нам. Что до всего остального... Я не могу ответить прямо сейчас. Мне нужно подумать. То, о чем вы просите, беспрецедентно. И еще мне нужно поговорить с моей матерью.
– Она взглянула на Дамиана.
– Ты ведь уже в курсе этого плана, я полагаю?

Он кивнул.

–  Как и Адрина.

–  Хорошо. По крайней мере, становится понятной эта нелепая свадьба.

Калан поднялась на ноги и отряхнула свое длинное черное платье от воображаемых пылинок. Волосы волной упали ей на лицо, и когда она встряхнула головой, то показалась на мгновение более молодой и неискушенной, чем была на самом деле.

–  Я отвечу вам, как только приду к определенному решению. Дамиан. Дитя демона.
– Она церемонно поклонилась и вышла из Солнечной.

Дамиан покачал головой, глядя на Р'шейл. Она встретила его взгляд и удивленно вздернула брови.

–  Что такое?

–  Я просто подумал, как ловко ты манипулируешь людьми, Р'шейл.

–  Похоже, ты это не одобряешь.

–  Я не говорил, что я не одобряю. Мне просто никак не привыкнуть к тому, что я не знаю, что ты сделаешь в следующий момент.

–  Может быть, это и к лучшему, - предположила она со слабой улыбкой.

Дамиан сомневался в этом, но решил сейчас не настаивать на своем.

–  Р'шейл, ты часто видишься с Дэйсендараном?

–  Я не видела его с тех пор, как мы ушли с кариенской границы.

–  Ты можешь поговорить с ним?

–  Полагаю, что да.

–  Ты не могла бы спросить, не обращался ли кто-нибудь к его последователям?

–  Если ты хочешь. А в чем дело?

–  Я не уверен. Просто я услышал кое-что, немного меня встревожившее.

–  Я спрошу его, если ты считаешь, что это важно.

–  В том-то и дело, - признался он.
– Я и сам не понимаю, насколько это важно.

Глава 14

Р'шейл хотелось бы посмотреть на Кракандар, но статус дитя демона не позволял ей бродить одной. В самом начале она питала наивную надежду, что ей удастся сохранять инкогнито до прибытия в Гринхарбор. У нее было смутное представление о будущем: нужно было предстать перед советом военлордов, сказать, что им делать - потому что она, дитя демона, так велит, потом найти в архивах Лиги секретный способ расправиться с Хафистой и вернуться в Медалон во главе хитрианской армии. Теперь стало ясно, что шансов на такое развитие событий немного. Ей раньше не приходило в голову, как много для этих язычников значила легенда о дитя демона и что планы Дамиана сильно зависели от того, как люди отнесутся к ней. На деле новости распространялись как огонь, и у ворот внутреннего города уже собралась огромная толпа народа, горящего желанием посмотреть на нее.

Р'шейл, хотя и росла как дочь члена Кворума, никогда прежде не становилась предметом общественного внимания и только теперь осознала, насколько это неудобно. Ее статус послушницы, а потом трудницы в Сестринской общине давал ей возможность вести нормальную, упорядоченную жизнь, пока стечение обстоятельств и ее собственное недовольство происходящим не развернули, объединившись, жизнь в новое русло. Но она совершенно не привыкла быть общественной фигурой - и уж в любом случае, фигурой такого масштаба.

На помощь ей пришла Адрина. Рожденная и воспитанная на виду у всех, она, казалось, всегда знала, что нужно делать. Может быть, ей хотелось помочь Р'шейл еще и потому, что это отвлекало ее от мыслей о свекрови.

Р'шейл размышляла и о Дамиане. Теперь, познакомившись с его матерью и сестрой, она понимала, чем его покорила Адрина. Он вырос, окруженный умными, властными женщинами, и, конечно же, пришел в восторг, увидев Адрину. Он, естественно, был туповат, чтобы понять это, а Адрина - слишком упряма, чтобы признаться себе самой в том, как она относится к Дамиану. При взгляде на них Р'шейл просто плакать была готова от разочарования. Но они, по крайней мере, делали то, что от них требовалось, а если оба были настолько несообразительны, что не могли решить, как относятся друг к другу, это была их проблема, а не ее.

Стук в дверь отвлек ее от мрачных мыслей. Она крикнула: "Войдите!" и обнаружила, что посетительницей является сама принцесса Марла. Р'шейл вскочила с кресла, увидев, как та входит.

–  Вы удобно устроились?
– спросила Марла, оглядывая комнату, чтобы убедиться, все ли в порядке.

–  Все прекрасно, спасибо, ваше высочество.

–  Нам нужно поговорить, дитя демона. У меня накопилось много вопросов к вам.

Р'шейл кивнула, ничуть не удивленная. После разговора с Калан она ждала этого визита.

–  Конечно же. Не хотите ли присесть? Я могу распорядиться насчет чего-нибудь освежающего. Майкл!

Из соседней комнаты выскочил мальчик.

–  Да, госпожа?

–  Подай нам какого-нибудь вина, Майкл.

Майкл неловко поклонился и выбежал из комнаты. Р'шейл обнаружила, что принцесса смотрит на нее подозрительно.

–  Я не стану пить вина, милейшая, - заявила принцесса.
– Сейчас мне особенно важно мыслить здраво.

–  Тогда, может быть, воды?

–  Уже лучше.

Р'шейл наливала воду из серебряного кувшина в чашу, а Марла уселась поближе к огню.

Зима в Кракандаре была мягче, чем в Медалоне, и огонь в очаге поддерживали слабый - просто чтобы не пришлось растапливать заново, когда все-таки понадобится тепло. Р'шейл вручила чашу Марле, а сама уселась в кресло напротив.

–  Итак, о чем вы хотите спросить меня?

–  Вы очень прямолинейны.

–  Меня учили говорить то, что думаю.

–  В Сестринской общине, Дамиан мне все рассказал.

–  Да, все так и есть.

Марла казалась не слишком удовлетворенной тем, что ее сведения подтвердились.

–  Так это правда, что вы дочь Джойхинии Тенраган?

–  Она вырастила меня. Моя мать умерла во время родов.

–  Не понимаю, как харшини позволили своим смертным врагам растить ребенка Лорандранека.

–  До недавнего времени харшини и не знали о моем существовании. А когда узнали, то послали Брэка, чтобы он разыскал меня. Я понимаю, что вас беспокоит, ваше высочество, но представьте себе, что чувствовала я. Меня вырастили в презрении к харшини. Сильнее всего правда ударила именно по мне.