Херши. Стрела пущенная твоей рукой
Шрифт:
— Озерный край мне подойдет.
— Оно небольшое! — испуганно пролепетал кругломордый — велено выбрать достойное на приданное!
— Близко от школы и тихое.
— Я выпишу к нему одну улицу бедняков по соседству!
— По соседству две улицы с домами. С лавками и с домами слуг. Обе принадлежали бывшему хозяину особняка.
— Они обе ваши! — лицо уже успело чуть посинеть.
— Благодарю, — протянула левую руку для поцелуя, у самого носа развернув запястьем.
Лысик чуть засос не оставил.
— Извольте к Книге. Вам нужно только поставить подпись. Приказ уже готов.
Старик в простой по меркам дворца одежде переписал в подшитый приказ мое новое имущество и развернул книгу мне. Я же поставила свою подпись.
И все склонились в изящном поклоне, намекая на то, что мне пора уходить. Что я и сделала молча.
Маг тенью следовал за мной все время и заговорить изволил только в карете, потому что за нами к ней уже пошли два лакея со шкатулкой и бумагами. Успели догнать по дороге.
— Вы всегда мажете руку ядом, или сегодня особый случай? Признаться, я думал, что мне придется вам помогать с выбором.
— Каким ядом? Три капли на ведро бобрового жира не убьют даже мышь, вздумай она сожрать этот крем. Но на вкус горчит, и язык быстро начинает покалывать.
— Тогда на вашем запястье?
— Духи. Они тоже чуть горчат на вкус, но иначе. В них есть вкус чудесных трав. Весьма редких и пряных.
— Леди, вы коварны.
— Я не сторонница обильных комплиментов. Умерьте пыл.
— Вам следует найти слуг. Особняки в собственности короля опечатывают магией, чтобы не разграбили. Слуг по той же причине выгоняют.
— Разумеется. Но я предпочту сделать это одна.
— Это не разумно.
— Вздумали меня учить?
— Что вы. Но вы леди. А рынок слуг в далеко не благородном районе.
— Все, кто нападет на меня и выживет, считаются принятыми на службу.
— И, все же, позвольте вас сопроводить. Я обещал Лорду Мимитои.
— Тогда вам придется надеть иллюзию.
— Иллюзию?
— Да. Я наведу на нас чары.
— О! Это будет забавно.
— Эй, там! На улицу висельников! К дому порока.
Карета свернула в сторону. Далеко не к рынку слуг. Но вопросов не последовало.
Иллюзия окутала и меня, и мага, и карету. Карета стала точь в точь наемный экипаж, а на нас появились балахоны, скрывающие все, кроме кистей рук.
— Дом порока, леди, — отозвался кучер.
— На площадь, к краю.
Толпа нищих почти кинулась к нам, но увидев, кто приехал, рванула прочь. Остались только те, кто убежать не смог. Лежачие при смерти. Грязные, больные. Их взор еле теплился.
Я раскрыла свой дар, идя между рядами и считывая их. Вот мальчик, выгнанный из борделя. Вот дочка поварихи. Мать уже умерла, а она еще нет. Вот уличный мальчишка, щипачь.
Я наклонилась над мальчишкой из борделя. Он сидел на земле возле своего друга. Тот умирал.
— Я готова взять вас слугами, — от моего голоса, тот, что еще держался, вздрогнул.
— Леди, мой друг при смерти, а я болен.
— Меня это должно волновать? Так и быть! Вылечу. Говорят, люди это ценят. Найди мне телегу. Мне нужен комплект слуг на весь дом. — В руку мальчика полетела монета на аренду.
Лежачего подхватила магией и пошла дальше.
Телега нашлась быстро.
— Ты и ты, — девочки даже ничего не спросили. Молча встали и пошли к телеге.
— Мне нужна экономка, — в телеге уже было достаточно слуг, но все юные и глупые.
— Госпожа некромант, возьмите и мою дочь. Умоляю. Ей некуда идти. Она будет служить не хуже мертвых. — Женщина была стара, по меркам простолюдинов и улицы. Лет тридцати.
— Я работаю только с живой плотью. Мертвые слуги мне ни к чему. Вставай. До телеги дойти тебе сил хватит. Дочь захвати.
Мастера садовника и плотника нашла в бессознательном состоянии. Как и кухарку. Сухенькую старушку в морщинах. Совсем нестарую и некогда в теле. Но иссушенную болезнью.
Люди уже с трудом умещались в телеге, и я сделал несколько поддерживающих заклинаний, чтобы в дороге не умерли. Но все же дорогу до особняка мои слуги пережили плохо. Стоило снять магическую печать, как я тут же велела остановиться возле домика садовника и приказала нести всех туда. Да сама же магией и перенесла половину. Работы выше крыши. Так что развеяла иллюзию и преступила. Все как в госпитале. Только тут сложнее. Это не раны, какие можно просто закрыть. Не проклятье, которое достаточно снять и накормить пациента лекарской кашей. Тут болезни, годами подкашивавшие людей.
Ставила заклинание, оставляла амулет и бежала к следующему. Темный маг сперва ушел, а позже вернулся с едой. Заказал в ресторане на вынос. Видимо, долго объяснял зачем, так как все было упаковано словно на пикник в лесу. Слугам захватил еду в трактире. Но не для больных и слабых. Так, что пришлось следить, чтобы ели по чуть-чуть. И выхаживать.
— Я бы, все же, не доверял им дом. Они долго жили на улице. Одичали.
— У нас что, запретили ментально воздействовать на слуг?
— И вы так просто? Они же люди.
— И что? Это же слуги! Они должны быть верными. Это часть их работы. Если захотят уйти, сниму при расчете. А теперь идите. Мне еще надо закончить эту работу и обновить защиту на особняке.
— Чем вам не нравится эта? Работа королевских магов?
— Я не сильна в некромантии. Мне мертвые без пользы.
— И все же..
— Утром жду вас в гости.
— После обеда. Вам нужно будет поспать.
— Если только для удовольствия. Идите.
Пока слуги лежали и восстанавливались, занялась защитой. Старую сняли всю. Тут явно был обыск, но аккуратный. Даже одежда все еще оставалась в шкафах.
— Прости меня, Алансия. Надеюсь, там тебе хорошо, — платья хозяйка дома носила вполне скромные, по статусу жены гения от мира магии и науки. Но был и тот шкафчик, где хранились платья для тайных встреч заговорщиков. Далеко не скромные. И тех, кто их видел, в живых уже не было.
Мантию одолжила у ее мужа. Для меня чуть длинновата. Но так было даже красивее. Мантия пологом стелилась позади меня. Зато в плачах и талии как раз. Надо бы заняться гардеробом.
Красивый двор, с садиками, клумбами и посадками деревьев. Вокруг сотни вырытых озер, имение окружал огромный забор. Под забором все еще оставались артефакты от старой защиты. Включить их и все настроить было вопросом пары часов.