Чтение онлайн

–  Почему, Кальяна?
– спросила она у темноты.

Стоило ей произнести имя богини, как темноту прорезал луч света. Скрестив руки на груди, на нее глядела богиня любви, принявшая вид ребенка-девочки. Р'шейл смотрела на богиню, не ощущая сейчас атмосферы восхищенного преклонения, окружающей эту маленькую девочку, парящую в воздухе, почти касаясь ногами земли.

–  Почему?

–  Знаешь, какая это плохая манера - призывать богов, если они...

–  Почему ты сделала так, что Тарджа влюбился в меня?

–  А, - ответила богиня виновато, словно ребенок, которого поймали играющим с запретной взрослой вещью, - это...

–  Да, это! Зачем ты это сделала? Кто дал тебе право вмешиваться в мою жизнь?

–  Я просто пыталась помочь тебе.

–  Ты же зовешься богиней любви. Как ты можешь причинять такую боль?

–  А кто во всем виноват?
– дерзко спросила богиня.
– Это же ты разрушила гисы, а не я.

–  То есть?

–  Ты попросила демонов заместить кровь Тарджи. Откуда мне было знать, что ты собираешься это делать?

–  Ты послала ко мне Дэйса с вестью, что я могу воспользоваться помощью демонов, чтобы вылечить его.

–  Да, но я же не думала, что ты станешь использовать их так! Любой оказавшийся рядом харшини мог сказать тебе, что так ты разрушишь мои гисы.

–  Может, и сказали бы, если бы сами знали.

–  Ну, Брэк то знал. Он был тогда с тобой. Почему тебе не спросить у него, зачем он промолчал?

Это было новостью для Р'шейл. Брэк не предупреждал ее, он ни словом не обмолвился, что что-то не так.

–  Пообещай мне, Кальяна, что ты никогда больше не сделаешь со мной ничего подобного. Или с Тарджой.

–  Получай!
– возмущенно хмыкнула богиня.
– Если это доставит тебе удовольствие, то я никогда больше не буду и пытаться помочь тебе. Вот тогда ты увидишь, каково это - любить кого угодно без моего благословения!

–  Я не хочу любить кого угодно, Кальяна, так что мне все равно.

Прищурившись, Кальяна стала меняться. Вот уже высокая светловолосая молодая женщина стояла на месте девочки.

–  Ты можешь прожить без любви?
– спросила богиня.
– Ты так уверена в себе? Может быть, твои происки могут укротить бога войны, но на мою власть посягать бесполезно.

–  Почему ты считаешь, что я пытаюсь укротить бога войны?

–  Я не слепая, дитя демона. Хитрия и Фардонния объединились впервые за много веков. Зигарнальд уже слабеет. Но не воображай, что, ожесточая свое сердце, ты можешь ослабить власть богини любви. Без войн люди процветают. А без меня они зачахнут и умрут.

–  Но неужели ты сама заботишься обо всех влюбленных? Помогаешь каждой матери любить ее ребенка, укрепляешь дружбу между всеми братьями на свете?

–  Нет, конечно!

–  Тогда зачем ты им нужна?

–  Им нужна надежда, которую могу подарить только я.

–  Какая на тебя надежда?
– вопросила Р'шейл.
– Ты просто испорченный капризный ребенок, потакающий любви или препятствующий ей из-за каприза, и не больше. Ты вмешиваешься, когда тебе вздумается, а не когда это особенно нужно просящему.

Кальяна не умела злиться по-настоящему, но сейчас она была очень близка к тому, чтобы разгневаться.

–  Твое дело - уничтожить Хафисту, дитя демона, а ты в своем атеистическом фанатизме готова наброситься на любого из нас. Делай, то что тебе положено, а все остальное предоставь первичным богам.

–  А что будет после того, как я уничтожу Хафисту?

Богиня отвернулась, видимо избегая встречаться взглядом с Р'шейл.

–  Это уже не мне решать.

–  Ты так легко решила, кому любить меня.

–  А это не мне решать, - упрямилась Кальяна.
– И ты бы не тратила времени на глупые вопросы. Лучше займись Хафистой. Если бы ты потратила на борьбу с ним столько же времени, сколько на препирательства с первичными богами, он был бы сейчас не могущественнее новорожденного щенка.

–  Хафиста падет.

–  Похоже, что не на твоем веку, - сердито фыркнула Кальяна.
– Тебе бы браться всерьез за средоточие его силы, а не подбираться к нему с краев, словно собачонке, пытающейся сгрызть гору. Иначе, как только Хафиста сообразит, что к чему, он обрушится на тебя всей своей силой.

–  И с чего бы ты посоветовала начать, божественная?

–  Если бы я это знала, дитя демона, я бы разобралась с Хафистой сама!

Зал опять погрузился во тьму - Кальяна исчезла. Р'шейл стояла неподвижно и смотрела на то место, где она только что была. Было что-то в словах Кальяны такое, что казалось ей очень важным, но она не могла сообразить, что именно. Что это она говорила о средоточии силы Хафисты...

Понимание пришло внезапно. Теперь она знала, что ей делать.

Помнится, еще в Гринхарборе в разговоре с Калан они затрагивали эту тему. Она еще не представляла себе, как это выполнить, но теперь ей стало ясно, с чего начать. Поставить Хафисту на колени было так просто, что даже непонятно, почему она не додумалась до этого раньше.

Р'шейл довольно долго стучалась в дверь к Брэку, прежде чем он открыл ей.

–  В чем дело? Ты нашла Локлона?

–  Я хочу кое о чем тебя спросить.

–  Ты хоть представляешь себе, который час, Р'шейл?

–  Тебе-то что за дело?
– отмахнулась она, протискиваясь мимо Брэка в апартаменты, которые выделил ему Гарет.
– Ты же харшини. Тебе не нужно спать.

Закрыв дверь, он укоризненно нахмурился.

–  Да, нам не нужно спать столько, сколько людям. Но это же не значит, что мы вообще не спим. На будущее тебе стоит это запомнить. Когда ты в последний раз спала?

–  Не помню точно.

–  А я помню. Это было четыре дня назад. А я постарше тебя на семь веков. Мне нужен отдых.

Она улыбнулась в ответ. Брэк был одет и собран, по всей комнате горели свечи. В очаге весело потрескивал огонь, возле него стояло кресло и столик с раскрытой книгой. Не похоже было, чтобы хозяина подняли из постели.

–  Ну и что же случилось такого, дитя демона, что ты не могла дождаться до утра?

–  Мне нужно уничтожить Хафисту.

–  Да неужели?
– изумленно осведомился он.
– И сколько же ты думала, чтобы прийти к этому сногсшибательному выводу?