Чтение онлайн

И тут же возжелала себе новый образ — крепенький мужик средних лет в плаще, с лёгкой щетиной, напичканный под завязку диковинным оружием, предназначенным для уничтожения моих собратьев. И, о чудо! Я стала этим «охотником за нечистью» как раз вовремя, чтобы услышать за спиной запыхавшийся голос Маркуса:

— Эй, уважаемый!

Я улыбнулась сама себе, предвкушая и в то же время немного опасаясь того, что должно было произойти дальше. Однако, пересилив себя, я обернулась, внимательно уставившись на растерянного и потрёпанного охотника, что тоже был немного озадачен нашей встречей, и уже держал оружие наготове.

— Чем могу помочь? — произнесла я, вживаясь в роль, и сама удивилась незнакомому тембру голоса, который прозвучал из моих уст.

— Здесь была девушка, и… коротышка. Ты не видел их случаем? — задал он вопрос, который волновал его сейчас превыше всего.

Я, сделав вид, что задумалась, после покачала головой.

— Извини, приятель, но я тут чисто отлить… — произнесла я фразу, подслушанную в каком-то старинном фильме про гангстеров, озвученную дурацким переводом. — И кроме зайцев и белок не встречал более никакой дичи.

Маркус кивнул, принимая ответ, а я в душе возрадовалась тому, что актриса из меня получилась отменная. Ну, и гримёр, соответственно, тоже.

— Проблемы? — поинтересовалась я из вежливости, вовсе не надеясь услышать правду из уст моего первого похитителя, хотя и знала её сама.

— Никаких проблем! — лживо улыбнулся тот. — Каков сегодняшний улов? Много нечисти удалось взять за жабры?

Я, не зная, что ответить, уверенно покачала головой.

— Достаточно. Но хотелось бы, конечно же, больше?

Маркус приблизился. Из всего его облика было понятно, что он ведёт себя очень самоуверенно и уже почти не опасается незнакомого ему человека.

— И много ярморочных чертей поймали? А желтокрылых русалок?

— Достаточно, — быстро ответила я, не понимая, к чему он клонит. Но веры этому «Ван Хельсингу» в моём лице у него заметно поубавилось. — Не понимаю, к чему ты клонишь?

Пытаясь выглядеть не менее крутым охотником, я тоже сделала непробиваемое лицо и задрала вверх подбородок. Но в тот же миг Маркус подбросил что-то в воздухе, и громко крикнул:

— Лови!

Инстинктивно я потянулась за этим предметом, оказавшимся всего-то лишь на всего мелкой серебряной монетой, которая, однако, оказавшись в моих руках, зашипела, плавясь, и обожгла меня так, что я закричала от боли.

И пока я отвлеклась на эту боль, шустрая, как змея, магическая верёвка опутала мои запястья, в два счёта связав мои руки. Я испуганно уставилась на Маркуса, а он лишь самодовольно произнёс.

— Кончай придуриваться, Роксолана! Нам уже пора…

— Но я не… — попыталась я вести ту же игру, но голос мой вновь стал прежним, тонким и мелодичным, и я опять почувствовала себя собой — ведьмочкой в длинном платье, а вовсе не крутым охотником за призраками. — Но как ты понял?! От досады даже защипало глаза и потекли первые слёзы.

— Нет никаких ярморочных чертей и желтокрылых русалок! Я подловил тебя, а ты так бездарно попалась! Кстати, с чего это? Не тебе ли лучше других этого не знать?

— А серебро?! Оно же не должно действовать на ведьм! — словно не слыша его, продолжала я копаться в своей неудаче, заодно блеща знаниями о разных магических существах, подчерпнутых мной их мистических молодёжных сериалов.

— Это особое серебро, — самодовольно кривил усмешку Маркус, восхищаясь самим собой. — В него добавлена капля крови вампира и волосок шерсти оборотня. Для ведьм это весьма болезненное средство…

— Ну это ладно! — воскликнула я обиженно. — Но как тебе удалось выбраться из клетки, в которой нас везли?! Ты же был связан!

— Расскажу, если поведаешь мне о том, как тебе удалось разделаться с беднягой Гансом таким способом, будучи в весьма затруднительном положении. Да-да, я увидел его обугленные головёшки там, в лесу неподалёку…

— Я… не знаю! — даже не соврала я. — Он полез ко мне со спущенными штанами, а после его маленький друг вспыхнул, как «бенгальский огонь», и, в общем-то, на этом всё…

— Хм, — охотник смотрел на меня несколько недоверчиво, но с явной долей уважения.

— Это магическое заклятье «Пояс верности»? — всё ещё не веря, что я и Верховная Ведьма Роксолана были двумя разными личностями.

— Откуда мне знать?! — пожала я плечами. — Я не Роксолана, хоть и нахожусь в её теле сейчас. И я не знаю, сколько ещё «сюрпризов» оно мне готовит!

— Но пользоваться-то этим ты, как я вижу, умеешь… — справедливо заметил он. — Или откуда эти трюки с изменением внешности?

— Это всё вышло случайно! — воскликнула я. — Я попробовала, и у меня получилось…

— Ладно, хватит разговоров! — Маркус, наконец, устал выслушивать мои оправдания и, схватив меня за руку, потянул в ту сторону, откуда пришёл. — Давай поторопимся, птичка, пока на хвост не уселся кто-нибудь ещё из моих собратьев! И, предупреждаю, верёвка, что сдерживает твои руки, тоже не простая — так легко избавиться от неё не получится.

Правда, я уже и сама поняла это, потому как в том месте, где она касалась моих запястий, руки как будто онемели. Пришлось подчиниться и последовать вслед за ним, потому как особого выбора у меня всё равно не было. Пока что. Но я уже знала, что во мне крепко спала Сила, о которой раньше я могла только мечтать, и я была намерена научиться управлять ей, чтобы всякие заносчивые охотники на ведьм знали своё место и боялись меня. А вовсе не наоборот.

Вернувшись к месту нашей последней стоянки, мы обнаружили там всё тех же лошадей, нашу клетку-кибитку и труп подельника Ганса, но, судя по отсутствию удивления на лице Маркуса, я сразу же определила, чья это работа.

Быстро отцепив клетку, он взял одну из крепких лошадей, помог мне взобраться на неё и, присвоив себе часть поклажи, пришпорил животное, и мы понеслись по ночной дороге дальше.

Казалось, теперь этот путь будет вечным, мне так и не удалось отдохнуть ни минуты, а Маркус теперь торопился, заботясь в первую очередь о своём виртуальном миллионе золотых.

Так или иначе я была настолько вымотана, что мне даже удалось задремать на какое-то время, а когда я открыла глаза, то обнаружила, что сплю на груди того самого охотника, которого я уже просто терпеть не могла — Маркуса! Но так было удобно и тепло, громкое сердцебиение в широкой груди мужчины успокаивало, и жаловаться я не стала.