Чтение онлайн

— Не волнуйся, мы ведь подруги, — медово улыбалась Рожинова.

— Да, подруги. Я, наверное, уже спать пойду, устала,— голос Ксении ей же самой казался чужим. Она будто отстранилась от ситуации и смотрела со стороны.

— Верно, напряжённый денёк вышел, — подтвердила Татьяна.

Земская сунула фото в книгу и закрылась в туалете. Она сидела на унитазе, не откинув крышку. Обеими руками заткнула рот и старалась громко не дышать. По её щекам опять потекли слёзы, как несколько часов назад.

Алексей был прав. Ксения не хотела видеть, потому была слепа. Правда резала по сердцу ножом. Стыд и разочарование наполняли её. Как же глупо она выглядела в глазах Татьяны, Валентина? Что он думал, когда в любви ей признавался? Что она не посмеет его отшить? И ведь прав оказался. А скольких она игнорировала до этого? Но только Валентину удалось пройти настолько далеко. Чтобы она его признала своим парнем.

Какой же стыд! Она ведь даже бабушке сообщила об этом. Та лишь потребовала поклясться не ложиться с ним в постель.

Графиня Валерия Земская просто потрясающая. Она сказала, что у внучки должен быть опыт первой влюблённости, хоть та и сразу обозначила, что пока не уверена в чувствах. А ещё, бабуля не запретила общаться с теми, с кем Ксения хотела дружить. Даже когда все шептались, что Алексей нагулян женой барона Стужева на стороне. Невероятный позор…

Ксения должна поговорить с бабушкой. Та обязательно подскажет, даст совет. Поддержит. Но перед этим нужно сделать кое-что не менее важное.

Дверь в экранированную комнату для магических тренировок закрылась с глухим щелчком, отсекая внешний мир. Тишина здесь была ощутимой, давящей. Собственно, как и обычно.

Я сел на прохладный пол в центре комнаты, скрестив ноги по-турецки, и начал стандартную медитацию.

Первым делом требовалось контрольное испытание. Я сконцентрировался, чтобы почувствовать течение маны. Так как уже ощущал источник, мог её вытянуть — совсем крохи. Но этого достаточно, чтобы ненадолго создать нейтральный щит и обезопасить тело.

Прислушался к своим чувствам, зафиксировал. Ту самую запретную методику от Холодова я решил не тестировать, оставить «на потом».

Теперь дар огня. Он контролировался чуть легче нейтральной, что не являлось нормой. По учебнику должно быть как раз наоборот.

Сначала дар потянулся к источнику. Зачерпнув нейтральную ману, уже стихийную я направил в ладонь, создав небольшой источник пламени. Зафиксировал.

Теперь он — артефакт. Без этого браслета я уже чувствовал себя опустошённым, будто чего-то не хватало. Нехороший эффект. О том, что артефакты вызывают привыкание, я читал. Но ощутить на себе — совсем другое. Так что очень хорошо, что он теперь моя личная собственность. Радует, что с повышением ранга силы эта зависимость снижается. А я ведь до сих пор не знал свой уровень! Но ничего, в конце года нас всех ждёт стандартное тестирование.

Вообще странно, что при поступлении у меня ничего не проверяли. Но это стандартная процедура для аристократов и дворян с рекомендацией. А вот если абитуриент не имеет рекомендации от аристократического рода или он из простолюдинов, предусматривалась отдельная аттестация. Но не определяющая ранг, а вообще на само наличие таланта и его специфику.

Что ж, артефакт уменьшал расход маны, а так же, будто костыль, помогал контролировать дар.

Ну, а теперь… Я вновь отложил манящий артефакт и посмотрел на бутылку с «водой». Открутил крышку и сделал один осторожный глоток. Жидкость была безвкусной, как и положено чистой воде. Потому я и не заметил подвоха перед дуэлью.

Поначалу ничего не происходило. Потребовалось две с половиной минуты, прежде чем я ощутил, что нейтральный щит стал подчиняться мне тяжелее. Но всё ещё оставался подконтрольным.

Переключился на дар — тут наоборот, все стало ещё легче и послушнее. Почти как с артефактом. Сам дар, пламя свечи, я ощущал будто нечто живое, но неразумное.

Взял артефакт — контроль заметно усилился.

Итак, второй глоток. Даже спустя три минуты вроде бы ничего не изменилось. С третьим да, нейтралка совсем тугая стала, а вот дар подчинялся ещё лучше. С артефактом — вообще по мановению мысли. Это было возбуждающе и вдохновляюще.

Пятый глоток стал точкой невозврата. Нейтральная мана стала совершенно неуправляемой, она почти не откликалась на мои манипуляции. А вот дар будто обнаглел и стал втягивать её и словно сам подсовывать мне в руки.

Я ещё больше сконцентрировался. Да, это очень странно. Будто у дара есть своя, отдельная воля. Он просто делал, как «хотел». Но при должном усилии я мог его подчинить.

С артефактом контролировать дар стало ещё проще. Хотя, казалось бы, куда ещё? Но всё это время я мог позволить себе пользоваться нейтралкой. Шестой же глоток будто сорвал плотину — мана всасывалась даром с невероятной скоростью. Что с артефактом, что без него — я банально не успевал ничего сделать. Это как пытаться удержать пёрышко в урагане. Просто выскальзывало из рук.

Я остановился на половине бутылки — это больше десяти глотков. Потому что ничего не менялось. С артефактом я хотя бы мог держать огонь в себе, а без него только ограничивать дар, иначе пламя вырывалось наружу, и я банально горел прозрачными языками, будто голограммой. Но огонь был вполне реальным и жёгся при неосторожном использовании.

Эффект начал сходить на нет через двадцать минут после последнего глотка. А ещё через десять я был «чист». Нейтральная мана вновь слушалась меня, но ментальное перенапряжение никуда не девалось, это уже ощущалось иначе.

Просто, я банально устал.

Но при этом был неимоверно счастлив. Это вещество… Оно почти идеально подходило мне. В связке с артефактом просто имба!

Я поднял бутылку и посмотрел на оставшуюся в ней жидкость. Улыбка не сходила с моего лица.

Яд для обычного мага, для меня же почти манна небесная. Надо ещё проверить, как это будет работать на Васе. Надеюсь, он согласится на эксперименты. Всё же, вещество, по уверению Водяновой, совершенно безобидно. Оно никак не влияло на саму магию, а работало именно на разум человека. Нечто вроде алкоголя. Но нервные клетки не убивало.

Интерлюдия

Крошечное кафе в городе пахло свежесваренным кофе и сдобой. За столиком у окна, за которым медленно опускались зимние сумерки, сидели Ксения и Валентин. Она — собранная, с гордой осанкой, её руки спокойно лежали на столе. Он — изящный, но не в костюме, а в безупречном повседневном образе. Вышколенный родом вкус к вещам, Ксении такое знакомо. Парень с лёгкой улыбкой нежно смотрел на неё.

Прежде они прятались ото всех, но сейчас могли себе позволить сидеть в этом семейном кафе, что находилось недалеко от академии. Буквально в семи минутах ходьбы.