Чтение онлайн

– Я Басих-хан, – округлив, вернее, выпучив раскосые глаза, с гонором произнес он, как будто это должно было мне что-то сказать… или напугать, – а ты кто?

– Я тот, как вы только что сказали, кому нужны корабли, кто готов за них заплатить, – взгляд мой упал на самого старшего из мажоров.

Мажор в упор смотрел на меня, и при этих словах еле заметно махнул головой – мол, не делай этого. Но я уже начал свою игру.

– И сколько платишь? – спросил Басих-хан.

Я кивнул Ромке. Тот достал мешочек с золотом и кинул на стол. Я вновь скосил взгляд на мажора. Он прикрыл глаза, словно говоря «что же вы наделали!»

Раскосый быстро схватил мешочек, раскрыл, и при виде золота у него аж слюнки потекли.

– Да, не обманул малец, имеется золотишко, – довольный увиденным, хан обернулся к своим.

– Это предоплата, мне нужны корабли, и столько же ты получишь за каждый, – кивнул я на мошну.

– А…а, значит еще золотишко имеется, эт-то хорошо, – удерживая мешочек с золотом перед собой на столе, сказал амбал.

Он оглянулся на своих товарищей и заржал, показывая кривые желтые зубы. В ответ заржала вся его компания.

– Ну-ка выкладывайте золотишко на стол, – он вновь повернулся ко мне.

– Остальное получишь на корабле, – я говорил подчеркнуто спокойно.

– А тебе кажется, что у меня есть корабли? Я что, похож на этих пропахших рыбой дураков? Я Басих-хан! Я повелитель табунов! Так что давай… выкладывай побыстрее остальное на стол, и мы дадим тебе отсюда уйти живым и, может быть… здоровым, – компания опять заржала.

– Ром, нам лошади нужны? – спросил я Ромку.

– Не-а, – ковыряясь в зубах, Ромка повернул довольную, сытую рожу прямо на хана и нахально бросил, – нам корабли нужны!

– Видишь, дорогой, – снова обратился я к хану, – так что… если кораблей у тебя нет, то беседа становится нам совсем не интересной. Вы оставьте, пожалуйста, кошель там, где он лежит, и возвращайтесь за свой стол, – посоветовал я и, повернувшись к Ромке, попросил, – плесни-ка мне винца, брат.

– Да ты… – начал было возмущаться Басих-хан, но я его прервал.

– О! Чуть не забыл, – сказал я, хлопнув себя по лбу, вытащил из кармана серебряную монетку и кинул ее перед ним, – это вам за беспокойство, уважаемый табунщик.

Сказать, что это его взбесило, значит не сказать ничего. Обозвать хана простым табунщиком! Одной рукой вцепившись в кошель, второй Басих-хан выхватил свой кривой меч, выпучил глаза и истошно заорал, но прежде чем он занес его для удара, мой меч резко опустился на его руку, державшую кошель, оставив ее на столе вместе с кошелем. Рев гнева перешел в визг боли. Швырнув меч, Басих-хан схватился за культю, разбрызгивая вокруг кровь и безобразно визжа. Соратники оттащили его назад и выхватили свои мечи. Но мы были начеку и уже стояли плечом к плечу с готовым к бою оружием. Окинув их взглядом, мы мгновенно подсчитали – восемнадцать против нас четырех, расклад не в нашу пользу… но ведь бывало и похуже.

И вдруг… шестеро мажоров, выхватив свое роскошное оружие, прыгнули в нашу сторону. «Блин, еще шестеро, уже двадцать четыре», – только и успел подумать я, как они развернулись и встали с нами – тоже бок о бок. И не дожидаясь нас, поперли вперед на бандюгов. «Блин, никакой дисциплины», – привычно оценил я, но нам не оставалось ничего иного, как поддержать их. Хотя план у меня был совсем другой. Пришлось пару секунд порубиться. Но через мгновение зал заполнили пятьдесят моих бойцов, мигом скрутившие всех, кто был в зале, кроме нас четверых, и выволокли во двор.

– Ара, все ждут тебя – мордами в землю, – доложил Ден, когда я все-таки доел ужин, нагло прерванный Басих-ханом.

Выйдя во двор, окруженный всеми моими бойцами, а было их полтораста человек, я оглядел задержанных и… офигел.

– Пацаны, а трактирщика-то с прислугой зачем?

– Так это ж они нас подставили, – оправдался Потапов.

Я остановил его:

– Вообще-то это не они. Я узнавал, у этого заведения хорошая репутация.

Хозяин пандока, слушая наш разговор, энергично кивал головой, бормоча «да, господин, да».

– Это у него в трактире крыса завелась, – кивнул я на него, – кстати, а где этот крысеныш?

Из толпы выволокли нашего халдея. Он визжал, что не виноват и что его заставили это сделать.

– Твой? – спросил я трактирщика.

Тот молча кивнул и виновато опустил голову.

– Племянник… сестры родной сын, попросила за него… думала, человеком станет, он тут второй день всего лишь. Мальчонка совсем, не казни его, я его обратно к сестре отправлю, клянусь. А иначе… что я сестре скажу? Смилуйся, господин, – взмолился хозяин пандока.

– Не переживай, детей я не казню, – успокоил я его, – мне это без надобности, это твоя головная боль. Но репутацию он тебе конкретно испортил, как будешь восстанавливать ее, не знаю. Так что, отдаю его тебе, делай с ним что хочешь.

– Спасибо господин, – трактирщик кинулся целовать мне руки, но я вовремя отдернул их.

– Отпустите их, – отдал я приказ своим бойцам.

Я поискал глазами наших недавних «друзей» – этих горе-гопстопников, и заметил, как несколько человек, отчаянно сопротивляясь, пытаются вырваться, но мои бойцы, хорошо обученные, уперли их лицом в землю, не давая даже пошевелиться. «Ба-а, да это же наши мажоры. Нехорошо получается, они вроде вписались за нас, а мы их вот так… мордой в землю…»

– Потап, там бойцы наших мажоров тоже повязали, отпусти их поскорее, да и оружие верни им.

Потапов передал приказ одному из младших командиров. Через мгновение их привели к нам.

– Друзья, простите за это недоразумение, просто мои люди в этой заварухе не разобрались, что и как, и решили сначала всех повязать, а разбираться, кто и за что, уже потом. Верните им оружие, – приказал я.

Затем я обратился к старшему, чутьем выделив его как главного по отношению в компании.

– Как я могу отблагодарить вас: вы же не знали нас, но все же бросились нам на помощь? Как звать тебя?

– Малхас.

– Хм, Малхас… ты армянин? – заинтересовался я.

– Нет, мы марды, – гордо ответил он.

– Все мы люди, – пожав плечами, усмехнулся я.

– Я вижу, ты из хайев – услышав про мой народ, назвал человеком. Когда-то давно мы ушли в поход с ариями из земли Аратта и осели здесь, на этих землях, тогда не было армян, парфян, мидийцев. Тогда все мы были мардами. И как мардами были, так мардами и остались.

– Интересно… а я не слышал про вас, хотя должен был… – задумался я.