Чтение онлайн

Приняв дополнение к заказу, пожилой мужчина не сдержался и облизнулся, глядя на мои формы и даже смутился, увидев соблазнительную улыбку на моих губах.

— Благодарю, Седрик! — наблюдая за всем этим, охотник поспешил отправить его восвояси, от греха подальше. И, едва трактирщик, ослабляя пуговицу на вороте, ушёл, заявил мне непримиримо. — И после этого ты будешь утверждать, что ты — не ведьма?!

В его словах была доля истины, но так просто сдаваться я тоже не собиралась.

— Знаешь, как говорят в моём родном мире? — спросила я, хитро сощурив глаза. — Когда ангелам обламывают крылья, они начинают летать на метле!

Тому нечего было возразить, поэтому Маркус просто смотрел на меня таким выразительным взглядом, будто пытался прожечь во мне дыру! А, может быть, он и отыскал бы ответ в своей не сильно отягощённой мозгами черепной коробке, если бы вновь не случилось то, чего никто из нас не ожидал…

Эти люди ворвались в таверну так неожиданно, что сомнений не осталось: весть о миллионе золотых за мою голову, обещанных паскудником Анцыбусом, распространилась ещё дальше. И теперь охотников за мной явно прибавилось.

Конечно, мне льстило такое внимание, но хотелось бы получать его в несколько ином контексте, без всего этого рукоприкладства и применения насилия. А так мне и самой уже надоело бегать, защищаться и прятаться от всей этой шайки наёмных убийц и бездарей, жаждущих лёгкой наживы.

Едва они заявились здесь, началась пальба. А я в мгновение оказалась на полу, бдительно придавленная тяжёлым телом Маркуса. Видать, он слишком сильно ценил свой миллион золотых, ещё крепко сидящий на моих плечах, и расставаться с ним не собирался.

Поза, в которой мы оказались, получилось несколько интимной, и, если бы на нас сейчас не было одежды, боюсь, Маркуса бы настигла та же участь, что и мерзкого Ганса. Однако, этот охотник вовсе не покушался на мою честь, а потому, возможно, заклинание и не сработало.

— Ведьма! Где ведьма?! — завопил кто-то из бандитов, и я не сразу поняла, что они имели ввиду меня.

Ну никак мне было не привыкнуть к новой ипостаси, в которой я внезапно оказалась!

— Здесь никого нет! — услышала я голос Седрика, который, кажется, прятался под стойкой. — Вы ошиблись!

— Кровавый Гис никогда не ошибается! — был ему ответ. — Так что, гоните ведьму, или вы все здесь погибните!

Ну ничего себе заявочки!

Дело начало принимать совсем уж скверный оборот. В зале воцарилась такая тишина, что было слышно, как вытекает вино из деревянного, пробитого пулей, бочонка.

— Считаю до трёх! — воскликнул главарь очередных бандитов дрянным фальцетом. — После чего начну убивать по одному человеку, пока вы не выдадите мне её!

Ой, мама! А ведь он не шутил!

— Раз!

Никто не шелохнулся не потому, что не желал выдавать ведьму, а потому, что не знал, где её, собственно, взять.

— Два!

Тишина стала напряжённо-осязаемой.

— Три…

Раздался выстрел, а мне вдруг стало легче дышать. Это Маркус, решив погеройствовать, внезапно поднялся на ноги, чтобы пальнуть в разбушевавшихся бандитов. Но промазал, и был вынужден вернуться в исходное положение. Да вот беда, наше местоположение он уже выдал.

— Ага! — радостно завопив, Кровавый Гис бросился прямиком к нам, а я мысленно прокляла и его, и Маркуса, и Анцыбуса, затеявшего всю эту заварушку.

Но деваться было некуда, и мне пришлось подняться в полный рост, дабы усмирить пыл воюющих бандитов и, возможно, сохранить жизни присутствующих здесь невинных людей.

Увидев меня, тот и впрямь остановился, восхищённо и злорадно уставившись на мои аппетитные формы.

— Опа! — крякнул он, на миг забыв, для чего ему понадобилась ведьма. — Мда, мне будет жалко отдавать такую красотку на убой. Вот только на миллион золотых я смогу найти себе тысячу таких же! Ну, или почти таких…

— Такая только одна! — обиженно выдала я, хотя рта открывать даже не собиралась. — А ты, мерзкий прыщ на заднице лягушки, сейчас вообще превратишься в ничто!

Самое время было заткнуть себе рот руками, Роксолана внутри меня разбушевалась, но вот беда, запястья мои по-прежнему были скованы волшебной верёвочкой — змейкой, и я была бессильна что-либо ими сделать.

— Замолчи! — шикнул на меня Маркус, но я бы и сама была рада, да вот только почему-то не получалось.

— Дерзкая, — кажется, Кровавого Гиса это только заводило. — Люблю таких!

— Зато меня от таких, как ты, тошнит!

Ну вот опять… Я вовсе не собиралась говорить этого, подписывая себе смертный приговор размашистым почерком! Оно как-то само получалось. Наверное, всё дело было в теле ведьмы, которая, будь она собой, не позволила бы так с ней разговаривать и обращаться! Но это была всего лишь я, и кроме неслыханной дерзости, похвастаться мне было, в общем-то, нечем.

Однако я всё же отыскала придурка — мазохиста, которому это было по душе. Иначе как было объяснить его слащавую улыбку на небритом щербатом лице, что смотрел на меня сейчас как на богиню, чья голова оценивалась в миллион золотых?

— Кажется, я влюбился! — выдал он, подтвердив мою догадку. — Может быть, чёрт с ним, с этим золотом, когда у меня есть возможность провести оставшуюся жизнь рядом с такой кралей…

Пришлось закатить глаза и устало покачать головой.

— Нет уж! Лучше верная смерть, чем…

— Кажется я понял, в чём тут дело! — моментально разозлился бандит, и взгляд его стрелой метнулся к Маркусу, что был напряжён и офигевал от нашего диалога не меньше, чем я сама. — Это ты стоишь между нами!

И он направил пистолет прямо ему в лоб. Между нами говоря, мне было жаль Маркуса. Хотя бы потому, что, во-первых, он был красавчиком. А во-вторых, создавал впечатление вменяемого человека, в отличие от тех остальных охотников за нечистью, которых мне удалось повидать. И Кровавый Гис не был исключением. К тому же, от такого психа можно было ожидать чего угодно.

— Слышишь ты, недалёкий?! — обратилась я к своему новому «поклоннику». — Пушку убери! Иначе…

Тому явно нравилось, как я с ним разговаривала, а потому, отвлёкшись на меня, он вновь засиял, как солнышко в ясную погоду.

— Иначе что?..

— Я превращу тебя в ужа! — грозно воскликнула я, понимая, что держу в страхе сейчас всю достопочтенную публику, что пряталась под лавками и столами.

— О, да! — уже не скрывая своих эмоций, воскликнул Гис. — Сейчас мы с тобой уединимся, и тогда… можешь превращать меня, в кого хочешь!