Хищник
Шрифт:
Набрав воздуха, встаю и медленно выдыхаю. Аккуратно закатываю рукава. Бросаю взгляд на себя в зеркало. Нет, распущенные волосы - это слишком. Достав из косметички резинку, быстро делаю конский хвост. Волосы ещё немного влажные.
Всё, тянуть больше никак нельзя. Иду к двери. Решительность моя тает с каждым шагом. По лестнице спускаюсь так, будто внизу меня ждёт жёсткий нагоняй. Как минимум за то, что я столько прокопалась.
Робко, заламывая пальцы, вхожу в гостиную.
Сергей сидит в массивном кожаном кресле у раскрытого окна. Закинув ногу на ногу, он расслабленно курит сигару и чешет за ухом трущегося об его руку кота.
Его привычно жёсткий, холодный взгляд чуть теплеет, когда мы встречаемся глазами.
– Извините, что так долго...
– потупившись, говорю я.
– Ничего, - он кладёт сигару в углубление на краю белой пепельницы, и встаёт.
Том тут же спрыгивает с бортика кресла на пол. Задрав голову, трётся о ногу хозяина. Обвивает её хвостом. До меня ему сейчас дела нет.
Сергей направляется ко мне, и чувство такое, будто душа моя то взмывает вверх, то в пятки уходит. Кот бежит за ним, будто собачка.
Энергетика у этого мужчины какая-то невероятная. У меня снова чувство такое, будто я в вольер к тигру зашла.
Высокий, плечистый атлет с умным, внимательным взглядом делового человека, привыкшего жёстко руководить. Одет вроде просто, но выглядит потрясающе. Впрочем, с такой фигурой, наверное, ему много что идёт.
Замечаю его скользнувший по моей фигуре взгляд. Заливаюсь краской. Наверное, водолазка была не самой лучшей затеей. Она слишком обтягивающа. И хоть грудь под ней скрыта бюстгальтером, я всё равно на пару мгновений чувствую себя будто топлес.
Том подходит ко мне и трётся теперь об мою ногу. Чуть склонившись к нему, глажу его. Выпрямляюсь.
Вижу оценивающий взгляд Сергея.
– Идём, - он кивает в сторону столовой.
– А сигара?
– посмотрев на пепельницу на столике, над которой тонко струится дымок, смущённо спрашиваю я.
– Она потухнет сама. Это не сигарета.
Пропускает меня вперёд.
Сердце колотится. Он идёт следом и с трудом удерживаюсь, чтобы не обернуться.
Проходим на кухню. Чистую, уютную, оснащённую современной техникой. Сергей включает свет над плитой и здесь становится безумно. И как-то интимно, учитывая то, что кухня находится в отдельной нише, а в столовой свет пока не горит.
Сергей, не мешкая, вынимает из холодильника мясо и пакеты с овощами. Смотрит на меня.
– С меня - бифштексы, с тебя салат и гарнир.
Это не вопрос. Утверждение.
– Хорошо, - робко киваю я, хотя в моём ответе, наверное, нет нужны.
Некоторое время мы готовим ни говоря другу другу ни слова. Сергей предпочитает молчать, а я... А я просто не знаю, ни как с ним говорить, ни о чём. Любая приходящая на ум тема кажется нелепой и глупой.
Жёсткие уверенные удары молотком по будущим бифштексам заставляют меня напрягаться ещё сильнее. Сергей сконцентрирован на приготовлении еды, он делает рядовую, в общем-то вещь, но... учитывая смесь чувств, которые он у меня вызывает, я его всё-таки побаиваюсь.
Пока что это всё очень мало похоже на свидание. Глупая, надумала себе невесть что... А он со мной даже не разговаривает.
Глядя на то, как чуть позже он ловко переворачивает на квадратной ребристой сковороде шкворчащие ароматные отбивные, ещё больше убеждаюсь в том, что готовить для него - привычное дело. Зачем же он тогда позвал меня? В том, что он прекрасно бы справился и с приготовлением салата и с варкой риса, сомнений вообще никаких. Так для чего? Не просто же так?
Стараюсь не смотреть на него слишком уж часто. Хотя его уверенные движения и сосредоточенность, с которой он предаётся процессу готовки - завораживают.
И при этом испытываю ужасную неловкость, потому что несмотря на желание узнать его ближе, я вообще не знаю, как подступиться к этому закрытому и сдержанному мужчине.
Пока я нарезаю пополам помидорки-черри, он оставляет мясо жариться на сковороде, уходит в столовую и включает там бра. Обернувшись, вижу его сидящим на стуле. Снова ловлю его внимательный взгляд. И снова едва не вспыхиваю. Он смотрит на меня как-то иначе, нежели раньше. Чтобы преодолеть смущение, возвращаюсь к нарезке помидоров. Но щёки тихонько пылают, а в груди учащённо колотится сердце.
Пахнет жарящимся мясом, зеленью и овощами, но при этом аромат мужского парфюма всё равно ощущается даже сейчас. Он вроде не сильный, но какой-то очень уж утончённо-яркий.
– Ты очень повзрослела - доносится до меня низкий голос Сергея.
Куснув губу, с помощью ножа ссыпаю половинки помидорок в глубокую прозрачную салатницу и, поворачиваюсь.
Его взгляд таков, что мне мгновенно становится жарко. Оценивающий, проникновенный, внимательный. А ещё складывается впечатление, что внутри Сергея происходит какая-то борьба. Тихая, почти незаметная, но ожесточённая. Волнуясь, заправляю за ухо прядь волос, падающих на лицо.
– Я помнил тебя другой. Совсем подростком. С тех пор ты сильно изменилась.
Кожа на руках покрывается маленькими мурашками.
– В лучшую сторону?
– пытаюсь пошутить я.
Как и шутка, улыбка моя, наверное, выглядит натянуто, но я вижу, как губы Сергея трогает ответная. Едва заметная, недолгая, однако очень обаятельная. Я, наверное, впервые вижу, что он улыбается.
– Не знаю.
Поджав губы, тихонько заламываю пальцы. Киваю на салатницу.
– Я почти закончила.
– Вижу, - чуть усмехается он.
– Я тоже.
Он подходит к сковороде и быстро переворачивает три жарящихся бифштекса.
– Тебе какой прожарки?
– Как и вам...
– Тогда готово. Накроешь на стол?
Киваю.
Он вновь уходит, но на этот раз к окну. Оглянувшись, вижу, как он стоит и смотрит сквозь него в ночь.
Спустя несколько минут мы садимся за стол друг напротив друга. Вынув зажигалку он зажигает свечи в подсвечнике, стоящие на столе. Затем выключает бра.
– Так уютнее, - взглянув на меня, говорит он.
Да, пожалуй. Но и... интимнее. Едва заметив отражение огоньков пламени свечей в его глазах, опускаю взгляд. Есть трудно. На моей тарелке совсем немножко салата, чуть риса и одна отбивная, но я не уверена, что всё это осилю.
Сергей же, ловко орудуя ножом и вилкой, отправляет кусочек бифштекса в рот.
Смотрит на меня. Прожевав, замирает.
– Что?
– тихо спрашиваю я.
– Вино будешь?
– Да, с удовольствием, - мягко улыбнувшись, киваю я.