Чтение онлайн

вечал равви Шеломо, - встань лицом к стене и воскликни: "Отец,

отец, тесть притесняет меня из-за брачного дара". И тогда он

перестанет его требовать".

Время шло, и ничего не происходило. Но однажды в пятницу

вечером, когда равви Барух читал Песнь Песней, а зять стоял

с ним рядом, то, дойдя до слов "мирровый пучок", равви ос-

тановился и слегка зашевелил правой рукой возле левой, словно

считал бумажные деньги. Затем он опять вернулся к Песни

Песней. Зять же не смог с ним оставаться, побежал в свою

комнату, встал лицом к стене и произнес: "Отец, отец, тесть

притесняет меня из-за брачного дара". И с того момента его

оставили в покое. *

САМОЕ ДУРНОЕ

Равви Шеломо спросил: "Каково самое дурное из дел Зла?"

И сам себе ответил: "Заставить человека забыть, что он

– сын царя".

КАК ЛЮБИТ ГОСПОДЬ

Говорил равви Шеломо: "Если бы я мог возлюбить величай-

шего из цадиким так, как Господь любит последнего из греш-

ников!"

ВЫШЕ НА ЛАДОНЬ

Когда равви Шеломо из Карлина остановился в Доме Учения

в городе Добромысле, что около Лозны, где в то время жил его

старый приятель, равви Шнеур Залман, то в пятницу равви

Залман сказал пришедшим к нему хасидим: "Сегодня я не равви,

9 Мартин Бубер 257

ибо святой цадик, наш наставник равви Шеломо, здесь, в нашей

округе; сегодня он равви. Поэтому поезжайте в Добромысл

к нему на субботу". Хасидим так и сделали и провели все три

субботние трапезы за столом Карпинского равви. И хотя он не

сказал ни слова поучения, как это делал их учитель, дух их объял

свет святости, не сравнимый ни с чем другим из испытанного ими

ранее. За третьей трапезой, перед благословением пищи, равви

Шеломо стал читать псалом, начинающийся словами: "Основа-

ние его на горах святых" и заканчивающийся: "все источники мои

в тебе"*. Так истолковал это цадик: "Все, что бьет во мне

ключом, - все в Тебе". Тотчас забили во всех хасидим источники

духа, который объял их так сильно, что еще долго после этой

субботы не могли понять они, в чем разница между днем и но-

чью. Когда же вернулись они к равви Залману и рассказали, что

с ними случилось, их учитель сказал: "Кто сравнится со святым

равви Шеломо! Он умеет толковать, а мы толковать не умеем.

Кто сравнится со святым равви Шеломо! Ибо он - на ладонь

выше мира".

АРМИЛУС

Равви Шеломо часто говорил: "О, если бы только мог прийти

Мессия, сын Давида! Ради его прихода я сам могу стать Мессией,

сыном Иосифа*, который предшествует ему и погибает. Что

тогда испугает меня и кого я убоюсь? Разве страшен мне тогда

будет какой-то кривой казак?" Люди подумали, что он накликает

на себя смерть от руки кривого казака, и очень этому удивились.

Много раз община Людмира ^просила равви Шеломо при-

ехать к ним, потому что там жило много его друзей. Но равви

всегда отвечал отказом. Но однажды, когда из Людмира к нему

снова пришли просители - это было как раз на Лаг ба-Омер,

тридцать третий день в перечне дней между праздником Пасхи

и праздником Откровения, - он, улыбнувшись, спросил их: "А

что вы обычно делаете на Лаг ба-Омер в Людмире?"

"То, что принято делать, - отвечали просители.
– Все

мальчики, маленькие и большие, идут в поля со своими луками

и стреляют там".

Равви засмеялся и сказал: "Если бы стреляли вы, то это было

бы совсем другое дело! Тогда бы я приехал".

4! id *

Когда равви Шеломо уже жил в Людмире, русские войска

подавляли в той местности польское восстание* и, преследуя

разбитых повстанцев, вошли в этот город. Русский генерал дал

своим людям два часа на разграбление города. Был канун празд-

ника Откровения (Шавуот), который в тот год приходился на

субботу. Все евреи собрались в Доме Молитвы. Равви Шеломо

целиком отдался молитве и пребывал в таком возбуждении, что

совершенно не видел и не слышал, что происходило вокруг.

Неожиданно в окне возникло лицо рослого хромого казака,

который посмотрел в синагогу и выстрелил из ружья. В это время

равви громким голосом произносил слова "ибо Твое, Господи,

царство". Маленький внук равви, стоявший за ним, робко дернул

деда за край одежды, и тот очнулся. Но в это время в равви

Шеломо попала пуля. "Почему ты побеспокоил меня?" - произ-

нес равви. Когда его принесли домой и уложили в постель, равви

Шеломо сказал, чтобы открыли "Книгу Великолепия" ("Зохар")

на определенном месте и положили перед ним, покуда будут

лечить его рану. Так он лежал с открытой книгой до следующей

среды - дня, когда он скончался.

Говорят, того хромого казака звали Армилус. Согласно древ-

ней традиции, Армилус - это имя злодея, убивающего Мессию,

сына Иосифа.

КАНАТ

За несколько дней до того, как равви Шеломо умер от

раны, он написал письмо своему ученику Мордехаю из Леховиц:

"Приезжай, чтобы я мог посвятить тебя в руководители об-

щины". Мордехай, получив послание, тут же отправился в путь.

В дороге он неожиданно испытал чувство, словно канат, по

которому он безопасно шел через пропасть, оборвался и он

летит в бездну. "Меня разделили с учителем моим!" - вос-