Чтение онлайн

– Вот и не дави на неё, – тихо, но твёрдо произнёс Дешторнак. – Иначе напугаешь.

Ричард Благостный прищурился:

– Вильям…

Премьер-министр снова откинулся назад, и, перебирая сухими пальцами невидимые нити, продолжил озвучивать свои мысли:

– Искра! Понимаешь – искра должна быть меж ними! Я помню, как искрило меж тобой и твоей супругой с первого дня знакомства! Притяжение – это основа брака.

– «Искра», – проворчал Тюдор, спрятав взгляд. – Почему её не стало, этой твоей искры? От них по всем признакам, которые появились при первой встрече, должно было так искрить, словно салют запустили!

Тонкие пальцы короля отбарабанили дробь по подлокотнику стула. Дешторнак молча наблюдал за старым другом, ожидая его дальнейших слов. И дождался.

– Я вообще не понимаю, откуда взялась эта леди Мелани Кендбер на его пути?! Где он с ней пересёкся? Что за глупости – взрослый мужчина, а туда же: «Люблю!» Он политик. Он нужен стране, и точка!

– Ричард, ограничивать выбор Ирены нельзя одним только графом. Мы должны предложить ей и иные кандидатуры.

– Я думаю над этим, и жду письмо от Генуэзского, – признался король, снова посмотрев в лицо соратника.

– Он обещал дать тебе официальный ответ? – насторожился премьер.

– Нет, – отрицательно качнул головой Тюдор. – Письменный, но неофициальный. Никакой канцелярии. Я жду с письмом леди Нанон.

– И в чём его ответ будет состоять?

– Когда он затребовал у меня разрешения на брак с Кендбер, я предложил ему встать на моё место и попробовать найти себе замену.

– Эта замена тебе нужна только как варианты для Ирены? – догадался Дешторнак. – На деле ты всё равно отдашь её руку наместнику?

– Да, – кивнул король и всё-таки сделал ход конём. – Я очень надеюсь, что, изучив титулы потенциальных женихов, моя девочка поймёт, что стать женой молодого, красивого и умного собственного подданного намного лучше, чем никому не известного иностранного правителя. Шах твоей «королеве», Вилл.

Премьер посмотрел на положение ферзя, поднял взор и покачал головой:

– Это не выбор, а его отсутствие, Ричард.

– Вильям, он должен стать её мужем, и точка! – хлопнул по подлокотнику левой ладошкой Тюдор.

– Предположим, она выбирает его, он становится герцогом Корнуоллским, женихом принцессы Уэльской и мужем королевы-консорта. Но кто сказал, что меж Иреной и наместником возникнет притяжение, что они смогут быть настоящими мужем и женой? Эти двое так похожи, что скорее разглядят друг в друге родню, чем супругов! Если брак не будет консумирован? Это тоже нельзя сбрасывать со счетов, Ричард! Они могут просто не иметь потомства, отказавшись от близких отношений.

Король нахмурился, а премьер продолжал наступление:

– Посуди сам, Величество, если в этом браке не будет детей, то зачем такой брак?

– Вильям, – строго произнёс монарх, – даже если в браке не родятся дети, для Англии это не станет великой проблемой: мы несалическая страна и есть наследники второй очереди. Но после этого союза я смогу со спокойной душой уйти из жизни, зная, что рядом с молодой королевой – умный, верный и надёжный советник.

Премьер насупился, но должен был признать, что монарх прав.

Из-за ливневого дождя карета не смогла уехать далеко: дорогу размыло, лошади скользили и отказывались идти.

Разбойники едва сумели добраться до ближайшего кабака, в котором немедленно сняли две комнаты. В одной из них поместили связанную леди Лот, уверяя хозяина, что это их пьяный друг, который безумно устал, поэтому заснул, и ему требуется отдых. Оставив пленницу в деревянном неудобном кресле, сами бандиты разместились в соседней комнате.

Шарлотта Олдерс поняла, что никто не собирается приходить к ней и что-либо объяснять. Оставалось лишь терпеливо ждать решения своей участи.

Дикая гроза за окном и поминутно вспыхивающие молнии дали понять баронессе, что её похитители не сразу сумеют передать заказчику, где она находится. Но, несмотря на все опасения молодой женщины, с первыми лучами солнца в комнате скрипнула дверь, и раздались тяжёлые мужские шаги.

Кто-то вплотную подошёл к леди Лот и довольно бесцеремонно сорвал с её головы креповый мешок.

Женщина непроизвольно издала сдавленный стон, передёрнула правым плечом и, на миг зажмурившись от яркого света, пробивающего в комнату сквозь небольшое окно, тряхнула головой.

Стоящий перед ней Принц опешил: медно-красные крутые локоны рассыпались по плечам баронессы, её светлая кожа с золотыми веснушками отдавала особенной аристократической бледностью, подчёркивая красоту маленьких губ и лёгкую синь на верхних веках.

Леди Лот подняла медно-рыжие ресницы и колко посмотрела на своего мучителя.

Разбойник вздрогнул. Зелёные, цвета молодой листвы, глаза баронессы пронзили его насквозь, и на миг Белисону показалось, что взор женщины непреодолимой силой откинул его к стене – он действительно отступил на шаг.

Шарлотта Олдерс слыла хорошенькой – это известно каждому при дворе. Кроме того, она была молода и прекрасно сложена, сохранив фигуру невинной девушки, поскольку ни одна из её беременностей не продлилась больше четырёх месяцев. Но именно медь в волосах женщины обезоружила бандита – никто не знал, что изворотливый и продажный Принц терял дар речи, когда видел рыжие локоны.

Леди Лот смотрела в глаза своего похитителя, не отрываясь, изредка коварно прищуривая глаза. Молчание затянулось. К Белисону постепенно возвращалось самообладание, и он заботился теперь только о том, чтобы красавица не раскусила его.

Шарлотта всё ещё молчала.

Принц прошёлся по комнате, скрипя сапогами, потом уселся на табурет напротив женщины.

– Я слушаю, – произнесла баронесса холодным, звенящим, как струна, голосом.

– Не понял? – приподнял бровь бандит.

– Я думаю, Вам прекрасно известны все мои вопросы. Я Вас слушаю.